Содержательное единство 1994-2000 - Кургинян Сергей Ервандович - Страница 179

Такая вот, понимаешь, версия. Тут уже можно и Бориса Николаевича ввести в пространство содержательных аналогий. Мол, не хочет Ельцин "прыгать", ибо не понимает, зачем. Примаков пока конструктивен. То, что у него рейтинг растет, это так.. Опасность от него пока не исходит. Дума все, что надо, примет. Зиму и весну пусть поработают бок о бок, "наедятся дерьма", поотвечают за голодуху. А там посмотрим…

У Ельцина хорошее чутье. А на него давят. Давят и орут: "Прыгай!" Куда? На вилы? Он не поддается, уходит. В том числе "в медсанчасть". И тогда ему "аргументик" в виде убийства Г.Старовойтовой. Кирова то есть. А поскольку Старовойтовой может оказаться "мало", то, видимо, в подобной версии нужен некий "коллективный Киров" с приближением Ельцина к зоне предельного риска, когда придется прыгнуть – хочешь не хочешь. А вот куда и как прыгнет человек? Это вопрос особый. При всей маловероятности подобного развития событий – нельзя шутить с такими вещами. Шутканули уже однажды. В 1937 году.

Исторические параллели в перенагретом обществе, они же глюки – это своего рода мантры, заклинания, управляющие политическим подсознанием в критических ситуациях. Выключение света – это погружение в это самое подсознание. Во тьму, то есть. А там такое может сработать…. "вылетит – не поймаешь". Так что отнесемся к ритуалам серьезно. На то и критическая ситуация, чтобы не пренебрегать их анализом.

Часть 2.

КПРФ: ритуалы и ценности

Двусмысленная минута молчания, которой съезд НПСР почтил память Галины Старовойтовой и других "жертв криминального режима", требует не только оценки, но и альтернативного ритуального жеста. Хотя бы на страницах печати. Не будучи лично знаком с Галиной Старовойтовой, являясь всегда и при всех обстоятельствах ее непримиримым мировоззренческим противником (вовсе не по причинам антикоммунистических убеждений госпожи Старовойтовой), я питаю отвращение к политическому террору вообще. Зверское убийство женщины – умного и убежденного политика, умеющего отстаивать свои убеждения, – не может не вызывать глубочайшего возмущения.

Мое поверхностное знакомство с одним из близких родственников убитой произвело на меня приятное впечатление. Ясно было, что ты встретился с человеком простым, интеллигентным, умным и деликатным. Знакомство это позволяет мне дополнительно к общей оценке случившегося и безусловному требованию покарать виновных самым безжалостным образом – еще и выразить искреннее частное соболезнование всем родственникам и близким Галины Васильевны.

И все.

Что касается минуты молчания, то предлагаю своим единомышленникам почтить этой минутой сотни тысяч жертв межнациональных конфликтов – в Армении и Азербайджане, Грузии и Абхазии, Молдавии и Приднестровье, в Средней Азии, Прибалтике, на Северном Кавказе – ВЕЗДЕ. Этой же минутой молчания мы почтим миллионы и десятки миллионов тех, кто лишился крова вместе с распадом СССР или еще до этого. И тех, кто живет в вечном страхе за своих близких в разного рода дичающих национально-суверенных анклавах. И тех, кто не может учить своих детей родному языку, ибо вдруг оказался "некоренным населением". И тех, кто оказался лишен гражданских прав при полном безразличии пресловутого "мирового сообщества". Мы почтим этой минутой своих мертвых – погибших на полях войн, которые велись ради выстраивания разрушенной великой страны. Мы почтим своим молчанием – большую БЕДУ и ее ЖЕРТВ.

Как можем мы, чтя минутой молчания то, что считаем БЕДОЙ и ее ЖЕРТВАМИ, одновременно отдавать ритуальную (и именно ритуальную) почесть тем, кто считает БЕДУ – счастьем (освобождением из-под ига империи), ЗЛО – благом (национализм как двигатель национально-освободительного движения народов, освобождающихся от империи, – это ведь благо?), а ЖЕРТВ .- щепками, которые нельзя брать во внимание, когда рубят лес? Дикарями, не требующими сострадания? "Бревном", убираемым с пути движения мировой цивилизации? Всем чем угодно – только не людьми с гражданскими и человеческими правами, не частью целого, отторгнутой от исторического и высшего духовного творчества.

