Клуб разбитых сердец - Уокер Рут - Страница 120

– Чушь. Я вообще никого не боюсь. А то ты и сам не знаешь.

– Ты боишься того, что, если дело у нас зайдет слишком далеко, я тебя брошу. Но неплохо бы тебе знать: я только что отказался от весьма выгодного места с большими перспективами, лишь бы быть рядом с тобой. Похоже это на сына богатея, который только о деньгах и думает?

– Нет, это похоже на человека, который пытается… пытается… – Закончить фразу Глори так и не сумела.

– …сделать все, только бы не потерять свою девушку?

– Я не твоя девушка…

– Прошу прощения – женщину. Я – мужчина. Ты – женщина.

Глори прижала ладонь ко рту, не хотелось, чтобы он видел, как она улыбается. Впрочем, смешно ей не было. Единственное, чего ей хотелось, – как можно скорее отделаться от этого типа. Стив неожиданно схватил ее за руку и притянул к себе.

Но Глори резко наклонилась и ловкой подсечкой уложила его на пол. Ожидая ответного удара, она чуть пригнулась и выставила вперед руки – классическая поза каратиста, – но Стив даже не пошевелился и только пристально посмотрел на нее.

Казалось, на матах ему вполне удобно. Глори описывала круги, готовая в любой момент начать схватку, но тут Стив, перевернувшись на живот и колотя по полу рукой – знак того, что сдается, – безудержно расхохотался.

Глори обозлилась не на шутку. Ей хотелось вмазать ему по ребрам, однако же кодекс спортивных единоборств со всей этой чепухой, что нельзя, мол, нападать на человека, если он не защищается, все-таки остановил ее. Глори просто выругалась, да так забористо, что даже мать ее покраснела бы, и снова направилась к выходу, но дойдя до распростертого тела Стива, огибать его не стала, а прошлась прямо по спине.

Но до двери Глори не дошла, Стив догнал ее:

– Извини за весь этот спектакль, но уж больно смешно ты выглядела – вылитый Брюс Ли.

Глори попыталась вырваться, но держал он ее крепко.

– Если ты немедленно не уберешь свои грязные руки, закричу, – процедила она сквозь плотно сжатые зубы. – И через десять секунд здесь окажется бригада рабочих, которые на части тебя разорвут. Ты и представить себе не можешь, что они могут сделать с типом, который пытается изнасиловать такую хорошую девушку, как я.

– Хорошую девушку! Ведьма настоящая – вот кто ты.

Ну ладно, пошутили, и будет. Я от тебя без ума и от своего не отступлюсь. Отныне ты и шага не ступишь, чтобы не натолкнуться на меня. И в конце концов тебе придется сдаться и признать, что и ты без ума от меня. Так зачем же попусту тратить время?

– Договорились, – сказала Глори.

– Что ты сказала? – Стив даже заморгал.

– Я сказала: договорились, выхожу за тебя.

Он молча посмотрел на нее долгим взглядом.

Уперев руки в бока, Глори столь же пристально взглянула на него:

– Ну вот, так и знала. Влюблен, без ума – болтовня все это. Чушь и болтовня. Так что убирайся к черту, Стив Голден.

Слышишь? К черту!

– Завтра утром годится?

– Завтра утром – что?

– Идем в мэрию.

– Не верю. Опять что-нибудь придумал…

– Ничего не придумал. Когда идем в мэрию?

– Да не хочу я вовсе за тебя замуж!

– Еще как хочешь. Сама же сделала мне предложение.

Я и спрашиваю: как насчет того, чтобы отправиться в мэрию прямо завтра с утра? – Неожиданно Стив перестал улыбаться. – Слушай, Глори, честное слово, мне без тебя не жить.

Я хочу любить тебя и не хочу, когда все кончится, подниматься с кровати и идти домой. По-моему, у нас с тобой может получиться. Мы с тобой здорово подходим друг другу. Я готов рискнуть, почему бы и тебе не последовать моему примеру?

Глори долго молчала. Почему бы не последовать примеру?

А может, он прав – это просто от страха? В худшем случае – еще один шрам на сердце. А в лучшем… И впрямь, разве такая игра не стоит свеч?

– Я рисковала всю свою жизнь, – заговорила она, обращаясь не столько к Стиву, сколько к себе самой. – Что ж, возможно, подошла пора рискнуть в очередной раз. – Стив наклонился к ней, но она его оттолкнула. – Ничего не обещаю. О многом еще надо поговорить, но вообще-то – да, попробовать можно. Только не подталкивай меня, слышишь?

