Ловушка для жены - Уоррен Трейси Энн - Страница 52

Глава 19

С этих пор Джанет не раз слышала из уст Даррага слова благодарности. Наступила осень. Погода становилась все холоднее.

Что бы ни приготовила Джанет и как бы невкусно это ни было, Дарраг неизменно с большим энтузиазмом ел ее стряпню и хвалил за успехи.

Когда Джанет пришлось самой стоять у плиты, она как будто прозрела и поняла, насколько трудным и увлекательным делом было приготовление пищи.

После первой неудачи, постигшей Джанет, Эйна решила научить ее готовить самое простое блюдо – яичницу-болтунью. Служанка показала ей также, как жарить колбаски так, чтобы они не пригорели, а затем под руководством Эйны Джанет впервые в своей жизни заварила чай.

После того как девушка ушла домой, супруги сели за стол в своей крохотной столовой и с неописуемым наслаждением съели незатейливое блюдо, приготовленное Джанет.

Первые попытки испечь хлеб, сварить овсянку, пожарить мясо и потушить овощи закончились для Джанет новой неудачей. Она уже хотела сдаться и заявить Даррагу, что у нее ничего не получается и они вынуждены будут снова перейти на яблоки и сыр, однако все же нашла в себе силы продолжать учиться кулинарному искусству. Гордость не позволяла ей отступать.

Дарраг целыми днями работал в своем кабинете. Негромко насвистывая, он чертил что-то, сверялся со старыми чертежами и листал какие-то книги. Однажды утром Дарраг заявил жене, что он должен отлучиться по делам.

Эта новость не понравилась Джанет.

– А почему вы не хотите взять меня с собой? – нахмурившись, спросила она. – Поездка по окрестностям развлекла бы меня.

– Нет, вы должны остаться дома! – отрезал Дарраг. – Сейчас осень, ветрено и холодно.

Джанет надула губки. Увидев, что жена обиделась, Дарраг смягчился и объяснил, что Джанет нужно готовить обед, а поездка не принесет ей ничего, кроме разочарования.

Джанет могла не послушаться мужа и поскакать вслед за ним. В их конюшне были две верховые лошади. Но Джанет не знала местности, да и, честно говоря, осенняя природа выглядела здесь довольно уныло. Возможно, Дарраг был совершенно прав и эта поездка только утомила бы ее, не принеся никакого удовольствия.

Джанет осталась дома одна, поскольку у Эйны был выходной день, и занялась выпечкой хлеба. Все шло хорошо до того момента, когда она открыла заслонку печи, чтобы взглянуть на пекущиеся караваи. Они были плоскими и твердыми, как кирпичи.

Расстроившись, Джанет стала вынимать ухватом из печи сковороды с хлебом. Ее лицо обдало жаром. Джанет раскраснелась, к ее лбу прилипли завитки выбившихся из прически волос.

Проведя запястьем по лбу, чтобы отереть капельки пота, выступившие на коже, Джанет с отчаянием взглянула на неутешительные результаты своего труда. Она не понимала, в чем именно ошиблась. Ее взгляд упал на небольшой синий кувшин, и Джанет ахнула. О Боже, она забыла добавить закваску, и поэтому тесто не подошло! «Вот тупица! – начала она ругать саму себя. – Надо же было допустить такой просчет!» Опустившись на кухонный стул, Джанет разрыдалась.

Вернувшийся через полчаса Дарраг застал ее всю в слезах. У Джанет покраснели и опухли глаза. Она безутешно плакала.

– Что с вами? – озабоченно спросил Дарраг. – Вы поранились?

– Нет, – всхлипывая, выдавила из себя Джанет. – Я плачу из-за хлеба... Он у меня не удался...

Взглянув на жалкие караваи, лежавшие на столе, Дарраг поднял жену со стула и заключил ее в свои объятия.

– В таком случае мы будем сегодня есть без хлеба, – заявил он. – Не терзайтесь так, неудавшийся хлеб – это еще не конец света.

Она снова всхлипнула. Достав из кармана носовой платок, Дарраг вытер жене слезы и дал ей высморкаться. Осыпав ее лицо поцелуями, он приник к губам Джанет, а затем, уложив на кухонный стол, стал пылко ласкать ее. Белое облако от рассыпавшейся муки кружилось в воздухе. Они долго, с наслаждением занимались любовью. Все мысли об испорченном хлебе исчезли из головы Джанет.

