Слово - Уоллес Ирвин - Страница 131

— Мне очень жаль, — ответила девушка, — но больше мне объяснять нечего. Я могу показать тебе свою копию прямо сейчас.

— Хорошо, покажи.

Когда они уже покидали закусочный бар, Анжела испытующе глянула на Ренделла.

— Ведь ты не веришь мне, точно?

— Я знаю лишь то, что знаю — а именно, что де Фроом показывал мне именно твою копию меморандума.

— Стив, как ты не понимаешь, что моя помощь этому гадкому де Фроому не имеет какого-либо смысла? Он желает торпедировать Воскрешение Два и подорвать доверие к Международному Новому Завету. Я же хочу помогать проекту и последующему принятию Новой Библии. Даже если и не ради тебя, то уж наверняка затем, чтобы уважали имя моего отца и его открытие. Так зачем же мне сотрудничать с человеком, который, в конечном итоге, сможет уничтожить моего отца вместе со всем остальным?

— Я не знаю, зачем. Ведь может быть много такого, чего я не знаю о профессоре Монти или Анжеле Монти. Насколько мне известно, ты можешь действовать и против своего отца.

— Стив, Стив, — только и ответила девушка на это, совершенно пав духом. Она подняла свою сумочку, увидав, что Ренделл взял счет, чтобы оплатить его. — Ведь я же сказала, что ты сам увидишь — меморандум все еще у меня.

Они молча спустились на первый этаж универмага, вышли из него, и уже через десять минут прибыли в комнату Лори Кук, занятую теперь Анжелой.

В то время, как Ренделл мрачно стоял посреди кабинета, Анжела открыла ключом второй из двух металлических шкафов, вытащила третий ящик и, присев, начала копаться в нем.

— Это под буквой “М”, — сообщила она. — “Меморандумы по связям с общественностью”. — После этого она сунула руку за разделитель с буквой “М” и удивленно подняла голову. — Ничего. Но ведь я же уверена, что сама… — В отчаянии, она начала теперь проверять папки, стоящие за каждым разделителем. — Видимо, я поставила не туда. Погоди, сейчас я гляну во втором.

Минуты шли, но Анжела так ничего и не нашла.

Она поднялась, глаза выдавали ее панический страх потери.

Все подозрения Ренделла относительно ее честности получили дополнительное подтверждение.

— А ты уверена, что вообще клала папку?

— Мне кажется, что так, — неуверенно ответила Анжела. — Когда я только перебралась, все эти папки лежали на столе. И после этого я начала раскладывать их…

— А никто не входил в комнату до того, как ты закончила с этим и закрыла шкафы на ключ?

— Не входил ли кто-нибудь?… Ну конечно. Я не упоминала тебе об этом вчера за ужином, потому что посчитала это незначительным. — Она подошла к столу. — Заходило несколько человек, все искали тебя. Я же — подожди — я старалась, чтобы все было, как следует, и записывала всех, кто заходил или звонил… — Анжела открыла центральный ящик стола, вынула оттуда блокнот и открыла его на первой странице. — Ненадолго заскочила Джессика Тейлор. Она сообщила, что работает с тобой, и спрашивала, не нужна ли она тебе. Я ответила, что ты вышел, и что я понятия не имею, где ты сейчас находишься.

— Я был внизу с Хелдерингом, проверяя, все ли меморандумы были доставлены. — Ренделл жестом указал на блокнот. — А кто были остальные?

Анжела перевернула листок.

— Элвин Александер и… — Внезапно она отложила блокнот. — Вспомнила! Идиотка, как я могла забыть! Его имя тут есть. Я сразу же записала. Вот, Стив, можешь глянуть сам…

Ее палец пробежал по строчкам, пока не остановился напротив имени, записанного карандашом, имени доктора Флориана Найта.

— Найт? — спросил Ренделл.

— Да, это был доктор Найт, — с облегчением ответила девушка. — Слава Богу, все выяснилось. Теперь ты снова будешь верить мне. Да, доктор Найт вошел, когда я раскладывала папки. Он хотел видеть тебя. При этом он сообщил, что присутствовал на совещании, которое ты проводил, и на нем ты обещал ему какие-то материалы, чтобы Найт мог подготовить для тебя определенную информацию. Ты говорил ему такое?

— Да.

— Когда он выяснил, что тебя на месте нет, то увидал на столе мои папки и сказал, что, возможно, он сможет сам найти то, о чем ты ему говорил. Он показал мне свой допуск, такого же класса, как и мой собственный, как и всех других консультантов, так что не было никакой причины отказать ему. Он порылся по папкам и сообщил, что большая часть из того, что ему нужно, скорее всего, у тебя в кабинете, но вот сейчас он хотел бы взять твои свежие меморандумы; дело в том, что он поздно присоединился к проекту и ему следовало бы ознакомиться с твоими планами. Еще он сказал, что вернет мне материалы рано утром, когда вновь придет, чтобы встретиться с тобой.

— А он вернул их сегодня утром?

Анжела просмотрела стол и, озабоченно, ответила:

— По-видимому, нет. Наверное они все еще у него.

— Нет, у него их нет, — мрачно прокомментировал это Ренделл. — Зато они у Мартина де Фроома. — Он ударил кулаком в раскрытую ладонь. — Доктор Найт. Черт подери. Я должен был подумать об этом.

— О чем подумать?

— Неважно.

— Я совершила ошибку, дав ему эти документы?

— Теперь это уже не важно. Ты не могла понимать, что здесь не так.

— Стив, но теперь-то ты знаешь, что я не имею ничего общего с де Фроомом. Теперь ты будешь доверять мне. Давай вместе сходим в кабинет доктора Найта. Он подтвердит то, что я сказала тебе, и, возможно, как-то объяснится.

— Мне не нужны от него никакие объяснения, — жестко заявил Ренделл.

Внутренне он уже проклинал себя за излишнюю сентиментальность. Уже в то время, когда он узнал о ненависти Найта к доктору Джеффрису и Воскрешению Два, узнал от невесты Найта, Валери Хьюгз, в той самой лондонской пивной, ему стало ясно, что не следовало бы привлекать молодого оксфордского ученого к участию в проекте. С самого начала Найт был слабым звеном, тем самым, кто готов был продаться с целью вернуть себе деньги, которые, как он сам считал, новая Библия отобрала у него. Ренделл даже вспомнил, что беспокоился по поводу Найта еще вчера, сознательно не посылая ему меморандум в слабой надежде, что настоящим саботажником может быть кто-то другой. Вот только, после всего, оказалось, что истинным саботажником был все тот же доктор Флориан Найт. Черт подери!