Стив кивнул, запер дверь и опустил жалюзи. Минуту спустя они занялись любовью на тренировочных матах.

Открытие сезона в Напа-Вэлли прошло потрясающе – так в один голос писали и «Напа реджистер», и «Сан-Франциско кроникл», и «Окленд трибюн». Безупречный вкус оформления сочетался с духом праздника, атмосферой карнавала.

Только Шанель на такое способна, восхищенно думал Стет, наблюдая за происходящим с пышно поросшей цветами лужайки перед главным корпусом.

А происходило много чего. У гостей был широкий выбор: можно потанцевать под музыку оркестра, специально выписанного из Сан-Франциско, в большом крытом дворе, где были расставлены олеандры в кадках; можно подняться в воздух на украшенных яркими лентами шарах, тоже доставленных сюда по особому заказу; можно попробовать разнообразные сорта здешних вин. А для любителей экзотики в палатке, выкрашенной в пурпурно-золотистые цвета, настоящая цыганка гадала на картах.

Блюда в исполнении Жан-Пьера были совершенно фантастическими, даже завсегдатаи подобных сборищ были поражены. Морской окунь в яичном соусе, цыплята с гарниром из пряных трав, сладкое мясо и спаржа в соусе по-мальтийски, который Жан-Пьер готовил по какому-то особому рецепту, были выше всяких похвал. Знаменитый кулинар на сей раз превзошел самого себя. Общего стола не было, трапеза протекала неспешно, не прерываясь ни на минуту: гости наполняли тарелки в буфете, устроенном в огромной черно-белой палатке на лугу позади корпуса, а затем перебирались на свежий воздух – за столы со стеклянными столешницами, расставленные частью в виноградниках, частью в дубовой аллее.

Когда Шанель, выждав удобный момент, объявила, что в любом блюде меньше трехсот калорий, гости зааплодировали.

Стет, старавшийся держаться в тени, насколько это вообще возможно для мужчины ростом в шесть футов четыре дюйма, заметил, что после этого объявления публика вновь потянулась в сторону буфета.

Зная по собственному опыту, насколько богатые любят всяческую дармовщинку, Стет не стал возражать, когда Шанель сказала ему, что к баснословной смете, выделенной на празднество, надо добавить еще деньги на подарки. Сам-то он, правда, поначалу счел, что косметические наборы от Гуччи, шарфики от Гермеса и духи «Коко» – это излишняя роскошь, но глядя, с какой алчностью жены людей, представляющих финансовую элиту страны, запихивают подарки в свои сумочки, только лишний раз подивился проницательности Шанель.

Да, ее отличают ум и настоящая деловая хватка. Хороший, надежный партнер, это несомненно. Но сейчас Стета гораздо больше занимал другой вопрос: когда же она перестанет кочевряжиться и ляжет с ним в постель?

Что когда-нибудь кончится именно этим, он не сомневался. Скорее всего она просто держит паузу, цену набивает, но он готов играть по этим правилам, какое-то время, конечно.

В конце концов он, как всегда, оправдает свои вложения, да и ей выгодно иметь такого любовника. Он богат, гораздо богаче, чем думают многие, и именно это должно завлечь Шанель в его постель. А помимо того, он хороший любовник, а это должно удержать ее.

Но вообще-то лучше бы не пускать в ход тяжелую артиллерию – роскошное бриллиантовое ожерелье или, может, «мазератти», спортивную машину, которой Шанель, насколько ему известно, просто бредит. Вот если бы она пришла к нему просто, потому что он ей нравится…

Наверное, Стет непроизвольно вздохнул, потому что Шанель, стоявшая рядом, спросила:

– В чем дело? Что-нибудь не так?

Он взял ее под локоть и улыбнулся. На Шанель был шерстяной, ручного шитья строгий костюм, удивительно ей шедший. Стету она нравилась в голубом, этот цвет делает ее мягче, доступнее. Жаль, что так редко она в нем появляется.

– Да нет, все нормально. Они прямо из рук у вас готовы есть.

– Хорошо бы, коли так. Уверена, что большинство из них приняли приглашение только потому, что благодаря Лэйрду здесь герцог с герцогиней и благодаря вам – сенатор и миссис Брак. Обратили внимание, что все эти ведьмы из Хиллсборо тоже пожаловали?