Темная комната - Уолтерс Майнет - Страница 121

— А как насчет того, что он все же так и не прикончил ее? — саркастически заметил Мэддокс.

— Возможно, он подумал, что его затея все же удалась, — преспокойно возразил старший детектив. — Или у него просто не было времени проверить результаты своих действий. — Он замолчал на несколько секунд и добавил: — Ты не можешь объяснить мне, почему это наше исследование места происшествия так взбесило тебя?

— Потому что она все равно виновна, сэр. Похоже на то, что все было подстроено с таким расчетом, чтобы добиться сострадания со стороны ее отца. И поэтому мне сейчас абсолютно наплевать на то, какими именно средствами она воспользовалась для приведения своего четко подготовленного плана в исполнение. Мне все равно, с какого именно расстояния отъехала та проклятая машина, или когда обнаружили саму мисс Кингсли. Она полностью владела ситуацией с того момента, когда села за руль.

Фрэнк носком ботинка ткнул в поврежденный бетон взлетной полосы:

— Но это покрытие могло бы сорвать у нее с лица всю кожу, если учесть, на какой скорости двигался автомобиль. Неужели нельзя было придумать что-то более безболезненное и менее рискованное?

— Ей надо было разыграть из этого события настоящую драму, — как бы между прочим заметил Мэддокс. — Кстати, кожа у нее на лице не слишком пострадала. И когда у мисс Кингсли отрастут волосы и заживут ссадины, ее никак нельзя будет назвать калекой. Принимая это во внимание, можно сказать, что она отделалась легким испугом. Слишком легким, если учесть, что мы имеем дело с умышленным покушением на жизнь или с намерением покончить с собой. Вы так не считаете?

Полицейский участок Каннинг-роуд, Солсбери.

4 часа 45 минут дня.

— Послушайте, — сердито бросил Майлз, обращаясь к двум полицейским, сидящим напротив него, — сколько еще раз я должен повторять вам одно и то же? Я никогда в жизни не пользовался услугами проституток. Да и к чему мне опускаться до этого? Господи, да я в пятнадцать лет познал женщину. — При этих словах он со злостью ударил кулаком по столу. — Никакой Флосси Хейл я знать не знаю, как и Саманты Гаррисон. И уж если бы мне захотелось трахнуть сорокашестилетнюю бабу — чего просто не может быть! — я мог бы сделать это совершенно бесплатно с экономкой моего отца. А может быть, она бы мне за это еще и сама приплатила. Она обо мне мечтает уже столько лет.

— У вас весьма высокая самооценка, Майлз, — усмехнулся сержант.

— А что же в этом плохого?

— У вас на то нет причин, а помимо всего прочего, люди, которые бросаются подобными фразами, обычно сильны только в теории, но не на практике.

— А как я, по-вашему, должен себя сейчас вести? Разреветься и объяснить, что я настолько неадекватный человек, что мне приходится платить престарелым шлюхам, которые могут доставить мне несколько минут удовольствия? Сделайте одолжение, просветите меня.

— А вы поступили бы именно так, если бы почувствовали себя неадекватно? — поинтересовалась Блейк.

Майлз пожал плечами и закурил.

Она повернулась к магнитофону, ведущему запись, и отчетливо произнесла:

— Вместо словесного ответа мистер Кингсли пожал плечами.

— Именно так, — неожиданно взбесился Майлз. — Вместо ответа мистер Кингсли пытался объяснить, что он чувствует себя вполне адекватным, поэтому понятия не имеет, как бы он поступил в том случае, мать вашу, если бы не являлся таковым! Вам это доступно, чтоб вас?! — заорал он прямо в микрофон.

— Успокойтесь, Майлз, — негромко произнес сержант. — Вы сломаете нам аппаратуру, если будете так кричать. Почему бы вам просто не рассказать нам, где вы были на самом деле и чем занимались вечером двадцать второго?

— Да вы уже задавали ваш идиотский вопрос раз сто, и сто раз я на него вам ответил. До половины девятого я находился дома, а потом поехал навестить Джинкс.

— И мы продолжаем не верить вам. Скажите, а ваша похотливая экономка согласится дать в вашу пользу ложные показания, как это, по вашим словам, сделают ваши мать и брат?

— Я никогда не утверждал, что они солгали бы. — Молодой человек беспокойно взглянул на свои часы. — О Боже! Послушайте, мне пора уже быть в другом месте. Так вы будете предъявлять мне какие-нибудь обвинения или нет? Потому что если вы этого делать не собираетесь, то я попросил бы вас выпустить меня отсюда.

— А зачем вам так торопиться? Что такого важного должно произойти в пять часов?

— Послушайте вы, болваны, неужели непонятно, что я здорово задолжал? — сквозь зубы прошипел Майлз. — И мне нужно получить отсрочку у кредитора. Вот что случится в пять часов. Почему, как вы полагаете, мне срочно нужно было повидаться с Джинкс? Да, мы с ней там покричали друг на друга, это бывало и раньше, но она всегда выручала меня.

В этот момент в дверь постучали, и вошедшая дежурная сотрудница полиции объявила:

— Приехал некий мистер Кеннеди. Он утверждает, что мистер Кингсли является его клиентом.

— Впустите его. Запись окончена в шестнадцать часов пятьдесят одну минуту.

Кеннеди бросил в сторону Майлза недовольный взгляд, отказался присесть на предложенный ему стул и сразу же выложил на стол две фотографии. На первой был запечатлен Майлз, входящий в фойе гостиницы, на второй он усаживался в «порше».

— Сестра моего клиента сообщила мне, что вы допрашиваете его в связи с нападением на проститутку, совершенным на Лэнсинг-роуд в Солсбери примерно в восемь часов в среду двадцать второго июня. Эта информация соответствует действительности?

— Да, — кивнула Блейк.

Кеннеди постучал пальцем по снимкам, привлекая внимание полицейских на указанные даты и время, автоматически фиксирующиеся при фотографировании в правом нижнем углу.

— Мой клиент, Майлз Кингсли, вошел в здание отеля «Ригал», расположенного в Солсбери, в половине шестого вечера двадцать второго июня, в среду. К своей машине он вернулся лишь в восемь часов сорок пять минут вечера того же дня и сразу же направился в клинику Найтингейл навестить свою сестру. В отеле он провел три часа пятнадцать минут в номере четыреста тридцать один, покинув его всего однажды, чтобы встретить одного человека в вестибюле. — Сказав это, Кеннеди вынул и предъявил полицейским еще одну фотографию. На ней Майлз, склонив голову, разговаривал с каким-то господином, стоявшим к фотоаппарату спиной. — Это произошло в семь часов. Он пробыл с этим джентльменом три минуты, после чего направился в туалетную комнату, находящуюся в вестибюле. В номер четыреста тридцать один он вернулся в семь часов пятнадцать минут. За ним велось наблюдение и делались фотографии двадцать второго июня, начиная с полудня и до полуночи. Исполнитель — некий Пол Дикон. Вы можете связаться с ним вот по этому адресу или телефону. — Рядом с фотографиями на столе возникла визитная карточка. — Надеюсь, что представленные мною доказательства освобождают моего клиента от всякого подозрения в связи с нападением на Лэнсинг-роуд?