Талисман любви - Маккол Дина - Страница 13

Лицо Мэйбл в испуге перекосилось, но потом экономка с облегчением вздохнула.

— Вы меня испугали. Я не припомню, когда в последний раз вы запирались изнутри. Обычно… — И она покраснела, почувствовав, что тема выходит за рамки приличий.

— Правда. Обычно тут все по-другому.

— Вы спуститесь к завтраку? — спросила Мэйбл, оглядывая спортивный костюм, в котором хозяйка, по-видимому, спала.

Аманда потянулась.

— Да, Я голодна. Но не хочу ничего обезжиренного и белкового. Со здоровьем у меня все в порядке и с весом тоже. Скажи повару, что я хочу бельгийских вафель с клубникой и взбитые сливки. Настоящие взбитые сливки. Через десять минут я спущусь.

Мэйбл лишь пораженно наблюдала за странной переменой в поведении Аманды. Куда подевалась та покорная мягкотелая женщина, на которой женился Дэвид Поттер? Более того, откуда появилась эта, с блестящими глазами, почти счастливая молодая особа?

— О, Мэйбл…

— Да, мэм.

— Скажи Маркусу, пусть приготовит машину. Я решила, что мне не помешает как-то изменить свою жизнь. Думаю, я навещу приют для бездомных Делии Поттер. У нас накопилась целая корзина одежды, которую Дэвид хочет выкинуть. Я собираюсь сделать так, чтобы она досталась тем, кто в ней нуждается.

— Но, мисси, хозяина хватит удар, если он увидит вашу старую одежду на каком-нибудь из бродяг, — возразила Мэйбл.

— Он не будет злиться. Его мать начала это давно, задолго до того как стало модным увлекаться такими делами.

Мэйбл нахмурилась и покачала головой, убежденная в том, что Аманда напрашивается на неприятности.

Аманда обняла пожилую экономку и улыбнулась:

— Только подумай, сколько об этом будут писать! В прошлом году костюм конгрессмена Поттера был на нем в Белом доме. А в этом году… как знать? Он, может быть, попадет в ночлежный дом.

— Мистер придет в ярость, — предостерегла Мэйбл.

— Разве это новость? — спросила Аманда и отвернулась, не желая видеть встревоженное лицо экономки. Что бы Аманда ни делала, Дэвид всегда был недоволен. Почему бы не попробовать сделать что-нибудь такое, чтобы получить удовольствие от смены обстановки?

Аманда перебирала свою одежду в поисках наряда, который бы соответствовал ее настроению.

Она спустилась к завтраку в голубых джинсах и тапочках, игнорируя удивленные взгляды и перешептывание прислуги по поводу ее необычного костюма. Она твердила себе, что имеет такое же право принимать на себя ответственность за что-либо, как и Дэвид.

То ли ее чувство самосохранения ослабело, то ли еще по какой-то причине, но сейчас, когда Дэвид находился в сенате, и после аукциона она обрела новое самоощущение.

Часом позже, сунув последний кусочек вафли с клубникой в рот, Аманда удовлетворенно вздохнула и откинулась на спинку стула. Пора отправляться. У нее появилась цель, пусть только на сегодня.

Она не считала глупостью, что ее протест выразился в раздаче ненужной в их доме одежды. С чего-то надо начинать в этом новом русле ее жизни. Вот приют для бездомных и станет таким началом.

— А я знаю, кто вы!

Аманда, разбирающая одежду в большой коробке, которую принесла с собой, подняла голову и взглянула на пожилого, чудовищно неопрятного человека, толкающего ее в плечо. Она с трудом сдержалась от улыбки при виде его комичной внешности. На нем, вероятно, было надето все, что он имел. Его одежда свисала с него в несколько слоев, оборванных и грязных.

— Ну, в таком случае вы застали меня врасплох, сэр, — мягко сказала она и протянула руку. — Не думаю, что имела удовольствие…

Маркус стоял в центре зала, когда увидел, как жена Поттера пожала руку нищему. С его губ чуть не сорвался крик «Нет!» — так отчаянно ему хотелось предотвратить этот жест, но у него не было иного выхода, кроме как добраться до Аманды прежде, чем случится что-нибудь скверное, продираться сквозь толпу людей, ожидающих своей порции еды. Что касается Бинера, то когда Аманда Поттер вознамерилась пожать ему руку, он ощутил, как ком подкатывает к горлу, и почувствовал потребность напомнить самому себе и этой приятной хорошенькой женщине о том, кто он такой.

