Черный ворон: Приключения Шерлока Холмса в России т.2 - Никитин П. - Страница 26

— То, что громилы отвинтили снизу гайки, затем разогнули полосы, проткнули вверх винты и, таким образом, разобрали крышку люка, — серьезно ответил Холмс. — Затем, дав понюхать спящему приказчику чего-то снотворного, они посредством отмычек отперли ящики, вынули вещи и спустились в люк. Затем, держа полосы, они наложили на них снизу доски, снова загнули железо и, втянув посредством ниток сверху в отверстия винты, завинтили гайки.

— Черт возьми, ведь и в самом деле! — смущенно пробормотал следователь. — Но как же они могли проникнуть в погреб? Окон в подвале нет, а железная двойная дверь…

— Совершенно нетронута, — спокойно сказал Холмс.

— Что же вы предполагаете?

— Я уверен, что мне уже удалось найти ход, ведущий в подвал, — ответил Холмс.

На лицах всех присутствующих отразилось крайнее недоумение.

— Вы нашли ход?

— Я думаю, что да! — невозмутимо ответил Холмс. — Не угодно ли вам подойти сюда?

Задетые за живое, мы все последовали за ним.

Подойдя к той стене подвала, которая была со стороны двора, Холмс указал рукой на одну из плит.

— Обратите внимание на то обстоятельство, — заговорил он, освещая стену электрическим фонарем, — что все стенные плиты скреплены одна с другой цементом. Только вот эта плита, к которой ведут найденные мною следы, не прикреплена к остальным цементом и ее отделяет от других едва заметная щель. Крошки цемента на полу под ней ясно указывают на то, что и эта плита была скреплена цементом, но его выскребли. Правда, несмотря на все мои усилия, я не смог подвинуть плиту ни на линию, но это можно объяснить лишь тем, что она приперта с другой стороны балками или чем-нибудь другим.

— Что-то уж очень сложно! — недоверчиво пробормотал начальник сыскного отделения.

— Да, это-то и заставляет меня думать, что мы имеем дело не с простыми хулиганами, а с необыкновенно умным и талантливым человеком.

Следователь пожал плечами.

— Что же вы намерены предпринять дальше?

— Намерен попросить вас позвать сюда двух каменотесов и попросить их отвалить эту плиту, — ответил Холмс.

— К вашим услугам! — проговорил хозяин. — Сейчас распоряжусь.

Минут через двадцать два каменотеса, вооруженные кирками и ломами, спустились к нам.

Указав им на плиту, Холмс приказал вынуть ее из стены.

Получив обещание хорошей награды, каменотесы дружно застучали кирками и, не прошло и двадцати минут, как плита была снята с места.

Каково же было злорадство следователя, пристава и начальника сыскного отделения, когда за ней показался земляной слой.

Но Холмс, по-видимому, не замечал этого.

Уйдя головой в образовавшееся отверстие, он зажег фонарь и несколько раз колупнул пальцем землю.

— А ну-ка, ударь кто-нибудь ломом в эту землю! — произнес он, вылезая из отверстия.

На его лице играла довольная улыбка. Один из каменотесов схватил лом и изо всей силы ударил им в земляной слой.

В тот же момент он громко вскрикнул, ударившись лбом о камень, так как лом не встретив почти никакого сопротивления, весь ушел в мягкую землю, благодаря чему, в силу инерции, каменотес и ударился головой о стену.

Единодушный крик удивления вырвался у всех присутствующих.

— О, чтоб тебе! — ругался, между тем, каменотес. — Да там пусто!

— Копай! Копай живее! — приказал Холмс.

Кирки дружно заработали.

Вскоре каменотесы вылезли из отверстия.

— Готово! — сказал один из них.

— Ну-с, господа, я попрошу вас следовать за мной! — повелительным тоном произнес Холмс. — С собой ли у вас, Ватсон, револьвер?

— Конечно!..

— В таком случае, вперед!..

Вслед за Холмсом я пролез в небольшое отверстие и очутился, вместе с другими, в низком, небольшом гроте, освещенном фонарем Холмса.

В глубине грота виднелось темное отверстие подземного хода, по которому можно было пробираться лишь на четвереньках.

Сделав нам знак следовать за собою, Холмс опустился на колени и первым вполз в подземелье, освещая себе путь фонарем.

