Он сказал «нет» - Уоддел Патриция - Страница 4

Глава 2

Грэнби не торопился, он наслаждался утренним солнцем и безоблачным голубым небом – и вдруг...

Резко натянув поводья, граф едва успел свернуть направо. Его лошадь тотчас взвилась на дыбы, но, к счастью, все закончилось благополучно – Грэнби все же удержался в седле.

Обернувшись, граф увидел всадника, чуть не ставшего виновником катастрофы, – тот пытался усмирить своего скакуна. «Да это же женщина!» – промелькнуло у него. Перед ним действительно была женщина, причем сидевшая на изумительном жеребце.

Кэтрин вздохнула с облегчением. Ураган все-таки не сбросил ее. Жеребец какое-то время не мог успокоиться и пытался встать на дыбы, но девушке, в конце концов, удалось его усмирить.

– Тихо, – сказала она. – Тихо, Ураган. Все в порядке.

– Ошибаетесь! – раздался мужской голос. – Полагаете, все в порядке? Черт побери, мы с вами спаслись лишь чудом!

Кэтрин понимала, что должна извиниться. Она уже хотела сделать это, но мужчина продолжал:

– Неужели у вас нет ни капли здравого смысла? Вы неслись так, будто за вами гнались все дьяволы ада. – Он бросил на нее пронзительный взгляд голубых глаз. – Вас преследовали?

– Нет. – Кэтрин покачала головой. Она снова попыталась объясниться, но мужчина и, на сей раз, не дал ей заговорить.

– Мисс, зачем вы вообще ездите на таком жеребце? С ним трудно управиться, неужели вы не понимаете?

Кэтрин тяжко вздохнула. Этот мужчина, судя по всему, жил в Лондоне и, конечно же, он был благородного происхождения, то есть, безусловно, джентльмен.

Спешившись, незнакомец снова взглянул на девушку, а затем, сняв перчатки, принялся тщательно осматривать ноги своей лошади. Кэтрин понимала, что и ей следовало осмотреть коня, но она ждала, когда незнакомец уедет.

И, конечно же, сначала Кэтрин должна была извиниться, ведь именно она едва не стала виновницей трагедии.

Убедившись, что с лошадью все в порядке, Грэнби повернулся к девушке, сидевшей в седле, и теперь уже рассмотрел ее как следует. Оказалось, что она очень недурна собой. У нее были чудесные золотисто-каштановые волосы, чуть рыжеватые, и они прекрасно гармонировали со светло-карими глазами. Девушка довольно уверенно сидела в седле – в мужском седле, и из-под широкой юбки ее амазонки выглядывали коричневые сапоги для верховой езды.

– Простите, что я напугала вашу лошадь... – пробормотала Кэтрин. – Но этой дорогой редко пользуются, и я не думала, что встречу здесь кого-нибудь. Пожалуйста, сэр, простите за беспокойство. Желаю удачи.

Грэнби нахмурился. Значит, эта девица собиралась преспокойно уехать, хотя только что едва не сбила его. Он даже не знал ее имени, а ему очень хотелось его узнать.

Действительно, кто она? Конечно, не простолюдинка – на ней шикарная амазонка, а жеребец... Разумеется, такой великолепный конь не мог принадлежать местному бакалейщику. Что ж, в любом случае ее отцу следует знать, что его дочь слишком беспечна.

Или придется говорить с ее мужем?

Грэнби надеялся, что нет. Графу не хотелось, чтобы очаровательная молодая дама оказалась чьей-нибудь женой. «Она всегда должна быть такой же неукротимой и свободной, как сейчас, – подумал он, едва заметно улыбнувшись. – И еще она должна царапаться и кусаться, когда ее целуют. Да, сначала шипеть, а уж потом мурлыкать».

А она бы непременно замурлыкала. Грэнби в этом нисколько не сомневался.

В ней чувствовалась страсть – эта страсть светилась в ее глазах, смотревших на него с кошачьим любопытством.

Тут граф почувствовал, что его влечет к очаровательной всаднице. Разозлившись на себя самого, Грэнби снова нахмурился; он решил как следует наказать девушку за столь безрассудное поведение. Ведь не только он, но и она могла пострадать, могла бы оказаться под копытами...

– Вы желаете мне удачи? Но я пока что не собираюсь вас покидать. – Грэнби взял жеребца под уздцы. – Спускайтесь.

– Нет.

– Я хочу осмотреть вашего коня. Спускайтесь.

