Уздечка для сварливых - Уолтерс Майнет - Страница 39

– Когда это было?

Купер снова посмотрел свои записи.

– Чек обналичили в последнюю неделю октября, иными словами – в середине семестра, а миссис Гиллеспи звонила в банк, как только получила выписку со счета, в начале ноября.

– Значит, незадолго до ее смерти и после того, как она решила изменить завещание. Ну и дела! – Джонс немного подумал. – Когда Рут украла пятьдесят фунтов?

– В начале сентября, перед тем как вернуться в школу. Она надеялась откупиться от Хьюза. Рут мне сказала: «Я думала, он оставит меня в покое, если я дам ему денег».

– Господи! – произнес инспектор мрачно. – Час от часу не легче. Ты спрашивал у Рут, заставлял ли ее Хьюз обналичить чек на пятьсот фунтов?

– Спрашивал. «Нет, нет, нет. Я украла деньги, потому что сама захотела». И снова залилась слезами. – Купер выглядел очень подавленным. – Тогда я предоставил инициативу доктору Блейкни. Я позвонил ей сегодня утром, намекнул, чем занимался Хьюз, и попросил выяснить, почему никто из девушек не свидетельствует против него. Может, ей, что и удастся, но я на это не особенно рассчитываю.

– А как насчет ее матери? Вероятно, Рут скорее поделится с ней... |Купер покачал головой:

– Сначала нужно заставить ее поговорить с дочерью. Поведение миссис Лассель очень неестественно, на мой взгляд. Вчера вечером я заехал к ней – хотел сообщить, что ее дочь поживет у Блейкни, а она взглянула на меня так, словно я только что вылез из канализации. Спросила только, не означает ли исключение Рут из школы то, что она убила свою бабушку. Я сказал, что мне неизвестна статистика, подтверждающая связь прогулов и случайного секса с убийством, однако и то и другое часто связано с плохим воспитанием. Тогда она велела мне убираться.

Чарли недовольно хмыкнул.

– Сейчас меня больше интересует наш друг Хьюз. Полиция Борнмута не пыталась собрать три семьи вместе, чтобы девушкам не было страшно и они втроем выступили против Хьюза?

– Дважды. Оба раза ничего не вышло. Родители посоветовались с адвокатами, и на том все закончилось.

Чарли задумался.

– А ведь такое случалось и раньше. Джордж Джозеф Смит промышлял тем же сто лет назад. Писал замечательные рекомендации симпатичным служанкам, потом подыскивал им места в богатых домах. Через несколько недель они крали ценные вещи у своих хозяев и честно относили их Джорджу, а тот их немедленно продавал. Он тоже оказывал необъяснимое влияние на женщин.

– Джордж Смит? – удивился Купер. – Я думал, он женщин убивал. Разве не его называли убийцей, топившим своих невест в ванне?

– Его. Он начал топить жен, как только обнаружил, насколько легко после свадьбы убедить их писать завещание в его пользу. Наводит на определенные мысли, не так ли, особенно в свете того, как умерла миссис Гиллеспи. – Инспектор минуту помолчал. – Не так давно я читал книгу о Смите. Автор описал его как ловкого мошенника и сердцееда. Интересно, насколько это описание подходит к Хьюзу. – Он постучал по столу костяшками пальцев. – Давай пригласим его и зададим парочку вопросов.

– Как? С ордером на арест? Джонс потянулся к телефону.

– Нет. Позвоню ребятам из Борнмута, попрошу взять его завтра утром и подержать в неведении до нашего приезда.

– Завтра воскресенье, Чарли.

– Тогда, если нам повезет, у него будет похмелье. Хочу увидеть лицо Хьюза, когда я скажу, что у нас есть основания подозревать его в убийстве миссис Гиллеспи.

Купер был настроен не столь оптимистично.

– А у нас они есть, эти основания? На показания хозяина паба полагаться нельзя, особенно когда его жена утверждает, что тот все напутал.

Губы инспектора растянулись в волчьей ухмылке, и грустный пекинес превратился в добермана.

– Со слов Рут мы знаем, что Хьюз был в тот день в Фонтвилле, а насчет остального я собираюсь пофантазировать.

