Изысканная свадьба - Уоддел Патриция - Страница 44

Глава 16

Молодожены покидали Нью-Йорк солнечным зимним утром. Снег таял под первыми теплыми лучами солнца. С деревьев капало, колеса экипажа разбрызгивали лужи на Пятой авеню. Реджине хотелось появиться в Мерриам-Фоллс во всем блеске. Она долго и тщательно выбирала подходящий туалет и остановилась на голубом шерстяном дорожном костюме, отделанном черным бархатом. Поверх костюма на ней был длинный жакет такого же цвета с турнюром, широкими манжетами и пуговицами из оникса. Маленькая шляпка, украшенная голубым пером, завершала туалет. Зонтик с ручкой из эбенового дерева был отделан черным испанским кружевом.

Они стояли на платформе Центрального вокзала, ожидая, когда их проводят к персональному вагону. Внезапно Реджину охватило непонятное волнение. Все утро она боролась с чувством неуверенности, которое ощутила, как только открыла глаза. Она ехала домой. Но теперь в Мерриам-Фоллс возвращается замужняя дама, и от нее ждут соответствующего поведения. Для друзей и соседей она уже никогда не будет молодой хозяйкой пансиона. Теперь она миссис Джонатан Паркер, жена самого влиятельного бизнесмена в городе.

Реджина понимала, чего от нее ждут: забыть об увлечении суфражизмом и заняться другими делами, более подходящими для женщины в ее положении. Без сомнения, к ней явится с визитом жена преподобного Хейса и предложит возглавить благотворительный комитет. И ей придется играть роль хозяйки дома, когда Джонатан пригласит на ужин владельца городского банка. Постепенно угаснут восторги и ожидания медового месяца, и у них с Джонатаном начнется рутинная жизнь. Появятся дети, если она уже не в положении, и что дальше? Чем больше раздумывала Реджина над повседневными обязанностями замужней женщины, тем чаще у нее возникали сомнения. Ее не устраивает, что муж не питает к ней любви, только страсть, и долго скрывать свое разочарование ей вряд ли удастся. Поглощенная своими мыслями, Реджина даже не замечала восхищенных взглядов мужчин.

Зато их заметил Джонатан. Но собственник по натуре, он не был ревнивым. Напротив, испытывал гордость, что рядом с ним настоящая леди. С каждым днем он все больше убеждался в правильности своего выбора. Его жена была волевой женщиной, но это ему даже нравилось. А какое наслаждение она доставляла ему в постели! С каждым днем он хотел ее все больше и больше.

Единственное, в чем сомневался Джонатан, – это в своей способности защитить жену, пока убийца двух женщин в Мерриам-Фоллс не окажется за решеткой. Ему вовсе не хотелось держать жену под замком. Но он подозревал, что именно так и придется поступить, чтобы она не совала свой прелестный носик куда не следует.

Он намеревался продолжить участие в расследовании убийств, как только они вернутся в Мерриам-Фоллс. А пока убийца на свободе, Джонатан, насколько это возможно, постарается не оставлять Реджину одну. Разумеется, это будет нелегко – дела отнимают уйму времени. К тому же спор, начатый ими в библиотеке, может возобновиться в любой момент. Причина всегда найдется. Жена снова вспомнит о своей независимости, а он не сможет под предлогом медового месяца запретить ей выйти из дома и отправиться навстречу опасности.

Бисби, конечно, будет за ней присматривать. Но Реджина при желании сумеет обвести его вокруг пальца. Она очень умна и ужасно упряма и может подвергнуть суровому испытанию его терпение.

Они сели в вагон. Джонатан позаботился о том, чтобы жена расположилась со всеми возможными удобствами, после чего принялся за газеты. Он просматривал статьи, касающиеся бизнеса, но мысли его были заняты женой. Не стоило говорить ей, что он хочет побыстрее возвратиться в Мерриам-Фоллс. О том, что он не доверяет Фаулеру, который, по его мнению, практически ничего не делает для раскрытия преступлений, Джонатан не обмолвился ни словом. Полицейский не имел опыта в подобного рода делах, а преступником мог оказаться любой житель городка, даже его близкий знакомый, поэтому особой активности он и не проявлял. Допросы не дали никаких результатов. Оба убийства связывало лишь то, что произошли они в короткий промежуток времени, и обе жертвы были сторонницами женского движения за право голоса.