Меньше всего я хочу демонизации всего, что связано с Галиной Васильевной. Счет за распад империи (а для нас империя как сверхнациональное государство, объединенное мощной идеей, – это благо) мы предъявим прежде всего другим – тем, кто обладал для этого необходимыми возможностями. Но Галина Васильевна всегда убежденно и открыто боролась за подъем национально-освободительного движения как инструмент развала империи. Она была открытым, честным и убежденным рупором и вестником этой большой БЕДЫ. Можно и должно ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ сочувствовать горю, сострадать родным. Можно и должно ПО-ГРАЖДАНСКИ требовать (и здесь я полностью согласен с Гайдаром) не чрезвычайных, а нормальных, законных мер по пресечению политического террора. И выражать свое непримиримое отношение к террору, этому пакостному сплетению беспомощности и озверения.

Но нельзя разменивать, девальвировать и извращать РИТУАЛ, то есть то, что задает в значительной степени ценностное ядро твоего политического поведения. Если ДЕЛО РАСПАДА ИМПЕРИИ, которому честно и умно служила Галина Васильевна, – это благо, тогда ДЕЛО, которому я служу, – это зло. И наоборот: если ДЕЛО, которому я служу, – это благо, то ДЕЛО, которому служила Галина Васильевна, – это зло. Ритуально (а не по-человечески, что можно и должно) отдавая почесть Галине Васильевне, я отдаю почесть ее ДЕЛУ. То есть оскверняю свое. Так ведь?

Вроде бы так. Но что тогда творит НПСР на своем съезде? Сначала все валится в одну кучу и возникают какие-то "жертвы криминального режима" – еще одна химера в череде бесконечных химер, рождаемых "сном разума" политиков указанной ориентации. Затем возникает ритуал в честь "жертв криминального режима". Но поскольку ясно, что все вращается вокруг убийства Г.Старовойтовой, то этот ритуал все справедливо соотносят со Старовойтовой. Но ритуал – это знак посмертной почести человеку и его делу. В какое дикое положение ставит дисциплинированных членов партии предложение вписать в ритуал Галину Васильевну? Встал – почтил ДЕЛО и унизил себя. Не встал – проявил себя хамом, экстремистом, а то и соучастником подобного убийства. И ноль секунд на размышление.

Так что же, мы и свет в окнах будем выключать в знак своего отношения ко всем жертвам криминального режима? А Гайдар или Чубайс – они тоже, что ли, почтят "жертв криминального режима"? И что это собой знаменует?

Знаменует это, конечно, собой только одно: у лидеров нынешней КПРФ нет не только собственного ценностного ядра (которое охраняется, развивается и воспроизводится ритуалами), но и понимания того, что ценностное ядро вообще необходимо. Все размыто в глупой и самодовольной политиканствующей игре. Самодовольной, потому что играющие в это политики считают, что они овладели современными политическими технологиями и встали на одну доску с "демократами". Глупой, потому что демократы никогда на эту доску не встанут. А овладение современными технологиями у наших псевдокоммунистов происходит на уровне племени мумбу-юмбу, символически овладевающего жестами бледнолицых. На уровне того, что Грибоедов устами Чацкого назвал духом "тупого, рабского, слепого подражанья". Никогда Чубайс себя так не поведет. И Гайдар тоже. Потому что их технологизированная современность – другого разлива. И ценностное ядро. если не имеется, то по крайней мере осознается как высшая значимость в реальной политике.

Часть 3.

Противники КПРФ: политические ловушки

Антикоммунизм – программирующий и мобилизующий код "партии власти". Так же, как и антисемитизм. И в момент, когда ей нужно драться за самосохранение, она эти темы начинает педалировать с той мощностью, которая необходима для мобилизации на самозащиту. Сейчас от этого просто зашкаливает. А значит, угроза самосохранению очень велика. И привычной, нужной, обоснованной кажется апелляция к мобилизующим сущностям. Но это, увы, лишь глюк. И не более. Это политическая ловушка. И попадает в нее "партия власти" вместе со всем обществом. При этом не спасает ни "современность", ни "технологизм", ни то, что "цену ценностям знают". Не спасает все это потому, что началась эпоха "переоценки ценностей". И все привычное здесь "вывернуто наизнанку", равно самому себе "с точностью до наоборот". Попробуем уйти от голословных утверждений в сферу "минимально достаточных обоснований". Вопрос, согласитесь, весьма и весьма серьезный.