Собрание сочинений. Том III - Задонский Тихон "святитель" - Страница 91

3) Без благодати Божией ничего благоугодного человек творить не может. Бог производит в нас и хотение и действие по Своему благоволению, – говорит апостол (Флп. 2:13). И Христос говорит: Без Меня не можете делать ничего (Ин. 15:5), что и вышеуказанные в первом и во втором пункте причины показывают. Ибо человек в духовных делах без Божией благодати как иссохшая ветвь, которая никакого плода принести не может. Как ветвь, – говорит Христос, – не может приносить плода сама собою, если не будет на лозе, так и вы, если не будете во Мне (Ин. 15:4). Итак, Богу, производящему в нас и хотение, и делание доброе, подобает всякая хвала и слава; а человеку приличествует стыд на лице и смирение, ибо не только делать, но и хотеть без Бога ничего доброго не может.

«Если есть какое добро, малое или великое, – говорит упомянутый блаженный Августин, – это Твое дарование, Господи; наше же только зло. Чем похвалится всякая плоть? Разве злом? Это не похвала, а бедность. Твое, Господи, добро, Твоя слава! Поэтому кто от Твоего добра славы себе ищет, тот вор и разбойник и подобен дьяволу, который хотел похитить славу Твою. Ибо кто похвалы ищет от Твоего дарования и не ищет от того Твоей славы, но своей, тот хотя ради Твоего дарования и хвалится людьми, но Тобой осуждается, потому что от Твоего дарования не Твоей, а своей славы искал. А кто людьми хвалится, Тобой же осуждается, того люди не защитят, когда будешь судить, и не избавят, когда Ты осудишь».

И немного ниже: «Господи! Исповедую, как научил Ты меня, что я ни что иное есть, как всякая суета, сень смертная, и бездна некая темная, и земля пустая, из которой без Твоего благословения ничего не произрастает, и плода не приносит, кроме стыда, греха и смерти. Если какое добро имел я когда, от Тебя его принял; какое добро ни имею, оно Твое и от Тебя его имею. Если когда стоял я, Тобою стоял; если когда падал, собою падал, и всегда бы в болоте лежал, если бы Ты меня не воздвиг; всегда бы слеп был, если бы Ты меня не просветил. Когда пал я, никогда бы не восстал, если бы Ты мне руки Своей не простер; но и когда Ты меня воздвиг, всегда бы падал, если бы Ты меня не поддерживал; чаще бы погибал, если бы Ты мною не управлял. Так всегда, Господи, так всегда благодать Твоя и милость предваряет меня, она избавляет меня от всех зол, спасает от прошедших, восстанавливает от настоящих и предваряет от будущих, пресекает и сети греховные передо мной, отнимает случаи и причины. Поскольку если бы Ты этого добра мне не сотворил, то я бы все грехи мира сотворил» (Soliloqu. гл. 15).

Так блаженный Августин о себе исповедует; так учит премудрый учитель и нас о себе исповедовать и со смирением признавать немощь свою и окаянство, и, от зла ли когда уклоняемся, или доброе делаем, благодати и милости Божией то все приписывать!

4) Смиренным, как Писание говорит, Господь дает благодать (Иак. 4:6). Как воды обыкновенно с высоких гор на низкие места стекают, так реки дарований Божиих в долины смиренных сердец ниспускаются. И как сосуд пустой все удобно вмещает, так сердце, от суеты мирской и от гордости освобожденное, удобно к восприятию дарований Божиих. Бог милостиво и человеколюбиво смотрит на смиренное сердце, как Пресвятая Богородица говорит: Призрел Он на смирение Рабы Своей (Лк. 1:48).

Бог, богатый в милости и щедротах, всем хочет подать благодать Свою. Но, поскольку не во всех находит удобное к восприятию сердце, потому не всем подает, а только тем, которые нищие духом и признают нищету свою, алчут и жаждут правды Его (Мф. 5:5-6). Как в начале Бог сотворил небо и землю, такие дивные дела из ничего, так Тот же Бог и ныне все из ничего творит. Правильно делает, кто считает, что он – ничто, и его из того ничего Всемогущий соделал. Отсюда бывает, что смиренный невежда и земледелец разумнее и мудрее в звании христианском, нежели гордый мудрец мира сего, хотя красивых речей и письма не знает. Поэтому апостол говорит: Никто не обольщай самого себя. Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым (1 Кор. 3:18).