Кэтрин замерла в нерешительности. Она вдруг почувствовала, что боится этого незнакомца. Высокий и широкоплечий, он был слишком уж уверен в себе. К тому же он смотрел на нее чрезвычайно строго. «Наверное, опять начнет отчитывать», – думала Кэтрин.

– Спускайтесь немедленно, – сказал Грэнби. – Если вы сейчас же не спешитесь, я сам вас сниму.

Кэтрин была уверена, что он так и поступит. В каждом слове незнакомца слышался вызов. Она выполнила его требование, но осталась стоять рядом с Ураганом.

Грэнби внимательно посмотрел на нее. Сейчас она казалась еще более привлекательной. Внезапно он понял, что смотрит на губы девушки, и тут же подумал: «Интересно, какие они на вкус?» Граф перевел взгляд на ее руки и не заметил кольца под обтягивавшей ладонь перчаткой.

– Я и сама в состоянии осмотреть моего жеребца, – проговорила она с вызовом в голосе.

Кэтрин быстро осмотрела Урагана и, удостоверившись, что он в полном порядке, вопросительно взглянула на незнакомца. Если бы перед ней стоял местный фермер или мелкий торговец, то из уважения к сэру Хардвику он закрыл бы глаза на поведение его дочери. Но этот человек так ни за что не поступит.

В нем было все, что Кэтрин так ненавидела в людях из высшего общества. И он стоял совсем рядом.

«И все же он очень хорош собой, – неожиданно подумала Кэтрин. – Ярко-голубые глаза и пепельно-белокурые волосы...» И еще в нем чувствовалась сила, она угадывалась в каждом его движении.

Глядя на незнакомца, Кэтрин не могла не подумать о Люцифере, падшем ангеле, который, говорят, был так же красив, как и порочен. И именно из-за таких субъектов ужасно не хотелось оказаться в Лондоне в разгар сезона. Этот человек, наверное, походил на мужа бедной Вероники – красивая внешность, приятные манеры, но лживые слова. И, конечно же, лесть... Лесть для людей этого сорта так же естественна, как до блеска начищенная обувь.

– С Ураганом все в порядке, – сказала она. – Я бы сразу поняла, если бы он пострадал. – Ей хотелось как можно скорее избавиться от столичного джентльмена.

Незнакомец проигнорировал ее слова и провел ладонью по шее жеребца. Тот фыркнул и вздернул хвост, но больше никак не выказал своего неудовольствия.

Кэтрин немного удивилась – ведь этот норовистый конь обычно не переносил незнакомых людей.

«Ураган – очень подходящее имя», – думал Грэнби, ощупывая ноги жеребца. Теперь он уже не искал повреждений, просто наслаждался безупречной статью коня, его выдержкой. В то же время ему пришлось признать, что девушка оказалась отличной наездницей. Немногие мужчины смогли бы управиться с этим жеребцом, но ей это удалось.

И тут его осенило: он вдруг вспомнил, что после завтрака на постоялом дворе в Уинчкоме спросил у хозяина, как добраться до Стоунбриджа. Хозяин все очень подробно объяснил, так что Грэнби не сомневался в том, что едет верной дорогой. «Следовательно, эта девушка имеет какое-то отношение к сэру Уоррену Хардвику, – размышлял граф. – Возможно, она его дочь или племянница».

– Простите, я не представился, – сказал он. – Я лорд Грэнби, а вы кто?

Тут Кэтрин почувствовала, что незнакомец смотрит на нее уже не так, как прежде. Теперь он разглядывал ее фигуру, словно раздевал взглядом.

«Наверное, я вправе дать ему пощечину», – подумала Кэтрин, нахмурившись. Но она тут же взяла себя в руки и с улыбкой сказала:

– Если вы направляетесь в замок Садли, я могу указать дорогу.

– Я ее знаю, – ответил граф. – Мне нужно добраться до Стоунбриджа.

– До Стоунбриджа?.. – Кэтрин тотчас сообразила, что лорд Грэнби едет к ее отцу, чтобы купить беговую лошадь. Но в таком случае он непременно расскажет о происшествии Джимкинсу, а тот обязательно поведает эту историю хозяину.

– Вы не представились, мисс, – напомнил ей Грэнби. – Скажите, кто же вы?

– Не имеет значения, – ответила Кэтрин. Ей вдруг пришло в голову, что лорд Грэнби, возможно, уже догадался, с кем говорит.

– Не имеет значения? Наша встреча чуть не закончилась трагедией. Позвольте, я провожу вас домой.