Он сказал «нет» - Уоддел Патриция - Страница 14

Вопреки обыкновению она довольно долго раздумывала, какое платье надеть, в конце концов, выбрала желтое муслиновое, с белыми вставками. Взяв зонтик подходящего цвета, и надев соломенную шляпку, украшенную ромашками из шелка и желтым пером, Кэтрин присоединилась к отцу и тете, уже сидевшим в экипаже.

– Должна заметить, что ты выглядишь замечательно, моя дорогая, – сказала тетя, когда экипаж отъехал от дома. – Я очень надеюсь, что сегодня мы опять увидим лорда Грэнби.

– Вероятно, – кивнула Кэтрин.

– Если так, то я надеюсь, что на этот раз ты не забудешь о хороших манерах.

– Вы о чем? – Сэр Хардвик внимательно посмотрел на дочь.

Кэтрин молча потупилась. Ей ужасно не хотелось огорчать отца. И дело было совсем не в том, что ее родитель обладал вспыльчивым характером. Напротив, он был самым терпеливым человеком на свете – именно поэтому Кэтрин старалась во всем ему угождать.

– Разве ты не заметил, как твоя дочь оскорбила лорда Грэнби? – спросила Фелисити. – Я вынуждена сказать, что она вела себя абсолютно неподобающим образом.

– Но когда же это случилось?

– Два дня назад, когда граф ужинал в твоем доме. Я уже дала Кэтрин необходимые наставления. Теперь самое главное, чтобы не появились основания давать их во второй раз.

– Этого не случится, – пробормотала девушка. – Я тогда просто забыла о хороших манерах. Не волнуйся, папа, больше такого не повторится.

– Да, надеюсь, – ответил сэр Хардвик. – Лорд Грэнби настоящий джентльмен, и он пользуется уважением в обществе. – Отец пристально посмотрел на дочь. – Не в твоих правилах оскорблять гостей. Надеюсь, ты не принимаешь близко к сердцу предложение Грэнби насчет Урагана. Покупка и продажа лошадей – мое основное занятие, и я прекрасно знаю: не нужно привязываться к животным. Это неразумно и невыгодно.

– Но ведь ты не продашь Урагана? Скажи, не продашь? Папа, пожалуйста...

– Право же, Кэтрин, можно подумать, что этот конь для тебя дороже всего на свете, – заметила Фелисити. – Молодые леди должны думать совсем о другом.

– Но он наш самый лучший жеребец, – сказала Кэтрин. – Папа всегда это говорил. Потомство Урагана станет залогом будущего процветания Стоунбриджа.

– Да, возможно. Но имей в виду, об этом не следует говорить на приеме, – заявила тетя. – Подобные разговоры были бы в высшей степени неуместными. Ты ведь об этом не забудешь, дорогая?

– Нет-нет, не забуду. – Откинувшись на спинку сиденья, Кэтрин принялась строить план отмщения. Она очень надеялась, что лорд Грэнби появится на приеме у Эммы Дент.

Когда граф подъехал к Садли, прием только начался. Стоял ясный летний день, и хозяйка, решив этим воспользоваться, накрыла столы на лужайке. К замку один за другим подъезжали экипажи, подвозившие гостей. Некоторые из них проделали путь в несколько десятков миль, так как местная знать считала за честь получить приглашение посетить Садли.

Поручив лошадь заботам конюха, Грэнби пересек лужайку и поздоровался с хозяевами. Джон Дент был в темно-синем сюртуке и в сером шелковом жилете, рубашка же его сияла безупречной белизной.

Обменявшись любезностями с супругами, граф направился к гостям, приехавшим из Стоунбриджа. Поздоровавшись с сэром Хардвиком и леди Форбс-Хаммонд, Грэнби повернулся к Кэтрин.

– Счастлив видеть вас, мисс Хардвик. – Он склонился над рукой девушки.

– Я тоже очень рада, лорд Грэнби, – ответила Кэтрин самым любезным тоном. – Я боялась, что вы уже покинули Уинчком. Ведь отец отказался продать вам Урагана, не так ли?

Граф улыбнулся, он тотчас же сообразил, что сэр Хардвик не знал об их встрече на поляне.

– Я упрямый человек, мисс Хардвик. Жеребец станет моим.

Хардвик рассмеялся:

– Клянусь всеми святыми, может, так и случится. Люблю настойчивых людей.

