Содержательное единство 1994-2000 - Кургинян Сергей Ервандович - Страница 197

Четвертое. В случае, если НАТО не остановит акцию в Югославии или решится на прямую территориальную интервенцию, выступить (на основании Устава ООН, требующего международного вмешательства в случае нарушения суверенитета стран-членов ООН) с инициативой создания временной группы стран, готовых объединить свои вооруженные усилия для оказания военной помощи Югославии в отражении агрессии, и созвать повторное внеочередное заседание ГА ООН для отмены санкций и эмбарго на поставки оружия в Югославию.

Искать союзников для описанного правового сценария следует везде, и в том числе в США. Для этого нужно собирать всех, абсолютно всех здравомыслящих людей мира, кто готов спасать международное политическое наследство Ялты и Потсдама как одну из немногих сохранившихся гарантий от тотального наступления той черной сущности, которую мир победил полвека назад. И здесь неизбежно придется отодвинуть на второй план и политическую вкусовщину, и разнообразные идеологические, этнополитические и конфессиональные "заморочки". Задача слишком сложна, масштабна и ответственна, чтобы разменивать ее на пристрастия и антипатии.

Представляется, что перечисленные меры способны остановить гангстерство НАТО в отношении Югославии и предотвратить рецидивы подобного гангстерства в будущем. Убеждены, что решение указанных проблем именно в максимально широком международном формате только и может остановить сползание мира в ситуацию абсолютного и не признающего никаких территориальных и моральных границ военно-силового беспредела.

При этом заметим, что политика двусмысленного "полувмешательства" со стороны международных органов, ярчайший и циничнейший образец которой явил в ходе созванного Россией чрезвычайного заседания СБ ООН по Югославии генсек ООН Кофи Аннан, уже бывала в относительно недавней истории. Например, во время гражданской войны в Испании. Там тоже была "полупроницаемая" блокада (эмбарго), тоже была однобокая пропагандистская кампания мировых СМИ, тоже были попытки великих держав инструментами "псевдомиротворчества" добиться для себя полезных геополитических результатов. А кончилось это обрушением единственного легального института разрешения международных конфликтов – Лиги наций, появлением союза Италии и Германии и очень скорым – после завершения испанской – началом Второй мировой войны. И следует откровенно признать, что именно практика двусмысленного страусиного "полувмешательства" ООН в международные конфликты последних лет привела к тому, что единственная мировая международная организация, ответственная за предотвращение и разрешение конфликтов, оказалась на грани фактического уничтожения.

Однако нельзя исключить и такой вариант, когда указанные правовые меры, предлагаемые Россией, не будут поддержаны значительной частью международного сообщества или же его решение будет проигнорировано НАТО. В этом случае, понимая, что не мы выпускаем данного джинна из бутылки, мы все же должны иметь план действий в подобной ситуации.

Для России сейчас самое важное и нужное – общественная, и в первую очередь элитная, консолидация на основе общего понимания того, что мир слишком опасно приблизился к последней черте, что российский корабль – в страшном шторме, и что сейчас выживание всех (а вовсе не только капитана и избранных обитателей кают-компании) – зависит от согласованных действий всей команды. Югославский колокол звонит во всем в мире, но в первую очередь по слабым. То есть и по нам.

Для начала нужно, как минимум, честно сказать команде, то есть всему обществу, что на самом деле происходит с морем и кораблем. Можно ли сказать это на том языке и так, как говорила с обществом российская элита последние десять лет? Безусловно, нет. Может ли вообще начать говорить по-новому, на новом языке и о другом, о действительно важном для России, та элита, которая вела общество в эти годы, давала ему радужные обещания, роняла в грязь его прошлое, его надежды, его человеческое достоинство и его жизненный уровень, а сама упоительно "оттягивалась" в Ницце и на Антилах? Крайне сомнительно.