Вечером Дарраг подарил жене поваренную книгу, которую купил в этот день, во время поездки. Раньше такой подарок мог бы обидеть Джанет, но она уже излечилась от прежнего высокомерия и гордости и с благодарностью приняла книгу, которая могла принести ей много пользы.

Воспрянув духом, Джанет начала экспериментировать на кухне. Теперь она пыталась приготовить не только простые блюда, но и те, которые когда-то подавали в доме ее родителей. Незаметно для себя она увлеклась кулинарным искусством и стала находить удовольствие в стряпне. Однажды вечером Джанет впервые в жизни приготовила лосося под сливочно-укропным соусом. Дарраг был в восторге от такого ужина и два раза просил добавки.

Джанет никогда не считала себя беспомощным человеком, но она не подозревала, что обладает незаурядными способностями делать что-то своими руками и наслаждаться результатами своего труда.

Для нее было открытием, что она может обходиться без элегантных нарядов – по крайней мере в течение дня. К ужину Джанет все же являлась в вечернем туалете, как того требовали правила хорошего тона. Она понимала, что ее дорогая, привезенная из Лондона одежда может пострадать, если она будет заниматься в ней работой по дому. Поэтому с помощью Эйны Джанет сшила себе из мягкой шерстяной ткани четыре повседневных платья.

Но самым удивительным для нее явилось то, что она совершенно не скучала в этой глуши.

Возможно, причина крылась в том, что Джанет была постоянно чем-то занята. Она стремилась стать хорошей женой и сделать приятной совместную жизнь с Даррагом. Теперь Джанет редко вспоминала о своих былых развлечениях и привычках. Утром она вставала, радуясь новому дню, и, полная сил, с энтузиазмом принималась за работу, а вечером ложилась спать, довольная достигнутыми успехами.

Ласки Даррага доставляли ей ни с чем не сравнимое наслаждение, и после соитий с ним она с блаженной улыбкой засыпала в его объятиях.

Несмотря на свою занятость, Джанет выкраивала время для ежедневных прогулок. Утром она обычно выходила подышать свежим воздухом. Джанет раньше и представить не могла, что местная природа способна очаровать ее.

Дарраг частенько сопровождал ее. Джанет гуляла, взяв мужа под руку и беседуя с ним на разные темы – серьезные и не очень. За ними, виляя хвостом, бежал Витрувий, настороженно принюхиваясь. Учуяв кролика или мелкого грызуна, он бросался по следу за своей жертвой.

Однажды погожим осенним днем Джанет собрала корзинку с едой, положив в нее жареного цыпленка, сухофрукты, пирог и вино, а также приготовила краски, кисточки, этюдник и бумагу. Дарраг запряг лошадь в легкую коляску и, погрузив все это в нее, помог сесть жене. Они решили отправиться на пикник.

– Вам понравится устье Шаннон, – сказал он, когда они тронулись в путь, – в наших краях эта река впадает в море. Вскоре вы почувствуете приятный аромат морской воды. Мы прекрасно проведем этот день на природе.

Дарраг оказался прав. Поросшие растительностью берега выглядели по-осеннему живописно. Они сели в тени кустов на расстеленный плед и начали есть, слушая птичье пение и беззаботно, словно дети, махая проплывающим мимо судам.

– У вас в желудке еще осталось место для десерта? – спросила Джанет, доставая из корзинки сладкий пирог.

– Если этот пирог пекли вы, я обязательно его попробую, – с улыбкой заверил ее Дарраг. Он вальяжно лежал на пледе, опираясь на локти. – Покормите меня.

Джанет отрезала край пирога и, отрывая от него по маленькому кусочку, стала кормить Даррага. Он с удовольствием ел из рук жены, время от времени целуя ее ладонь. Джанет весело смеялась, глядя на него.

Утолив голод, они занялись рисованием. Джанет взяла краски и кисти и стала писать акварелью пейзаж, который простирался перед нею. Дарраг достал карандаши и альбом, которые захватил с собой из дома, и начал делать какие-то наброски. Джанет и не подозревала, что ее муж обладает талантом художника. Впрочем, в этом не было ничего удивительного, ведь он был архитектором.