Философия - Митрошенков О А - Страница 25

Таким образом, Кант радикально меняет предмет философии, сделав ядром своей философской системы не проблемы традиционной метафизики, а познающего субъекта.

Согласно Канту, прежде чем ставить и решать вопросы, касающиеся статуса и возможностей эмпирического, опытно-индивидуального познания, как это делали Ф. Бэкон и вся последующая эмпирическая методология, с одной стороны, и статуса и возможностей рационально-дедуктивной методологии подобно Декарту и всей рационалистической традиции - с другой, необходимо выяснить, что мы в принципе можем познать и можем ли познать то, что стремимся познать.

89

Систематический анализ в работе "Критика чистого разума", этой проблемы, восходящей, по мнению Канта, к работам Юма, который "разбудил его от догматического сна", привел великого философа к мысли, что "вещь в себе" непознаваема. Мы всегда имеем дело только с явлениями, с тем, что нам дается с помощью органов чувств, и только это можем с достоверностью познать. Вместе с тем, хотя знание начинается с опыта, оно не сводится к нему, поскольку часть наших знаний носит априорный, доопытный характер и обусловлена самой познавательной способностью человека. Именно априорность придает знанию всеобщий и необходимый характер. Кант различает в структуре знания аналитические и синтетические суждения, понимая под первым знания, которые носят поясняющий характер, а под вторым - те знания, которые расширяют наши знания о познаваемом объекте. Согласно Канту, все опытные эмпирические суждения синтетичны. В связи с этим встает принципиальной важности вопрос: как возможны априорные, синтетические суждения, не зависящие от опыта?

Решению этого вопроса посвящена "Критика чистого разума". Кант принимает как данность возможность такого общеобязательного знания и анализирует отдельно вопрос о возможности математики, естествознания и метафизики как наук. Обоснованию специфики получения априорных синтетических суждений в математике, естествознании и метафизике посвящены специальные разделы "Критики чистого разума". Вместе с тем Кант исходит из того, что априорные синтетические суждения в метафизике недостижимы. Вот почему вопрос о сущности вещи самой по себе оказывается неразрешимым.

В целом Кант убежден, что познание не имеет предела. Научное знание как синтез чувственности и рассудка исторично. Меняются содержание и объем понятий. Категории в определенной мере предзадают возможности познания. Они выступают активным элементом познавательной деятельности человека. Взаимодействие категорий и эмпирии - основа конструктивной деятельности воображения, которое помогает творить новое знание на основе синтеза рассудка и чувственности.

Концептуальный анализ познавательной способности человека, роли чувств и рассудка приводит Канта к мысли о том, что не знания должны сообразовываться с предметами, а, наоборот, предметы с нашим познанием. Отсюда известный вывод

90

Канта о том, что "вещь в себе" остается для нас непознаваемой, поскольку между тем, как действительность существует сама по себе, и тем, как она дается в опыте, существует принципиальная разница.

Вместе с тем человек устроен так, что у него есть априорные, доопытные формы сознания (Бог, причинность, необходимость, сущность и др.), которые позволяют ему жить в мире. Согласно Канту, следует признать, что действительность сама по себе - это одно, а наши знания об этой действительности, основанные на данных наших органов чувств, - другое. Попытка совместить их, по мнению Канта, приводит к противоречиям, которые он называет антиномиями. Антиномии - это равнодоказательные утверждения, исключающие друг друга и относящиеся к одному и тому же явлению. К подобным умозаключениям приходит разум, который стремится охватить мир как целое, познать сущность свободы, а также или доказать, или опровергнуть существование Бога и т.д. Согласно Канту, можно с одинаковой степенью убедительности доказать или опровергнуть такие, например, положения: мир, с одной стороны, имеет начало во времени и пространстве, а с другой безграничен во времени и пространстве. Подобно этому можно доказать одновременно, что все в мире необходимо и что в мире нет ничего необходимого.