Граф тоже рассмеялся и окинул взглядом Кэтрин – разумеется, не таким откровенным, как раньше, ведь рядом стоял ее отец. «Она сегодня еще привлекательнее, чем прежде, – подумал он. – К тому же она улыбается...» Да, как ни странно, но Кэтрин действительно ему улыбалась. Неужели она не злилась на него?

– Вы не сочтете за дерзость, мисс Хардвик, если я приглашу вас прогуляться по саду? – спросил Грэнби.

– С удовольствием, милорд. – Кэтрин взяла графа под руку и покосилась на отца.

Хардвик утвердительно кивнул, а леди Фелисити просияла улыбкой.

Сопровождающий им не требовался, так как повсюду находились гости. И, конечно же, все смотрели на них с восхищением – они были очень красивой парой.

– Если я не ошибаюсь, к новому фонтану можно пройти здесь, – сказал Грэнби, уводя ее от столов в сторону сада, где росли красные герани.

Стоявшие у садовой дорожки молодые люди сразу же умолкли, увидев Грэнби под руку с Кэтрин. Когда они проходили мимо, граф почувствовал на себе пристальные взгляды. «Похоже, они смотрят на меня как на браконьера, вторгшегося в чужие владения», – мысленно усмехнулся Грэнби.

С особой злобой на него посмотрел темноволосый молодой человек с карими глазами. Судя по всему, он был сыном местного торговца.

«Неужели этот юноша – поклонник Кэтрин? – подумал Грэнби. – Она погубит свою жизнь, если достанется этому увальню. Кэтрин предназначена человеку, который будет ценить ее...»

Они не обмолвились ни словом, пока шли к фонтану. Фонтан же оказался довольно внушительным скульптурным сооружением: это были русалки, прижимающие к обнаженным грудям кувшины, наполненные водой.

– Вы не боитесь сплетен, мисс Хардвик? – спросил Грэнби, когда они ненадолго остановились.

– Я не придаю значения сплетням. Иначе не приняла бы ваше приглашение прогуляться по саду. Однако тот факт, что наши имена станут упоминаться вместе, может доставить вам немало неприятностей. Да-да, именно тетя Фелисити намерена найти мне мужа, поэтому должна вас предупредить: она полагает, что обладатели графских титулов очень подходят на эту роль.

Грэнби невольно рассмеялся.

– Да, я знаю, о чем хлопочет ваша тетушка. Но мне все-таки кажется, что я нахожусь в полной безопасности. Ведь вы не собираетесь выходить замуж, не так ли?

– Ошибаетесь, милорд. Я не имею ничего против замужества и непременно выйду замуж, если сердце того захочет.

– Да, разумеется. Дамы придают огромное значение сердечным делам – это общеизвестно.

Ему нравилось говорить с Кэтрин и нравилось шутить с ней. Она была очень остроумной собеседницей и при этом свободно выражала свое мнение, совершенно не беспокоясь о том, как ее слова будут восприняты.

Пристально взглянув на него, она вдруг спросила:

– А вы, милорд? Что вы думаете о браке? Вы, кажется, говорили, что женитьба – это только ваш долг по отношению к предкам.

– Вы опять оскорбляете меня! – Граф изобразил возмущение. – Неужели вы считаете меня совершенно бессердечным человеком?

– Я бы очень удивилась, если бы дело обстояло иначе. Помнится, вы говорили, что любите азартные игры. Думаю, любовь для вас что-то вроде азартной игры.

– А если я с этим соглашусь? – Грэнби улыбнулся.

– Тогда я скажу, что вы честнее, чем большинство мужчин.

Они отошли от фонтана и зашагали вдоль клумб и аккуратно подстриженных кустов.

– Вам действительно не хочется ехать в Лондон? – Грэнби не мог поверить, что эту девушку совершенно не интересовало замужество.

– Я твердо убеждена, что брак – это совсем не то, что мне нужно, – ответила Кэтрин. – А что касается Лондона... Видите ли, я не желаю, чтобы меня выставляли на публичное обозрение. Эта поездка – затея тети Фелисити, не моя. Она требует, чтобы отец отвез меня в Лондон.

– Но может быть, вам понравится в Лондоне?

– Вряд ли. Я прекрасно чувствую себя в Уинчкоме. Здесь у меня есть друзья и любящий отец. И здесь я могу одеваться так, как мне нравится. Например, носить бриджи. А брачные узы ограничили бы мою свободу.

– Но мне кажется, что большинство женщин хотят иметь детей...

– Возможно. – Кэтрин пожала плечами. – Что ж, если я все-таки когда-нибудь выйду замуж, то успею ими обзавестись.