Содержательное единство 1994-2000 - Кургинян Сергей Ервандович - Страница 183

Данный стабилизатор оказался слишком малым и слабым, чему свидетельством Первая и Вторая Балканские войны 1912-13гг. и, главное, выстрел в Сараево в 1914г., запустивший механизмы Первой мировой войны. И потому после победы Антанты в 1919г. на Балканах был создан более крупный и мощный стабилизатор – Королевство сербов, хорватов и словенцев, в 1929г. ставший Королевством Югославия. Это был именно тот политический "гвоздь", который должен был всерьез и надолго скрепить всю балканскую конструкцию.

Опыт Второй мировой показал, что данная задача, по крайней мере отчасти, была решена. Во всяком случае, во время той войны регион уже не вполз в рыхлый безгосударственный формат существования. Хотя разведение народов Югославии по разные стороны баррикад и их взаимная резня еще раз продемонстрировали крайнюю необходимость крупного и устойчивого балканского государственного стабилизатора, который и был вновь зафиксирован после войны решениями Ялты и Потсдама в более широком формате, с включением в новую Югославию Черногории.

В послевоенный период регион не был оставлен вниманием победителей. И выиграл схватку за такое внимание Запад. Именно Великобритания, Франция, а позже и США помогли Тито (в форме концептуального оформления и гигантских финансовых вливаний) реализовать "рыночный социализм", который стал одновременно и средством отдаления Югославии от СССР, и первой показательной "витриной", заманивающей страны соцлагеря на рыночный путь. Здесь весьма знаменательно, что в 1989г. премьер СФРЮ А.Маркович, говоря о причинах надвигающейся экономической катастрофы в стране, открыто и публично признал, что ее экономическая система без регулярных вливаний МВФ попросту нежизнеспособна.

При крайне активном спонсорстве Запада политическая жизнь Югославии была весьма непростой. Уже в середине 70-х в ней все большую косвенную роль начинает играть Германия, перехватывая лидерство у Англии и США. И потому, что туда направлялось большинство искателей лучшей жизни из дозволенной режимом Тито гигантской армии югославских "гастарбайтеров". И потому, что немецкий капитал действовал на югославском рынке очень агрессивно и решительно. И потому, наконец, что хорват Тито очень благосклонно относился к наращиванию прямых экономических связей получающих все большую самостоятельность югославских республик (и в первую очередь союзника Третьего рейха во Второй мировой войне – Хорватии) именно с Германией.

И вряд ли можно считать случайностью то, что при Тито внутренние границы между республиками последовательно "округлялись" в пользу Хорватии в Баранье, Далмации, Славонии, Краине. И то, что при нем католицизм пользовался большей государственной свободой, чем православие. И то, что при Тито высшие руководящие посты в союзных республиках, получающих все большие самостоятельные права в собственных, независимых от федерального центра, политических и экономических коммуникациях с Западом, последовательно переходили к этническим националистам. И то, что при нем, в 1974г., сербские автономии Косово и Воеводина получили статус, почти уравнивающий их с союзными республиками.

Как нельзя считать случайностью и то, наконец, что к моменту распада Югославии, когда элита страны не сделала почти ничего для его предотвращения, президент Месич, премьер Маркович, глава МИД Лончаревич, командующий Югославской народной армией Кадиевич, главком авиации Юрьевич, глава разведки Мустич были хорватами. А через два года после распада страны уже упомянутый президент Месич публично заявлял, что на своем посту сделал все необходимое для того, чтобы развалить империю.

В контексте всего описанного вряд ли можно считать чем-то необычным тот факт, что Германия признала независимость Хорватии (и тем самым необратимо запустила процесс распада страны) практически сразу после того, как Загреб ее провозгласил.