Парень использовал внучку миссис Гиллеспи для кражи денег. У него уже есть опыт грубого использования женщин. Кроме того, я подозреваю употребление наркотиков, что, как ты понимаешь, требует больших затрат, иначе бы он не жил скваттером в чужом доме. Создается примерно такой психологический портрет: опасный, нестабильный психопат-наркоман, чья ненависть к женщинам претерпела значительные изменения и переросла от жестокого манипулирования к физическому уничтожению. Он является продуктом неблагополучной семьи и неадекватного образования, а детский страх перед отцом до сих пор оказывает влияние на его поведение. Настрой Купера стал еще более скептическим.

– Ты читаешь слишком много книг, Чарли. Инспектор позволил себе засмеяться.

– Но ведь Хьюз этого не знает, не так ли? Так что давай постараемся немножко подпортить его харизму, дабы впредь он не пытался заставлять маленьких девочек делать за него грязную работу.

– Я расследую убийство, – возразил Купер.

– Для начала убеди меня в том, что это убийство, старина.

Рут тихонько спустилась по лестнице и встала возле входа в студию, наблюдая за отражением Джека в своем маленьком зеркальце. Правда, как следует разглядеть художника не удавалось. Он сидел спиной к окну, работая над портретом, но так как мольберт располагался напротив двери, холст закрывал его почти полностью, оставляя открытыми только ноги. Из окна спальни Рут видела, как уехала Сара; они были одни в доме. Заметит ли Джек, если она проскользнет мимо двери? В нерешительности девушка простояла минут десять, опасаясь двигаться дальше.

– Если ты хочешь что-нибудь съесть, – вдруг пробормотал Джек, – тебе лучше пройти на кухню. А если хочешь с кем-нибудь поговорить, тогда заходи сюда. Если ищешь, что украсть, то можешь взять обручальное кольцо Сары, которое принадлежало моей бабушке и два года назад оценивалось в две тысячи фунтов. Ты найдешь его в левом ящике туалетного столика. – Художник высунулся из-за холста, чтобы Рут могла увидеть его лицо в зеркальце. – Можешь показаться, я тебя не съем. Сара оставила мне строгие инструкции: быть чутким и терпеливым. Буду стараться, однако хочу сразу предупредить – я не люблю людей, которые шмыгают носом и передвигаются на цыпочках.

Щеки Рут лишились остатка краски.

– Ничего, если я сделаю себе чашку кофе? – Она выглядела очень непривлекательно: влажные волосы прилипли к голове, лицо опухло и покрылось пятнами от слез. – Я не хочу никому мешать.

Джек снова повернулся к портрету, чтобы она не заметила раздражения, мелькнувшего в его глазах. Жалость к себе всегда вызывала в нем отвращение.

– Сделай и мне. Черный с сахаром, пожалуйста. Кофе рядом с чайником, сахар в банке с надписью «сахар», молоко в холодильнике, а обед в духовке. Он будет готов через полчаса, поэтому советую, если только ты не умираешь с голоду, воздержаться от завтрака и дождаться обеда.

– Доктор Блейкни приедет на обед?

– Сомневаюсь. Полли Грэхем пришло время рожать. Сара согласилась принимать роды на дому и в результате может застрять там на несколько часов.

Рут немного поколебалась, потом повернулась в сторону кухни, но снова передумала.

– Моя мать не звонила? – выпалила она.

– А ты ждешь ее звонка?

– Я просто подумала...

– Что ж, подумай лучше над тем, как сделать мне кофе. Если бы ты не упомянула про него, я, может, и не захотел бы выпить чашечку. А вот раз ты о нем сама заговорила... Так что поторопись, женщина. Здесь не отель, а я не в лучшем расположении духа после того, как меня сослали в гостевую комнату.

Рут метнулась на кухню, и когда вернулась пятью минутами позже с подносом, ее руки так дрожали, что две чашки на подносе постукивали друг о друга, словно зубы испуганного человека. Джек сделал вид, что не заметил ее волнения, взял у девушки поднос и поставил его на столик.

– Садись, – сказал он, показывая на стул с жесткой спинкой. – Скажи мне, чего ты боишься? Меня, своего парня, того, что Сара не вернется к обеду, полиции или будущего?

Рут отпрянула от Джека так, словно ее ударили.

– Значит, меня. – Художник отодвинул свой стул подальше. – Почему ты меня боишься, Рут?