Банкир - Уоллер Лесли - Страница 140

— Я настолько закрутился с другими делами, — ответил Палмер, — что, честно говоря, не уделял этому достаточно внимания.

Калхэйн казался удивленным.

— Я думал, ваша единственная задача — это сберегательные банки.

— У нас события внутри банка, — сказал Палмер, — что-то происходит с нашими акциями.

Калхэйн подался вперед.

— Что-нибудь хорошее?

— Для посторонних — да. Между прочим, вы могли бы взять это себе на заметку. По-моему, в скором времени наши акции сильно подскочат.

Калхэйн пододвинул к себе блокнот и взял карандаш.

— Что за скачок? Как скоро?

Палмер подождал с ответом, пытаясь определить реакцию собеседника. Было ли это игрой?

— Десять пунктов не удивят меня, — сказал он наконец. — Что касается времени, то я не имею понятия. В пределах месяца. Впрочем, не знаю.

— А когда узнаете? — спросил Калхэйн, делая заметки в своем блокноте.

— Не могу сказать. Хотя вы можете спросить Мака.

— Мака? Откуда, черт возьми, он может знать о ваших акциях?

— Он знает больше, чем я.

Калхэйн положил карандаш медленным, задумчивым движением. Потом наклонился вперед над столом и подпер руками голову.

— Не понимаю.

— Я тоже, — заверил его Палмер, — но я почему-то абсолютно уверен, что он замешан в этом деле в союзе с какой-то внешней группой.

— Это же чепуха. У кого хватит пороху играть банковскими акциями? Кишка тонка.

— Согласен. Но так будет.

Калхэйн задумчиво покачал головой.

— Я уже очень давно перестал доверять биржевым советам Мака. Не хочу сказать, что он всегда ошибается. Просто необходимо допросить его с пристрастием, с глазу на глаз, прежде чем сделать свои собственные выводы. Я никогда не забуду совет, который он дал мне по поводу одного своего клиента. Предприятие, производящее оборудование, собиралось объявить о сдаче своей продукции в аренду вместо продажи ее. Большой сдвиг в их политике, хотя остальная промышленность давно уже перешла на это. Мак рассчитывал, что акции этого предприятия сдвинутся на пять пунктов. Он был прав. Они упали на пять пунктов. Объявление о сдаче оборудования внаем было признанием, что предыдущая политика этого предприятия ни к черту не годилась. Таким образом, вместо того чтобы способствовать повышению акций, этот шаг привел к их понижению. — Калхэйн негромко рассмеялся. — Бедный Мак попался на собственную удочку.

— Меня удивляет, что он не рассказал вам о ЮБТК.

— А меня не удивляет. В прошлом году я попросил его распродавать свои советы где-нибудь в другом месте. Я человек не богатый. Но я был бы намного беднее, следуя всем его предсказаниям. Если он дал вам совет насчет ваших собственных акций, на вашем месте я бы пропустил его мимо ушей.

— Совет пришел из другого источника. — Палмер потушил сигарету. — Мак рассказывал вам в последнее время еще о какихнибудь биржевых новостях?

— Я не поощряю его в этом. Биржа не моя стихия. Прежде всего надо отчитываться, сколько ты выиграл или проиграл. Чиновникам, собирающим подоходный налог, это очень удобно. Если вы хотите, чтобы налог уменьшался в соответствии с убытками, вы должны отчитываться в своих доходах. Я же ненавижу отчеты.

— Калхэйн откинулся назад и подмигнул.

Палмер усмехнулся:

— Вы ведете операции исключительно с наличными?

— Не всегда. Я возьму и акции, если придется. Но, ей-богу, я уже истощил свой запас фиктивных имен для расписок.

Оба рассмеялись. Палмер был удивлен, почему открытое признание этого человека в своей продажности его нисколько не раздражало в отличие от завуалированного, смутного разврата, окружавшего политиканов, с которыми он встречался в Олбани. Может быть, просто потому, что Вик не был выборным слугой народа. Правда, его пост лидера района был выборный. Но результаты голосования всегда были ясны заранее. Даже если какаянибудь радикальная группа выступала против Калхэйна, ему всегда удавалось быть переизбранным огромным большинством голосов. Он заправлял в районе бедняков. И даже небольшая помощь приносила огромные плоды. Работа тому или другому безработному, ежегодные пикники, корзинки с подарками на рождество и в День благодарения [Праздник в память первых колонистов Массачусетса], стипендии для одаренных детей…— плата была низкая, а отдача — полная.

В конце концов, решил Палмер, чего еще ждут избиратели от своего политического босса? Он следил за тем, чтобы пособия в его районе были достаточно высокими. Он принимал три вечера в неделю. Говорил на испанском, итальянском и довольно сносно на гэльском, чтобы польстить ирландским жителям своего района. Палмер узнал, что он с непревзойденным мастерством управлял своим крупным негритянским кварталом. Его правой рукой вот уже многие годы был негр. Калхэйн предоставил ему абсолютную власть в ведении дел и распределении работы. Многие утверждали, что помощник-негр даже более ценен, так сказать, в валютном выражении, чем сам Калхэйн. И не без оснований. Во всяком случае, этому верили. По рассказам Бернса, несколько лет назад одна компания пострадала от бойкота негритянских покупателей в результате того, что нанимала на работу только белых продавцов. Через Бернса компания установила контакт с помощником Калхэйна. И уже через несколько недель весь город севернее Сто десятой улицы, включая и белые кварталы, имел дело только с негритянскими продавцами. Торговля вновь пошла нормально и даже лучше. Это был своеобразный пример, размышлял Палмер, каких быстрых результатов может достичь гражданская коррупция, в то время как НАСПЦН [Национальная ассоциация содействия прогрессу цветного населения] тащится далеко позади. Существует множество путей к социальному прогрессу, но в районе Калхэйна обходные пути оказывались короче.

Вошла секретарша Калхэйна с сумкой из оберточной бумаги и положила ее на стол.

— Они давно уже потеряли терпение, — сообщила она. — Теперь они еще и проголодались. Некоторые пришли еще до завтрака.

— Я недолго, — ответил Калхэйн, открывая бумажную сумку и доставая два сандвича, завернутых в фольгу. — Хотите? — спросил он Палмера.

— Спасибо. Я уже ел. — Он посмотрел на часы. — Два часа? У меня совещание в два тридцать. Как видно, нам придется обойтись без Мака.