Обольщение строптивой - Уиттиг Лорен - Страница 25

Тиг накинул что-то ей на запястье. Она поняла, что это веревка.

– Держитесь за веревку, другой конец я привяжу к седлу. Я не хочу, чтобы вы потерялись в этой пурге. – Голос его был тих и полон заботы.

Она крепко ухватилась за веревку, радуясь, что он завязал ее, догадавшись, что руки ее озябли и онемели.

– Мне показалось, будто я уловил запах дыма, но при такой силе ветра трудно определить, откуда он. Надеюсь, что Датчэлли совсем близко.

Она снова кивнула. Тиг, посмотрев на нее, вернулся к лошади.

Для Кэтрионы мир ограничился смутным очертанием крупа лошади и мучительной болью в замерзающих пальцах рук и ног. Щурясь, она вглядывалась в белую мглу.

Замок вырос словно из снега, его серый силуэт повис над рекой. Никогда еще Кэтриона не была так рада каменным стенам. Они уже не шли, а бежали, подгоняемые жестоким ветром, – их ждали крыша над головой и тепло очага.

Ворота замка, к счастью, были открыты. Стража, узнав, что перед ними бард, тут же поручила гостей пареньку лет девяти. Тот провел их в конюшню, где другой мальчишка пообещал почистить лошадь и дать ей овса. Тиг и Кэтриона, прихватив свои скромные пожитки, последовали за проводником. Пройдя через пустой двор замка, они, стряхнув с одежды снег, остановились на пороге кабинета главы клана.

Он сидел за столом спиной к очагу, в котором гудел огонь. Его седеющие на висках волосы были собраны в косицы, открывавшие лицо человека средних лет. Старый, выцветший плед накрывал его плечи. Тиг и Кэтриона в лужице растаявшего с их ботинок снега ждали, когда он закончит разговор с тремя стариками. Кэтриона переступала с ноги на ногу, пытаясь размять онемевшие ноги.

Наконец глава клана, закончив разговор с посетителями, кивнул гостям, приглашая подойти.

– День добрый, – поздоровался Тиг бодрым голосом.

– И вам добрый день, сэр, – ответил глава клана, окидывая их пристальным взглядом. – Что заставило вас пуститься в путь в такую непогоду?

Тиг рассказал ему ту же историю, что и Фарлану из Фионна, – он провожает сестру к ее жениху. Кэтриона должна была признать, что он отличный рассказчик, помнящий все детали. На этот раз он скрасил повествование шутками, когда упоминал сломавшего ногу беднягу Рори. Рори? Она должна запомнить это имя.

– Просим нас приютить, – сказал он. – А мы развеселим вас. Кэт поет, как ангел. – Кэтриона бросила на него испуганный взгляд: он никогда не слышал, как она поет. Тиг ободряюще подмигнул ей. – А я расскажу потрясающую историю. – Кэт чуть не фыркнула, но сделала вид, что кашляет. – Нам только переночевать да утолить голод.

Глава клана снова окинул их взглядом и вдруг заметил:

– Вы не похожи на сестру и брата.

Кэтриона прикусила губу, чтобы не сказать лишнего. Взгляд Тига напомнил ей это.

– У нас разные матери, – быстро пояснил Тиг. – Я похож на отца, а Кэт – копия матери.

– Да, – согласился глава клана. – Это частенько бывает. Я приглашаю вас в мой замок, Кэт, – сказал он, изъявляя готовность признать такую странную кличку вместо имени.

Кэтриона наклонила голову.

– Вы можете переночевать у моей дочери. Ночь будет морозная, а в ее маленькой спальне намного теплее, чем в большом зале. Я не могу предоставить вам отдельную комнату, у нас неожиданно много гостей. Никогда еще не видел столько путешественников так поздно в этом сезоне.

Кэтриона только молча кивнула.

– Путешественников? – переспросил Тиг.

В его голосе Кэтриона уловила напряженность и опасение.

– Да, лудильщик, жена моего соседа и ее кузен, и еще один путешественник с запада. У нас не хватает комнат для гостей.

– Мы признательны вам за гостеприимство, сэр, – сказал Тиг и, поклонившись, толкнул локтем Кэтриону.

– Да, да, мы очень благодарны вам, – подтвердила Кэтриона, присев в книксене.

Глава клана улыбнулся:

– Клянусь, вы неплохо заработаете в этот сезон. Может, останетесь у нас на зиму?

– Нет! – в один голос возразили Тиг и Кэтриона.