Но едва мы пролезли шагов двадцать, как вдруг Холмс громко крикнул:

— Стойте! Не напирайте на меня! У кого есть ножницы?

— У меня! — отозвался пристав.

— Скорей их сюда!

Ножницы были переданы и минуты две прошло в гробовом молчании, пока, наконец, Холмс снова не крикнул:

— Смело вперед!

Прошло минут двенадцать.

Холмс вдруг остановился.

— Эге! — воскликнул он. — Здесь дальше идти некуда! Выход завален. Двигайтесь, господа, назад и меряйте ход четвертями.

Обратным порядком мы двинулись назад, исполняя требование Холмса.

Ход был совершенно прямой.

Когда мы, наконец, снова выбрались в подвал, мы невольно расхохотались, глядя друг на друга: мы положи-тельно походили на чертей, до того мы были выпачканы землей.

— Зачем вам потребовались ножницы? — спросил Холмса пристав.

— Для того, чтобы обойти ловушку, — серьезно ответил Холмс.

— Ловушку?

— Да. Поперек хода был протянут черный шнурок, на высоте получетверти от пола. Я не могу точно сказать, для чего он служит, но, по-моему, это или сигнал, или смерть. Возможно, что если бы я зацепил его, где-нибудь раздался бы звонок, но возможно и то, что шнур проведен к заложенному фугасу и, дерни я его нечаянно, мы взлетели бы великолепно на воздух. Во всяком случае, я вовремя заметил его и, осторожно обрезав, предотвратил ту или другую опасность.

— Черт возьми, с вами можно пойти хоть к черту на рога, до того вы предусмотрительны! — с волнением произнес следователь.

Холмс не обратил никакого внимания на его слова.

— Длина хода — триста семьдесят четвертей, — бормотал он про себя. — Направление замечено по компасу. Прекрасно!..

И, обернувшись к нам, он громко сказал:

— А теперь, господа, мы выйдем во двор, проверим линию и гайда прямо к месту.

Мы вышли во двор.

По компасу мы определили направление, на глаз определили расстояние и по проверенной линии направились вперед, перелезая через заборы.

— Здесь! — произнес, наконец, Холмс, когда мы очутились на улице, параллельной той, на которую выходили магазины Хоменкова. — В этот двор, по ту сторону улицы, должен выходить подкоп.

Мы невольно взглянули на небольшой деревянный домик с закрытыми ставнями, на который указывал Холмс, и молча удивленно переглянулись.

— Одну минуту! — проговорил Холмс.

Оставив нас одних, он скрылся в дверях соседнего дома и вскоре вышел из него с озабоченным лицом.

— Что случилось? — не утерпел спросить пристав.

— Они ускользнули от нас! — со злостью проговорил Холмс, сжимая кулаки. — Ну, нет, черт возьми, так легко вы не отделаетесь от Шерлока Холмса! Пойдемте-ка, господа, в брошенный притон.

Ворота дома оказались незапертыми.

Через минуту к нам подошел и хозяин дома, старый часовщик, который, по нашей просьбе, отпер нам входную дверь, через которую мы вошли в дом.

Вся квартира состояла из трех небольших комнат и кухни. Теперь она была тщательно выметена и совершенно пуста.

— Кто снимал у вас этот домик? — обратился Холмс к часовщику.

— Господин Брендер и его сожитель Савелов, — ответил тот.

— Когда же они очистили квартиру?

— Четыре дня тому назад.

— Они уехали?

— Да. Нагрузили свои вещи на тележку и уехали.

Холмс насторожился.

— Скажите, пожалуйста, у кого нанимали они тележку? — спросил он.

— У них была своя тележка и лошадь. Шустрая лошадка! — ответил часовщик. — Тележку только что успели из кузницы привезти; они сейчас же и уехали.

— Из какой кузницы? — полюбопытствовал Холмс.

— А вот тут, за углом, Михеича кузня.

Расспрашивая часовщика, Холмс, не переставая, шарил по всем углам и заглядывал в печки.

Вдруг он вытащил из одной печки что-то черное и подошел к окну.

— Гм!.. почти сгорела! — проговорил он.

Тут мы заметили, что он осторожно держит в руках несколько почти сгоревших клочков бумаги, вероятно, оставшихся среди золы.