Уздечка для сварливых - Уолтерс Майнет - Страница 75

– Матильда не намеревалась мне ничего говорить. А я не очень охотно выслушивал ее признания. – Он вздохнул. Рано или поздно Сара узнает, что он ездил к ее отцу и почему он с ним встречался. – Через год после рождения Джоанны у Матильды родилась вторая дочь, от Пола Марриотта. Ее она отдала в приют. По ряду причин Матильда убедила себя, что ты и есть ее потерянная дочь, и она сказала мне, что изменила завещание в твою пользу. – Джек устало улыбнулся. – Я был потрясен и не знал, что делать. Ничего не говорить и позволить тебе получить состояние по надуманной причине? Сказать правду и лишить Матильду ее иллюзий? Я решил съездить к твоему отцу и узнать – есть ли у него какое-нибудь доказательство того, что тебя не удочеряли. Ну хоть что-то, что я мог бы предъявить Матильде... – Он покачал головой. – Когда я вернулся, Матильда была уже мертва, полиция терялась в поисках мотива, а я был единственным, кто знал, что Матильда оставила тебе все состояние. Это был настоящий кошмар. Я хорошо понимал, что, если раскрою рот, нас арестуют по обвинению в преступном сговоре. Мы не могли бы доказать, что я не рассказал тебе о завещании, а алиби у тебя не было. – Джек усмехнулся. – Потом ни с того, ни с сего ты указала мне на дверь, и я понял, что самое лучшее сейчас – уйти и позволить тебе думать обо мне как о последнем подонке. Ты была слишком уязвлена и разозлена и поэтому первый раз в жизни не скрывала своих чувств. Так что Купер получил изрядную дозу честных эмоций. Ты показала ему все свои чувства, начиная от потрясения по поводу завещания до полного замешательства, когда узнала, что я нарисовал портрет Матильды без твоего ведома. – Он снова засмеялся. – Ты сняла нас обоих с крючка, даже не подозревая этого.

– Огромное спасибо, – сказала Сара резко. – А что бы произошло, если бы я была безумно рада, что ты ушел?

На лице Джека появилась ехидная усмешка.

– На всякий случай я подстраховался, поселившись у Джоанны. Она красивее тебя, так что ты просто обязана была ревновать.

– Чушь собачья. – Сара не пояснила, относится ли это к ее внешности или ревности. – Матильда сказала Джейн, что у нее был ребенок от Пола?

Джек кивнул.

– Только она сказала ей, что родился мальчик. Настал черед Сары вздохнуть.

– Тогда я сомневаюсь, что это правда. Матильда могла выдумать ребенка, как выдумала самоубийство своего дяди. Она могла сделать аборт или убить бедняжку при рождении. Думаю, ей просто было удобно воскресить эту фантазию, чтобы создать виноватого и смущенного наследника, которым бы она могла манипулировать после своей смерти. – Сара вновь повернулась к портрету. – Она использовала нас всех тем или иным способом, и я не уверена, что мне это нравится. Что я скажу Джейн и Полу, если они спросят, почему Матильда оставила деньги мне?

– Ничего, – ответил он просто. – Потому что это не твой секрет, Сара, а мой. Дункан оказал ей хорошую услугу, уничтожив дневники. Это позволяет тебе создать о Матильде такую память, какую ты пожелаешь. Через десять лет Фонтвилль будет вспоминать о ней лишь как о щедрой благотворительнице, потому что нельзя доказать обратного. – Джек нежно взял лицо жены в ладони. – Не бросай ее сейчас, дорогая. Каковы бы ни были мотивы Матильды, она доверила тебе свое искупление.

– Ей следовало доверить это тебе, Джек. Думаю, она любила тебя больше всех. – На ресницах Сары блеснули слезы. – Заслуживает ли она, чтобы люди думали о ней хорошо?

Он дотронулся до ее слез кончиком пальца.

– Она заслуживает немного жалости, Сара. В конце концов, этого заслуживает каждый из нас.

Это дневник Матильды Берил Кавендиш. Это моя история; люди прочтут ее после моей смерти. Тот, кто найдет дневник, должен отнести его в полицию и убедиться, что моего отца повесили. Он сделал кое-что ужасное со мной сегодня, а когда я сказала, что пожалуюсь викарию, он запер меня в шкафу с «уздечкой для сварливых» на голове. У меня шла кровь. Он много кричит и говорит, что виновата мама, потому что она умерла. Я тоже думаю, что во всем виновата мама.

Вчера был мой день рождения. Отец сказал, будто я уже достаточно взрослая и что мама не возражала бы. Она знала о мужских нуждах. Я никому не должна говорить, иначе он снова наденет на меня «уздечку». Снова и снова.

Мама не должна была делать такие вещи, тогда отец не стал бы повторять их со мной. Мне ведь только десять лет.

Я НЕНАВИЖУ ЕЕ. Я НЕНАВИЖУ ЕЕ. Я НЕНАВИЖУ ЕЕ...