Эти антиномии (приведенными примерами антиномичность не исчерпывается) свидетельствуют о границах познания. Так, с точки зрения Канта, нельзя теоретически доказать, что Бог есть или что Бога нет, но следует исходить из того, что Бог практически необходим. Кант считает ошибочными физико-теологическое, космологическое и онтологическое доказательства бытия Бога. Согласно Канту, знать достоверно что-то о Боге невозможно. Выход из такой ситуации только один - верить в Бога без доказательств. Это моральная, а не доктринальная вера, которую "ничто не может поколебать, так как этим были бы ниспровергнуты сами мои нравственные принципы, от которых я не могу отказаться, не став в своих собственных глазах достойным презрения. Моральная вера не нуждается в систематическом обосновании, она реализуется в жизни. Наука и мораль - самостоятельные, не редуцируемые друг к другу сферы человеческого бытия. Между ними имеется связь, но нравственность нельзя построить на основе научного знания. Категории долг, счастье, совесть, зло и другие лежат в иной плоскости, нежели понятие науки.

91

"Критика чистого разума" - ядро кантовской философской системы. Но философия Канта не ограничивается гносеологической проблематикой при всей принципиальной значимости вклада немецкого мыслителя в эту область. "Критика способности суждения" и "Критика практического разума" вместе с такими трудами, как "Религия в пределах только разума", "К вечному миру", "Метафизика нравов", "Антропология с прагматической точки зрения", открыли новый этап европейской философской мысли вообще и немецкой классической философии в особенности.

Проблемы, поставленные Кантом, разрабатывал Иоганн Готлиб Фихте с позиций всеобщего Я, в котором субъективное и объективное слиты воедино. Фихте называл свою философию "наукоучением" и основывался на диалектике объекта и субъекта, теории и практики. По своей сути всеобщее Я Фихте выполняет функцию первопринципа, который носит сверхчеловеческой, мировой характер. В этой концепции всеобщее Я полагает Я и не-Я, развитие Я предстает как сложный, бесконечный, противоречивый процесс восхождения от низших форм к более высшим.

Фихте пытался более последовательно провести идеи Канта о философии как целостной научной системе. Он анализирует на понятийно-теоретическом уровне познавательные способности человека. Понять их суть для Фихте - значит воссоздать все формы познания, которыми пользуется человек, начиная с самой элементарной до ее высших форм. Исходным основанием следует считать акт самосознания, который находит отражение в принципе Я = Я.

Для Фихте самосознание возможно только как соотнесение своего Я с нечто, с иным. Результатом этого соотнесения является более всестороннее, глубокое познание Я. Тем самым Я порождает не-Я и Я; отражаясь от этого не-Я, постигает свою суть. В этой рефлексивной деятельности проявляется активность субъекта. Деятельность субъекта порождает все, начиная с ощущений и кончая понятиями.

Таким образом, Фихте считал, что он разрешил неразрешимые в рамках кантовской гносеологии противоречия между ноуменами и феноменами, сущностью и явлениями, элиминировав из системы "вещь в себе". Кант не хотел отказываться от "вещи в себе", чтобы не субъективировать мир сущностей, а Фихте считал, что ради систематичности и последовательности надо отказаться от ненужных дополнительных допущений, без

92

которых можно обойтись. Активность субъекта, по Фихте, - отличительная его особенность и проявляется в деятельности воображения. Фихте углубляет кантовское учение о воображении, анализируя его различные формы.

Вместе с тем с Фихте случилось то, чего опасался Кант: он пошел по пути субъективизации данных органов чувств. Фихте не признавал, дабы быть последовательным, что в чувственных образах есть не только момент творчества, воображения, но и нечто реальное, действительное. Тем самым Фихте субъективировал и и даже мистифицировал процесс познания. Однако это не должно мешать осознанию того, что Фихте вслед за Кантом внес значительный вклад в понимание сути познавательного процесса, особенно своим учением о самосознании.