Конечно, этот факт нельзя рассматривать в отрыве от новой ситуации в мире, возникшей в связи с крушением Восточного блока и фактическим началом распада всей Ялтинско-Потсдамской мировой системы. Суть указанной новой ситуации была в том, что открылась возможность заново делить сферы влияния и строить новую геополитическую архитектуру Европы и мира. И югославский балканский стабилизатор оказался одновременно и уже подготовленным древней, новой и новейшей историей "слабым звеном", и теперь уже явной помехой для большинства конкурирующих проектов новых миропорядков. И это звено начали согласованно и последовательно демонтировать.

2. Демонтаж

Первый этап демонтажа балканского макрорегионального стабилизатора проходил в несколько стадий, как показано на рис.1.

Начальная стадия – распад "Большой Югославии" в 1990г., после чего в составе федерации остались лишь Сербия и Черногория, а инициировавшая процесс Германия получила (через Австрию и отныне дружественные Словению и Хорватию) выход в Адриатику. Распад этот происходил бурно и кроваво и начался сербско-хорватской войной. Оказалось, Хорватия мгновенно стала государством не "хорват-ского и сербского", а лишь хорватского народа. Затем оказалось, что подавляющее большинство сербов вовсе не намерено покорно покидать Краину, которая была присоединена к Хорватии Третьим рейхом лишь в 1941 году, и наотрез отказывается водружать на свои дома государственный флаг новой независимой Хорватии, учрежденный усташами в 41-м с санкции Гитлера.

Рис.1.

Балканское домино. Этап 1

Выяснилось, что, казалось бы, забытые в Союзной Югославии понятия "сербокос" (нож для перерезания горла сербу) и "усташский геноцид" возродились в реалиях за несколько недель. И знаменательно, что одной из первых акций войны стало разрушение хорватами мемориала в усташском концлагере Ясеновац, где во время Второй мировой войны было уничтожено более 700 тысяч сербов, евреев и цыган. А далее отказ Туджмана предоставить населенным сербами Краине, Баранье, Славонии и Западному Срему хотя бы автономию в составе Хорватии – привел к развязыванию полномасштабной войны, в ходе которой погибло не менее 35 тысяч человек, а Сербия получила более полумиллиона беженцев.

Очень знаменательно, что Ватикан сразу занял совершенно непримиримую позицию в отношении православной Сербии, и не случайно выступления Папы Иоанна ПавлаII в это время однозначно воспринимались в католической Хорватии как призывы к борьбе с православным населением республики.

Сразу после этого процесс вошел во вторую стадию – войны в Боснии и Герцеговине. Не останавливаясь на многократно описанных перипетиях этой войны, отметим лишь, что Запад во всех случаях и эпизодах был устойчиво против сербов, причем Германия опять-таки крайне активно поддерживала Хорватию и хорватское меньшинство в БиГ, а США и политически, и экономически, и военно (но преимущество косвенно, путем поощрения помощи мировых исламских центров) спонсировали мусульман. Но сразу подчеркнем, что Германия проявила недюжинную политическую волю в пользу мусульман при определении границ Республики Сербской в БиГ по Дейтонскому миру, когда Бонн добился создания мусульманского коридора в направлении Горажде, выходящего почти к границе района Санджак в Сербии. Заметим также, что наиболее тяжелые бои в Боснии длительное время шли именно в ее восточной части, вокруг примыкающих к границе сильно исламизированного сербского Санджака городов – Сребреницы и Горажде. И в результате этой войны Сербия получила дополнительно не менее 200 тысяч беженцев.

Третья стадия балканского демонтажа началась в 1996г., после Дейтона, когда "процесс пошел" в Албании. Причем взрывали Албанию при помощи двух механизмов: наркомафиозного и "военно-спецслужбового".

Сейчас уже стало общим местом, неоднократно воспроизведенным множеством СМИ, что Албания и Косово – одна из наиболее важных зон действий международных наркомафий. Известно, что юг Албании, по утверждениям европейских экспертов, контролировался по преимуществу итальянскими кланами (Коморра, Сакра корона унита), а на севере страны властвовали исламские и турецкие наркокланы.