— Меня зовут Дэви Миллер, — пробормотал он и отвел глаза, когда имя прозвучало вслух. Ему мучительно было слышать его, потому что уже много лет прошло с тех пор, как Бинер забыл, что у него была и другая жизнь. — Но вы можете звать меня Бинер, меня все так зовут. — Он снова посмотрел на нее и улыбнулся.

Аманда и глазом не моргнула, когда его заскорузлые пальцы сомкнулись вокруг ее руки. И когда он засмеялся, можно было легко заметить, что у Бинера во рту осталось ровно три зуба. Она удивилась, как же он умудряется пережевывать ими пищу, но потом ее сердце сжалось, когда она догадалась, что, вероятно, часто у него вообще не бывает никакой еды. Вряд ли отсутствие зубов — главная его проблема.

— Приятно познакомиться с вами, Дэви. Думаю, вы тут завсегдатай и знаете, что к чему. — Она обвела рукой приют, очередь за едой и комнату поодаль от входа, где сортировались коробки с пожертвованной одеждой. Он важно кивнул:

— Вот уж правда. Я знаю тут все.

Он скосил глаза, сложил губы трубочкой и поцокал языком, раздумывая, стоит ли ему выбалтывать еще что-нибудь о своей личной жизни. Но глаза у этой милой женщины были такими зелеными, такими ясными и искристыми, когда она улыбалась! И он решил, что ей можно доверять. Но только до определенного предела, напомнил он себе. Не стоит слишком доверяться кому-либо. По своему опыту он знал, что когда-нибудь тебя обязательно подведут.

— Я тут в первый раз, — призналась Аманда. И, вспомнив его первую фразу, спросила: — Откуда вы знаете, кто я?

— Вы та леди, которая упала со сцены в парке несколько месяцев назад, я это видел. Вы — жена того конгрессмена. — Бинер ухмыльнулся и присвистнул. — Это был не самый лучший в мире скачок, — добавил он, радуясь своему остроумию.

От такого определения Аманда сначала удивленно вытаращила глаза, но потом из ее горла вырвался смех, такой неудержимый и искренний, каким она не смеялась уже много лет.

— Мэм, с вами все в порядке? — спросил Маркус, поспешно вклиниваясь между ней и бродягой.

Только сейчас он понял, что она смеется. А ведь он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь, за все пять лет работы на Дэвида Поттера, он слышал ее смех. По крайней мере такого смеха он точно никогда не слышал.

— Со мной все в порядке, — заверила она, а Бинер при появлении Маркуса отпрыгнул назад и стал нервно одергивать свое многоярусное одеяние. — Я просто вела приятную беседу с Дэви.

— Кто такой Дэви? — прорычал Маркус и увидел, что Аманда махнула рукой в сторону бродяги.

— Дэви, это мой шофер, Маркус Хэвсьют.

Маркус не подал руки, да если бы и подал, Бинер ее не взял бы. Оба твердо решили не замечать друг друга.

— Это я нашел вашу сережку, — важно произнес Бинер.

Лицо Аманды вновь озарилось.

— О Боже, — сказала она и в первый раз с начала их странной беседы по-настоящему внимательно взглянула на оборванца.

И тут волна стыда обрушилась на нее. Если бы она встретила этого человека на улице, у нее бы и в мыслях не было, что в нем есть хоть крупица честности. Она посмотрела на его шишковатые, заскорузлые руки и подумала, что же подвигло такого человека, как Бинер, без колебаний вернуть бриллиант в два карата.

— Дэви.

Торжественность ее голоса испугала его, напомнив о тех временах, когда его стыдили то за одно, то за другое. Он бросил взгляд в направлении входной двери, оценивая расстояние между собой и свободой и жалея, что вообще затеял этот разговор.

— Вы себе даже не представляете, что это значит для меня, — тихо сказала Аманда. — Я бы…

Она замялась, и Маркус пристыженно отвел взгляд. Эта женщина столько всего натерпелась из-за заговора молчания вокруг нее.

— …Я бы сильно пострадала, если бы вы не нашли ее и не вернули так вовремя.

Бинер с удивлением увидел слезы у нее на глазах. На улице, в среде его обитания, слезы были делом глубоко личным. А единственным способом уединения, доступным бездомным людям, была их безымянность. Бинер не знал, смотреть ему на эту женщину или нет.