Мировая холодная война - Уткин Анатолий Иванович - Страница 109

Летом 1946 г. США начали укреплять свои позиции в Корее. Э. Поули, доверенное лицо Г. Трумэна, писал 22 июня президенту: «Хотя Корея и небольшая страна и, учитывая нашу общую военную мощь, наша ответственность здесь невелика, она является полем идеологической битвы, от исхода которой зависит наш общий успех в Азии». Президент заверил, что американцы «останутся в Корее так долго, сколько будет нужно». Он уделял особое внимание району Тихого океана. Вот выдержка из его речи 17 июля 1946 г.: «Я думаю, что наше будущее лежит, с торговой точки зрения, в тихоокеанском бассейне — и я думаю, что мы в конечном счете овладеем им». Главнокомандующий войсками США в этом регионе генерал Макартур говорил: «Ныне Тихий океан стал англосаксонским озером, и наша линия обороны идет по островам, опоясывающим азиатское побережье».

«Германия и Япония, — писал Дж. Кеннан, — являют собой две главные фигуры на шахматной доске мировой политики». Активность по этим двум направлениям — европейскому и азиатскому — становится характерной чертой американской экспансии.

Разочарование Москвы

К лету 1946 г. Москва пришла к одному из своих важнейших разочарований — там поняли, что Запад не будет помогать Советскому Союзу получать репарации из индустриальных западных зон Германии. Москве становилось все меньше того, что можно было потерять. История покатилась неблагосклонно. Мерфи докладывает, что посетивший его маршал Соколовский говорил только об экономических потерях. Русские ощутили, что на Западе проявляется тенденция к расколу Германии. В мае 1946 г. Клей предложил объединить британскую и американскую зоны. В июле Молотов решительно воспротивился американскому варианту мирного договора. Бирнс сделал свой вывод: не доверяя американцам, русские движутся в направлении экспансии.

10 июля 1946 г. Бирнс дал зеленый свет объединению западных зон как главному способу противостоять удару с Востока. Летом 1946 г. американская и английская зоны оккупации в Германии были объединены в Бизонию — с едиными экономическими, политическими и административными органами. Между ними были созданы экономические, политические и административные каналы связи. (Франция пыталась предотвратить или хотя бы замедлить процесс восстановления германской мощи. Она какое-то время воздерживалась от проведения совместных с американцами мероприятий в зонах оккупации). Мир утратил баланс. Американцы стали утверждать, что не хотят делать из Германии разменную карту в большой игре. А ведь по существу так и получилось.

Прежде чем окончательно определиться с Германией, госсекретарь Бирнс посетил министра иностранных дел СССР Молотова. Это был хороший, необычно хороший вечер. Завтра госсекретарю предстояло выступать с важнейшей речью, и он апробировать некоторые идеи на русских. Бирнс — Молотову: «Скажите мне искренне, что в ваших сердцах и умах относительно Германии?» Молотов ответил, что СССР просто желает получить обещанное в Ялте — десять миллиардов долларов в репарациях и участие в эксплуатации Рура. Поразмыслив, Бирнс пришел к мысли, что Молотов говорит правду. «Именно таким было желание советского руководства».

Американская сторона приняла важные для себя и для всех решения. Их озвучил государственный секретарь Бирнс в своей речи, произнесенной 6 сентября 1946 г. в здании Оперы немецкого Штутгарта. Он во многом обращался и к немцам — обещал экономическое восстановление и реализацию права на национальное самоопределение. Американцы будут стоять в Германии долго. Не меньше других стран. Американцы не бросят своих союзников среди немцев. Госсекретарь Бирнс в Штутгарте осудил советскую и французскую позиции в германском вопросе и предложил создание временного германского правительства.

Важность этого поворота в американской политике трудно переоценить. США решили расположить свои вооруженные силы в центре «вакуума», созданного мировой войной, в центре индустриальной зоны капиталистического мира, на максимальном приближении к СССР, его западным границам. Этот фактор на многие годы и десятилетия вперед определил американскую политику в Европе, да и в мире в целом. Итак, в Европе стратегия США стала заключаться, в том, чтобы укрепить находящуюся под американским контролем часть Германии и с этого плацдарма диктовать свою волю европейским странам. Американцы направили значительные усилия на консолидацию западных зон, создание предпосылок противопоставления западных зон восточным.