Глава клана поднял брови.

– Мы должны тронуться в путь как можно раньше, – объяснила Кэтриона, посмотрев на Тига. – Я нужна моему Рори, – добавила она с печальной, она надеялась, улыбкой.

– Да, но он будет ждать вас в хорошем состоянии, милая девушка, и, главное, необмороженной.

Кэтриона хотела достойно ответить, но Тиг оборвал ее:

– Мы вам благодарны за прием, какой бы краткой ни была наша остановка.

Глава клана был удовлетворен и подозвал к себе мальчишку, который привел их к нему.

– Кестер, покажи девушке спальню Изабел, а барда отведешь в большой зал. Я полагаю, вы мечтаете о еде и тепле очага?

Гости кивком подтвердили слова хозяина.

– Еда скоро будет на столе. А потом, если пожелаете, то можете присоединиться ко мне в зале, – сказал хозяин, обращаясь к Тигу. – Впрочем, вы, как бард, можете начать с рассказа о собственном путешествии.

Поблагодарив, Тиг, взяв за руку Кэтриону, последовал за мальчишкой.

Они вошли в большой зал, и Тиг был представлен тем немногим из гостей, кто здесь присутствовал. Кэтриона знала, что вскоре зал наполнится людьми, расспрашивающими о последних новостях и требующих песен, но она настолько устала, что ей все было безразлично.

Плохой сон ночью, баталия со снежками, тяжелый путь по глубокому снегу, борьба с ураганным ветром подкосили силы и отняли энергию. Она мечтала только о горячей ванне, свежем белье и мягкой постели.

Когда она повернулась, чтобы последовать за Кестером, Тиг схватил ее за руку и притянул к себе:

– Поосторожнее с языком, Кэт. Нам не нужно, чтобы наши хозяева сожалели, что приютили нас.

– Я только скажу…

– Лишь то, что нужно, я знаю. И только. Не надо привлекать к себе внимание, в чем, кажется, вас винят ваши братья. Помните, что вы не Кэтриона Строптивая, а просто Кэт, девушка, которая вместе со своим братом едет на встречу с возлюбленным. Я знаю, у вас это получится. – Он посмотрел ей в глаза. – Позвольте мне гордиться вами.

Прошептав ей на ухо эти странные слова, он легонько подтолкнул Кэт к ждущему ее мальчишке. Внезапная боль заставила ее прижать руку к животу. Это не может быть несварением желудка, ибо она давно ничего не ела. Слова Тига не выходили из головы. Уходя из зала вслед за Кестером, она обернулась, но бард уже разговаривал с одним из хозяйских гостей.

Мальчишка провел ее через холодные и темные коридоры к спальне дочери хозяина замка. Как только он собрался открыть дверь, его остановил девичий голос:

– Стойте!

Лицо Кестера просияло. Он повернулся в ту сторону, откуда получил приказ.

– Сейчас вы увидите нашу Изабел, – сказал он Кэтрионе. – Это самая красивая девушка во всей горной Шотландии. – У мальчишки было счастливое лицо, но, сообразив, что позволил себе дерзость, он покраснел, увидев, что Изабел идет им навстречу.

У Кэтрионы екнуло сердце, когда она увидела белокурую красавицу, которая улыбалась ей.

– Как я полагаю, вы та самая гостья, о которой я должна позаботиться. – Ее карие глаза весело блестели. – Как я рада, что будет наконец с кем поговорить!

Кэтриона еле удержалась от печального стона. Меньше всего ей хотелось сейчас разговаривать, но она вспомнила, что шепнул ей на ухо Тиг: он хотел гордиться ею. И как ни странно, она сама этого желала.

Взяв гостью за руку, Изабел ввела ее в свою уютную спальню. В очаге, потрескивая, горел огонь, стены были обиты шелком, огромная кровать с пологом занимала почти всю комнату. Только ее и видела утомленная Кэтриона. Но тут же вспомнила слова Тига: «Позвольте мне гордиться вами». Никто еще не говорил ей такого. А его просьба: «Будьте помягче»! Тиг хотел, чтобы она не давала волю своему языку, чтобы она была Кэт, не Кэтрионой.

Первым ее инстинктивным желанием было нагрубить Изабел, чтобы доказать Тигу, что не он командует ею, но, посмотрев на веселую и красивую девушку, она тотчас же передумала.

– У вас усталый вид, простите за эти слова… Я не знаю вашего имени, – промолвила Изабел.