Джонатан подумал, не нанять ли ему для расследования сыщика из агентства Пинкертона, но Мерриам-Фоллс для этого слишком маленький город. Незнакомого человека здесь сразу заметят, как только он начнет свою деятельность. Джонатан был уверен, что убийца – житель города, а значит, нанимать частного сыщика не имеет смысла, это только заставит убийцу быть более осторожным.

Джонатану очень не хотелось признавать, что самый лучший способ поймать убийцу – заманить его в ловушку. И самая лучшая приманка для него – Реджина. От этой мысли кровь стыла у него в жилах. Он, конечно, не собирался использовать жену в качестве приманки. Наоборот, всячески старался уберечь ее от опасности.

Но пока убийца не пойман, опасность не исчезнет. Она нависла над ними и мешает жить. А Джонатану хотелось спокойной, нормальной жизни. Именно по этой причине он и решил жениться и завести детей.

При мысли о детях он посмотрел на жену. Она читала томик стихов. Джонатан оценивающе посмотрел на маленькую шляпку, кокетливо сидевшую у нее на макушке. Густые каштановые кудри были уложены в модную прическу и спускались на плечи. Глаза Джонатана скользнули с ее милого личика на тонкую талию. Быть может, Реджина уже в положении?

Реджина почувствовала на себе взгляд Джонатана, и сердце у нее замерло. Как и обычно, когда он на нее смотрел. Некоторое время они молчали. Реджина почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Муж улыбался ей своей неотразимой улыбкой.

– Как ты себя чувствуешь? – с лукавой улыбкой спросил он.

– Прекрасно. Почему ты спрашиваешь?

– Так просто, – ответил он. – Я подумал, не беременна ли ты.

Реджина захлопнула книжку.

– Мы никогда не говорили о детях.

– Не говорили, но это само собой подразумевается, когда люди женаты, – сказал Джонатан. – А тебе разве не хочется детей?

– Ничего такого я не сказала, – возразила Реджина. – Но мы ведь женаты всего несколько недель. Я еще не забыла, что ты хитростью заставил меня выйти за тебя замуж, – добавила она, вздернув подбородок. Она помолчала, ожидая от Джонатана извинений за то, что он использовал сложившиеся обстоятельства. Но Джонатан ни слова не сказал, лишь снова улыбнулся своей чарующей улыбкой. Реджина отвернулась к окну, сделав вид, будто разглядывает мелькающий за окном пейзаж. Мысль ее лихорадочно работала. Наконец она снова посмотрела на Джонатана. – Честно говоря, не знаю, хочу ли я сейчас иметь детей. Со временем, возможно.

– Это время может наступить гораздо раньше, чем ты ожидаешь, – заявил Джонатан, скрывая свое разочарование. – Ты разве забыла, чем мы занимались последние недели?

– Не забыла, – с вызовом сказала Реджина. – Временами, Джонатан, ты просто испытываешь мое терпение.

– Почему же? – Джонатан насмешливо вскинул бровь.

– Хорошо, – сказала Реджина, откладывая книгу. – Давай поговорим о детях.

– Пожалуйста, – откликнулся Джонатан, разведя руки, как бы показывая, что готов выслушать любое ее мнение.

– Я хочу иметь детей, – заявила Реджина, облизнув губы. – Но в данных обстоятельствах с этим лучше повременить.

– Какие обстоятельства ты имеешь в виду?

Реджина возмущенно взглянула на него.

– Ты прекрасно знаешь какие, Джонатан, – вспыхнула Реджина. – Не прикидывайся скромным и сдержанным. Я хорошо вас знаю, сэр. Может быть, тебе и удалось заставить меня выйти за тебя замуж, но не рассчитывай на окончательную победу. Я не собираюсь всю жизнь плясать под твою дудку.

У нее была причина сердиться на мужа. На сей раз она сердилась на себя. Она позволила Джонатану использовать ее страстную натуру против нее самой и попала в ловушку. Другой на его месте раскаялся бы, хотя бы приличия ради. Но только не Джонатан. Он слишком занят собой. И если она еще не в положении, он сделает все, чтобы исправить это упущение.