И первым делом Совет министров иностранных дел уступил место Мирной конференции двадцати одной страны на Парижской конференции, открывшейся в конце июля 1946 г. Это была своего рода пародия на Версальскую конференцию. Умудренный Гарольд Никольсон, помнивший еще Версаль, а теперь представлявший ББС, сказал: «Это публичное представление, а не серьезная дискуссия». Никольсон определил основную трудность так: «Русские напуганы, а янки ослеплены своей бомбой».

В чем видел трудности государственный секретарь США Джеймс Бирнс? Он пишет за несколько дней до начала конференции: «Мы не можем надеяться на изменение мышления народа Советского Союза. Это наша проблема. Обычно, когда ты достигаешь соглашения по поводу каких-либо фактов, ты надеешься на взаимопонимание. Вовсе не так, когда ты имеешь дело со столь далеким от тебя народом как народ Советского Союза».

Проливы

В ситуации растущей враждебности естественное стремление СССР как черноморской державы обеспечить свободу судоходства по черноморским проливам, открывающим для Советского Союза выход в Мировой океан, было использовано американцами в своих целях. Бирнс еще восседал в Париже, а раскаты подлинной грозы стали слышны с Ближнего Востока. В начале августа 1946 г. советское правительство обратилось к правительству Турции с просьбой пересмотра т.н. «конвенции Монтре» от 1936 г., дававшей абсолютный контроль над черноморскими проливами Турции.

Напомним, что во время второй мировой войны западные союзники с сочувствием выслушивали жалобы СССР, запертого в Черном море. Во время встречи с Черчиллем в Кремле в октябре 1944 г. Сталин охарактеризовал «конвенцию Монтре» как анахронизм: «Если Британия заинтересована в Средиземном море, то и Россия заинтересована в Черном море». Черчилль был настроен дружественно: «Ранее британская политика заключалась в том, чтобы воспрепятствовать выходу России к тепловодному порту. Но Британия более не следует политике Дизраэли и лорда Керзона. Мы не собираемся останавливать Россию. Мы собираемся помочь». Сталин сравнил интересы России в проливах с интересами Британии в Суэце и Гибралтаре, с американскими интересами в Панаме. «Россия находится в худшем положении».

Черчилль сказал, что Россия имеет «моральное право» осуществить изменения. Сталин попросил британского премьера «запомнить эту тему». Черчилль в ответ пожелал иметь «секретное изложение русских пожеланий», на что Сталин сказал, что он просто хотел бы, чтобы англичане помнили о сказанном, когда Россия поднимет эту тему. В Ялте президент Рузвельт убежденно согласился с тем, что ревизия нужна и оправданна. В Потсдаме великие державы поддержали такую ревизию.

Прошло не так много времени, и это сочувствие начало улетучиваться.

Прежде Соединенным Штатам весьма трудно было объяснять свое пристальное внимание к чрезвычайно отдаленным регионам, к Ближнему Востоку в частности. Теперь у американского руководства появился предлог. 15 августа 1946 г. сторонники интервенционистского курса — военно-морской министр Форрестол, военный министр Патерсон, заместитель государственного секретаря Ачесон и ряд военных обратились к президенту с меморандумом, в котором требование свободы судоходства со стороны СССР приравнивалось к «началу мировой экспансии»: «Первостепенная цель Советского Союза — овладеть контролем над Турцией… Если Советский Союз преуспеет в этом, будет чрезвычайно трудно, если не невозможно, предотвратить овладение Советским Союзом контролем над Грецией и в целом над Ближним и Средним Востоком». Под угрозу будут поставлены все страны от Средиземноморья до Индии. «Когда Советский Союз овладеет полным контролем над этой территорией, которая стратегически важна с точки зрения ресурсов, включая нефть, он будет иметь значительного более сильные позиции для достижения своих целей в Индии и Китае… Для предотвращения такого поворота событий Соединенные Штаты должны, не колеблясь, вместе с другими нациями встретить вооруженную агрессию силой американского оружия».