Клуб разбитых сердец - Уокер Рут - Страница 128

– Ну, так как же, Шанель? Вы у нас одна остались.

– Ну что ж, не буду отделяться, – слегка пожала плечами она. – Только давайте условимся: отныне рассказываем друг другу все новости, хорошие или дурные. – Ей неожиданно пришло в голову, что неплохо будет делиться своими победами с другими, а впрочем, и проколами – тоже. К тому же так приятно иногда просто расслабиться, хоть на одну пуговичку расстегнуться.

– Новостями интересуетесь, Шанель? Ну что ж, извольте, – заговорила Глори. – Мы со Стивом вот-вот в омут кинемся.

– Замуж выходите? – спросила Стефани. – Чудесно!

Еще одна свадьба…

– О Господи, да нет же! До этого еще пока далеко. Через месяц мы отправляемся в Нью-Йорк к родителям Стива. Они пригласили его на сорокалетнюю годовщину своей свадьбы, и Стив говорит, что, судя по всему, старик решил замириться.

– Ну а при чем тут омут? – спросила Шанель. – Подумаешь, великое дело – познакомиться с родителями Стива.

– Не скажите. Еврейка-мать, которая на самом деле не еврейка, и еврей-отец – наполовину компьютер, наполовину тиран.

– Понятно. – Шанель покачала головой. – Действительно какая-то взрывчатая смесь. Может, лучше вам остаться дома, пусть едет один?

– Да не боюсь я их, – живо откликнулась Глори. – В конце концов они всего лишь люди. Да и не хочу я отпускать Стива одного.

Шанель скрыла улыбку. Родители Стива и не догадываются, что их ожидает. К тому времени, как Глори соберется уезжать из Нью-Йорка, они у нее ручными сделаются. На это, наверное, Стив и рассчитывает.

– Ну что ж, в таком случае – удачи. Ну а у меня новости какие? На водах все хорошо, даже лучше, чем мы, то есть чем Стет, рассчитывали. Я-то лично ни минуты не сомневалась в успехе.

– То есть как это, вообще не волновались? – спросила Дженис.

– Разве что чуть-чуть. – Поколебавшись, Шанель как бы между делом добавила:

– Стет строит дом на холме, неподалеку от курорта. Будем там жить. – Она искоса посмотрела на Глори. – Директорский коттедж, таким образом, освобождается. Полагаю, кто-нибудь мог бы им воспользоваться.

Глори задумалась, но ничего не сказала.

– А у вас как, Ариэль? Какие-нибудь проблемы? – спросила Шанель.

Та лишь мечтательно улыбнулась:

– Да нет, я просто бесконечно счастлива.

«Наверное, так оно и есть», – подумала Шанель.

– А вы, Стефани? Что нового?

Стефани на секунду задумалась.

– Ну что сказать? Ронни перестал ходить в постель. – И она замолкла, услышав, что все расхохотались. – Ничего смешного, ему было так стыдно. Но с возвращением Дэвида с этим покончено.

– Стало быть, все у вас в порядке? – спросила Глори.

– Ну, так бы я не сказала, но все устраивается. Прежде всего я последовала совету Шанель и теперь знаю, как у нас обстоят дела в материальном смысле и куда вложены семейные деньги. Дэвид умеет вести им счет, что совсем неплохо, только я не могла по достоинству оценить это качество, пока жить приходилось на зарплату да на алименты. Теперь все банковские счета выписаны на нас обоих. Правда, по-моему, Дэвид все никак не может прийти в себя от изумления, и не только по этому поводу. – Что-то необычное мелькнуло в ее улыбке, Шанель показалось – самодовольство.

– Кому еще есть чем поделиться? – на прежний лад спросила Дженис.

Стефани посмотрела на Ариэль и тут же отвела взгляд в сторону.

– Все до конца я вам так и не рассказала, а сейчас в подробности входить уже слишком поздно, так что ограничусь одним: похоже, слишком нетерпима и узковата я была в своих взглядах на жизнь. – Стефани помолчала. – Дэвид считает, что у меня должны быть собственные интересы, и он, конечно, прав. Короче, я возвращаюсь в колледж, чтобы получить степень бакалавра. Давно пора. Домашняя рутина засосала, а я и не заметила. Что касается супружеских дел, то и здесь всякие кочки возникают, но все равно мы опять пара, или, точнее сказать, наконец-то мы пара.

Наступила тишина, нарушаемая только легким шумом, доносящимся с улицы сквозь окна. Шанель переваривала только что услышанное от Стефани. Какая-то тут загадка, впрочем, не ее это дело. Так, как живет Стефани, она жить не может, ну так что с того? На свадьбе Ариэль и Лэйрда она наконец познакомилась с Дэвидом и с удивлением обнаружила, что мужчина он не только представительный, но и редкостно красивый. Странно, что Стефани и словом не обмолвилась об этом.

Шанель и до сих пор не могла привыкнуть к мысли, что эта женщина, хоть и сама в общем-то не дурнушка, замужем за человеком, красивым, как кинозвезда. Или он видит в Стефани то, что не в силах увидеть женщина.

Появился с заказами официант. Передвигался он сегодня медленнее обычного, словно все кости болели. И чего этот бедняга все еще трудится, подумала Шанель, и сама себе подивилась. Еще год назад она и не заметила бы Оскара со всеми его старческими хворями. Оттаивает, что ли? Нет-нет, только не Шанель Деверю…

– Ладно, пошли за стол, – поднялась Дженис. После того, как в семье у нее все пошло наперекосяк, она набрала несколько лишних фунтов веса, что ее отнюдь не красило. Вот чем можно отплатить ей за то, что она сделала для этих женщин в последние полтора года, вдруг пришло в голову Шанель: надо пригласить Дженис на пару недель на воды. Ничто так не бодрит женщину, как уход да забота. А не попробовать ли уговорить Дженис сменить эту старомодную прическу. Да-да, именно этим она и займется. Надо позвонить Дженис завтра же, не откладывая. Только, пожалуй, хватит и недели, перебарщивать тоже ни к чему.

Довольная собой и собственной щедростью, Шанель взяла бокал с вином и последовала за остальными к столу. Так уж вышло, что за всеми закрепилось одно и то же место: по правую руку от Шанель – Глори, по левую – Дженис и напротив – Ариэль со Стефани. Так повелось с самой первой встречи, и, наверное, не без Божьего промысла: ведь они с Глори сделались такими добрыми друзьями. Что же до остальных – к ним она тоже испытывает симпатию. К Ариэль, правда, она относится с чуть меньшей теплотой, чем к остальным, однако же и этой птичке желает счастья в жизни. И другим пусть будет хорошо.

– Ну что ж, за нас и за будущее, – сказала она, поднимая бокал.