5) Как на смиренное сердце изливаются дарования Божии, так в смиренном сердце, как в некой сокровищнице, сохраняются. Ибо такое сердце благодать и страх Божий окружает и, как верный страж, хранит его. Не так надменная гордость, но она и то, что и имеет, губит. Так прародитель наш в раю, когда захотел богом быть, потерял и то, что имел, Богом данное; захотел богом быть, но сравнялся с несмысленными скотами и уподобился им (Пс. 48:21), – этого зла и сыны его причастились, и оплакать довольно не можем.

Смирение есть как основание некое, на котором духовную храмину добродетелей должны мы созидать. Смиренный, без сомнения, уподобляется мужу благоразумному, который построил дом свой на камне; и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и устремились на дом тот, и он не упал, потому что основан был на камне (Мф. 7:24-25). Ибо смирение придерживается верой Того, Который все в руке Своей содержит; и потому это твердое основание. Без этого основания все, что ни создастся духовного, падет и в прах обратится. Фарисей думал, будто он создал храмину свою; но, поскольку этого твердого основания не положил, обманулся, как пишется в Евангелии (Лк. 18:11-12,14). Без смирения и построить ничего духовного невозможно, ибо, как сказано выше, без благодати Божией ничего духовного сотворить не можем. Ибо Бог гордым противится, а смиренным дает благодать (1 Петр. 5:5).

6) Без смирения истинного покаяния быть не может, но есть притворное и ложное, которое только на устах, а не на сердце. Ибо как больной, который хочет исцелиться, должен сначала признать свою немощь и лекарю объявить, так и грешник, который душой немоществует, должен прежде всего душевную свою немощь признать, бедность и окаянство, признать себя преступником святого закона Божия, перед судом Божиим виноватым, временного и вечного Божия наказания достойным, и с таким исповеданием прибегать верою ко Христу, душ и тел Врачу, и повергать себя духовно перед пречистыми Его ногами, подобно евангельской блуднице (Лк. 1:37-38), что без смирения быть не может. Ибо само такое сердечное признание бедности и окаянства есть признак смирения. Такое смирение показал блудный сын, когда признал свое недостоинство: Отче! Я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим (Лк. 15:21). Так смирился мытарь, когда стоял вдали, когда не хотел даже возвести очи на небо, но, ударяя себя в грудь, говорил: «Боже! Милостив буди мне, грешному» (Лк. 18:13).

7) Без смирения молитва неполезна бывает, ибо гордым Бог противится. Напротив, на смиренных милостиво призирает Бог: Призрел на молитву смиренных и не уничижил моления их, – говорит Псаломник (Пс. 101:18). Так Он призрел на молитву смиренного мытаря, хотя грехами и обременен был, – как и отринул гордое самохвальство фарисейское. Всякий, возвышающий сам себя, смирится, а смиряющий себя возвысится (Лк. 18:14). Так сотник в Капернауме, который считал себя недостойным того, чтобы в дом его Христос вошел, получил желаемое, да еще с похвалою: И в Израиле не нашел Я такой веры, – сказал Христос (Мф. 8:10). Так верная хананеянка, которая не отказалась быть подобной псам, едящим крохи, падающие с трапезы господ своих, слышит от Христа: «О женщина! Велика вера твоя; да будет тебе по желанию твоему». И исцелилась дочь ее в тот час (Мф. 15:28). Ибо где вера истинная, там и смирение: смирение от веры неотлучно. С такой верой и смирением и мы должны приступать к величеству Божиему, если хотим чего просить и просимое получить, – помнить, кто мы и к Кому с прошением приступаем.

8) К смирению приводит нас начало и конец наш: из земли взяты, в землю и обращаемся, ибо мы земля, и в землю отойдем (Быт. 2:7; 3:19). Если и утешает нас вера наша, что опять душа с телом в свое время соединится Божией силой, и в иной, прекраснейший, вид Божией благодатью облечемся, однако всякому следует однажды умереть (Евр. 9:27), в недрах земли, от которой взяты, скрыться и до общего воскресения почить. А эта мертвость и тление приводит нам на память и то, что нас в это плачевное состояние грех привел, хотя несомненная надежда питает и укрепляет сердца наши, ибо жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге (Кол. 3:3). Размышление об этом конце, разрешении, тлении и рассыпании тела нашего не допустит нас надмеваться и над прочими возноситься. Ибо всем – высоким и низким, господам и рабам, богатым и нищим – следует по кончине один дом – земля, и всякому предстоит в смрад и в землю телом обратиться и рассыпаться.