Содержательное единство 1994-2000 - Кургинян Сергей Ервандович - Страница 96

Чтобы не быть голословными в данном крайне принципиальном вопросе, приведем некоторые факты.

Арабская террористическая организация "Ливанская фаланга", влияние которой прослеживается в целом ряде современных радикальных исламских движений, была взята под контроль агентурой Бранденбургского дивизиона абвера еще во время Второй мировой войны. Тогда же в прямые и плодотворные контакты с абвером и гестапо вступили арабские фашистские группы, известные под названием "зеленорубашечников" и "братьев-мусульман". Главными пунктами идеологического консенсуса в данном случае были юдофобия и "арийский" расизм. По данным экспертов, "ливанская фаланга" все 80-е годы активно финансировала торговлю кокаином, а также и левый, и правый терроризм в Латинской и Центральной Америке.

Основатель Антикоммунистического альянса Аргентины и наиболее свирепых "эскадронов смерти" Хосе Рега, астролог и главный советник Хуана Доминго Перона, одновременно является приятелем знаменитого гитлеровского "коммандос" Отто Скорцени, членом ложи Пи-2 и другом ее основателя Личо Джелли.

С конца 70-х годов прослеживаются все более тесные связи радикального крыла баскской ЭТА-Милитар с тюркской фашистской организацией "Боз гурд" ("Серые волки"). Здесь "точкой согласия" как считают эксперты, оказались "арийское язычество" и антилиберализм.

Одна из основательниц Всемирной антикоммунистической лиги (ВАКЛ), член Черного Интернационала – Антикоммунистическая лига азиатских народов (АКЛАН) – создана прошедшими денацификацию японскими военными преступниками, имеющими давние и тесные контакты с радикальными буддийскими структурами. По данным некоторых экспертов, с АКЛАН связана ставшая знаменитой секта "Аум Сенрике". Конгресс ВАКЛ 1970 г. в Сеуле проходил под эгидой "Церкви объединения" преподобного Муна, проповедники которой, как известно, активно действуют нынче в России.

Когда территория "Красных кхмеров" в Камбодже перешла по инициативе Пол Пота под контроль "Фонда дикой природы" (WWF) принца Филиппа, один из доверенных лейтенантов вождя Та Мок по прозвищу "Мясник" за неподчинение экологическим директивам Пол-Пота как минимум приговаривал провинившихся к принудительным работам. А как максимум – …

Во время известной войны в Руанде между племенными группами Хуту и Тутси, унесшей сотни тысяч жизней, лагеря подготовки террористов обоих племен располагались в заповедниках "Горилла-парк", "парк Вулканов" и "Виргуна-парк" на территории Уганды, Руанды и Заира, что не встречало никакого противодействия "мировой экологической общественности". Но когда правительственные войска Уганды попытались бороться с террористами в этих парках, военные акции встретили категорический протест экологических организаций, и особенно "Фонда дикой природы", который именно в разгар войны решил развернуть в парках "Программу защиты горилл".

А вот что заявлял несколько лет назад один из известных экологистов, руководитель латиноамериканского отделения Демографического отдела Госдепартамента США Томас Фергюсон:

"…когда численность населения выходит из под контроля, его сокращение требует авторитарного правительства, даже фашизма… Во Вьетнаме мы думали, что война снимет проблему перенаселенности. Но чтобы быстро сократить население, нужно вовлечь в войну всех мужских особей и уничтожить значительную часть женских особей детородного возраста… В Сальвадоре уничтожается слишком малое число особей, чтобы решить проблему… Если оборвать пути транспортировки продовольствия, можно будет создать быструю тенденцию показателя рождаемости. Иначе они будут размножаться, как животные".

Фашизм и мальтузианство рука об руку – вот кредо радикальных экологистов.

2.6. Терроризм и глобальные политические игры

Крайне важным средством политической инструментализации терроризма является размыв понятий. Будучи окружен множеством противоречивых, но "священных" международных "принципов", терроризм как бы теряет свою острую негативность и начинает обрастать благопристойными одеждами. Отстаивание "свободы", защита "прав человека", реализация "права наций на самоопределение", записанные в международных декларациях в качестве базисных оснований современного мира, из-за своей неопределенности и широкого диапазона толкования (что есть "свобода", какова иерархия "прав человека", как определить "нацию" и т.п.) – как бы легализуют любые, в том числе террористические средства достижения "столь благородных" целей. Взламывая рамки ранее непреложных правил, внутри которых разрешаются конфликты, это "самообеляет" терроризм и позволяет ему расширять свою социальную базу, а одновременно дает возможность заказчикам и спонсорам террора оправдывать свои действия в глазах части общественного мнения, произвольным и игровым образом соединяя, например, терроризм и "национально-освободительную борьбу".

И государства, и "спецтерроррогосударства" в последние годы все шире используют транслируемый СМИ террор для создания массовой "терророфобии", которая незамедлительно оказывается инструментом политических игр.

Наиболее очевидным оказывается применение терророфобии для внедрения в социальные массы "образов врага". Так, уже давно прослеживается выстраивание западными странами (при помощи угрозы террора) мифа-оппозиции "цивилизованный западный мир" – "террористический исламский мир". Под флагом этого мифа предпринимаются попытки разведывательной, военной и политической интеграции Запада в противовес Юго-Восточной "террористической угрозе". Очередные призывы к такой интеграции внятно прозвучали на саммите в Шарм-Эш-Шейхе.

Одновременно делается небезуспешная попытка расколоть сам исламский мир по признаку отношения к террору на "антитеррористов" (Саудовская Аравия, Пакистан, Кувейт, Турция, Египет, Иордания, Эмираты) и "террористов" (Иран, Ирак, Ливия, Сирия, Ливан), "прикупив" союзников и изолировав противников. При этом всем участникам данной политической игры хорошо известно, что Саудовская Аравия, Пакистан, Турция и Иордания являются районами базирования и главными спонсорами исламских террористических групп для Карабахской, Абхазской, Боснийской, Чеченской, Афганской, Таджикской войн, замешанными в исламском терроризме ничуть не в меньшей степени, чем Иран или Ливия.

Но, политически "припертый к стенке" последними терактами в Израиле, Ясир Арафат вынужден был впервые публично обвинить именно своего традиционного союзника – Иран – в поддержке террористической деятельности ХАМАС, и назвать его (и только его!) пособником международного исламского терроризма. К данному обвинению в адрес Ирана сразу же присоединилась Турция, хотя мало кому из участников египетского саммита неизвестно, что базы подготовки и отдыха террористов из Чечни, Карабаха, Боснии уже несколько лет почти открыто действуют под "крышей" студенческих городков и спорткомплексов в ближайших окрестностях Анкары, Стамбула, Измира, Антальи.

Динамика последних событий в Передней Азии позволяет предположить, что сейчас рядом западных спецслужб с участием региональной спецтерроросреды под знаменем "борьбы с терроризмом" готовится крупномасштабная акция против Ирана, которая будет осуществляться одновременно в Южном (интервенция из Персидского залива НАТО и ряда арабских государств), Северном (Иранский Азербайджан) и Юго-Восточном (Белуджистан) районах страны.

Региональная ситуация дает возможность прогнозировать, что подобная акция, тактически убрав на время иранский фактор из ближневосточного процесса, стратегически взорвет весь исламский Восток, подожжет подбрюшье России и резко проблематизирует энергетическую безопасность многих стран Европы и АТР, крайне зависимых от ближневосточной нефти. Исходя из древнего принципа "кому выгодно", можно предположить, что такое развитие событий конструируется прежде всего спецслужбами США.