Нет никакого доверия нынешней нашей политической элите во всех ее модификациях. И это недоверие имеет в своей основе следующий политический (и метафизический) образ. Представьте себе чан с нечистотами. И несколько "арбузов" (то есть миллиардов долларов на нынешнем слэнге) на дне этого чана. И представителя МВФ, который говорит: "Русские парни, ныряйте за арбузами". И "русских парней" разного рода, каждый из которых говорит: "Я готов нырять – но только в водолазном костюме". МВФ отвечает: "А тебе, имяреку, мы не дадим так нырять! Мы Чубайсу дадим! А тебе – только в трусах!" А тот им в ответ: "Нет, ни за что! В трусах – это непатриотично! Только в трусах и майке!" И подобный бредовый диалог намеков сейчас переполняет нашу российскую действительность.

Давайте скажем правду: есть два разных пласта понятий. Первый: независимая политика – либо политика зависимости. Второй: конфронтационная политика – либо мягкая политика. Нам говорят сегодня: независимая политика есть синоним конфронтационной, а зависимая политика – синоним мягкой или лояльной. Ой ли? А что если есть политика "конфронтационной зависимости"? Не ее ли мы сейчас наблюдаем почти во всех сегментах нашего элитного сообщества? И далеко не в первый раз! Сколько раз произносилось "не дадим бомбить Ирак без санкций ООН"? Но молча сглатывали бомбежки и становились в очередь за кредитами МВФ. Дальше говорили "не дадим бомбить Сербию"! Сербию бомбят, а в это же время идут переговоры о кредитах с Камдессю…

Мы хотим получить кредиты МВФ и хотим оказывать военную помощь сербам? Из американских кредитов МВФ? Что ж, и такое возможно. Если американцам нужен пожар в Европе, то они вполне могут разрешить нам на их деньги лить бензин в огонь этого пожара. Кто сказал, что американцам сегодня не нужна умеренная конфронтация с Россией хотя бы на время? Военно-промышленный комплекс США очень этого хочет! При одном условии – чтобы к 2003 году эту конфронтацию убедительно выиграть. Но чем будет оплачен этот выигрыш, какими уровнями мировой нестабильности? И кто реально будет "ловить рыбу в мутной воде"?

Но есть ли у нас другая элита, которая не несет на себе груз вины за произошедшее с Россией? Скажем прямо: если и есть, то в крайне недостаточных количествах и недостаточном качестве для того, чтобы оказаться соразмерной тяжести и остроте ситуации, в которую ввергнуты мир и наша страна в результате балканской авантюры НАТО.

А следовательно, единственный шанс для России в том, чтобы эта элита, обновившись и изменившись, переступив через свой разрушительно тупиковый и своекорыстный гедонизм, стала содержательно иной. Соединила и соразмерила себя с обществом и страной и встала на путь самомобилизации и давно назревшего стратегического политического и социального поворота. Главные условия этого поворота очевидны.

Первое. Надо отказаться от кредитов МВФ и Мирового банка. Отказаться от всего, что нестерпимо пахнет деньгами силы, вставшей на путь мирового гангстерства. Иначе эту силу не остановить. Нельзя сопрягать прыжки в бак с нечистотами с патриотическими жестами при выныривании из дерьма. Это смешно, унизительно, несерьезно. А ситуация сегодня – суперсерьезная.

Второе. Надо создать и реализовать новую национальную стратегию. В комплексе всех ее параметров. Отказались от кредитов – что дальше? Дальше мобилизационная экономика. Чисто социалистическая – или на манер капиталистических картелей и синдикатов, которые создавались в России в эпоху Первой мировой войны. Главное – мобилизационный контур экономики. И немедленно! Иначе отказ от кредитов – это жест самоубийцы.

Третье. Нужно работать с общественным мнением страны. С общественной психологией. Либо нынешние СМИ согласятся на это (можем себе такое представить, ибо они подвижны), и тогда надо опираться на них. Либо – нам нужны другие СМИ, электронные в первую очередь. Нужны другой язык, другие фундаментальные идеологемы, приводящие к другому, мобилизационному, состоянию общественного сознания. Могут ли сегодняшние "апологеты всевеликого Запада" перейти на другой язык? Но это не вопрос "советов по нравственности"! Это вопрос, где, говоря словами поэта, "кончается искусство, и дышит почва и судьба". Тут нет готовых ответов. Чем большая часть готова вписаться в поворот, тем лучше. Но все остальное – вон из общественного сознания и, при необходимости, из страны. Почва и судьба не всепрощением дышат. И это всем очевидно.