Неукротимое томление - Уильямсон Пенелопа - Страница 50

Красивые, украшенные бусами мокасины лежали поверх дорожной сумки. Тайлер присел, чтобы поднять их, но рука его застыла в воздухе, словно он боялся прикоснуться к ним. Разозлившись на себя за чрезмерную чувствительность, он с глухим рычанием сунул мокасины в глубину сумки, чтобы не попадались ему на глаза.

— Черт тебя возьми, Делия Макквайд, — яростно проговорил он.

Повесив сумку на плечо, Тайлер поднялся и вышел из дома на яркое утреннее солнце. Сьюзен Мастен уже поджидала его на улице.

— Я думала, вы задержитесь подольше, — сказала она, слегка покраснев.

Тайлер поправил ремень на плече, посмотрел на нее и оглянулся. Сьюзен колебалась много месяцев, но все же позвала его в постель прошлой ночью. Хорошо еще, что ему удалось вежливо отклонить приглашение, но все равно он очень задел ее самолюбие. Ничего не попишешь, за последние сутки он умудрился сильно обидеть двух замечательных женщин.

— Я постараюсь вернуться на следующей неделе, — сказал он. — На мысе Элизабет вскоре должна родить женщина. Она очень слаба, и я обещал быть рядом на тот случай, если что-нибудь пойдет не так.

Сьюзен нервно теребила юбку.

— Ну, тогда... я приглашаю вас переночевать в моем доме на обратном пути.

Тайлер промолчал, лишь неопределенно кивнув.

Они посмотрели в сторону мола, где Делия и Хукеры терпеливо дожидались, пока волы поднимутся по узким сходням на борт шхуны. Калеб что-то показал Делии, и утренний ветерок донес до них ее звонкий смех.

— Ты хочешь сам жениться на этой девочке? — спросила Сьюзен, стараясь не казаться несчастной.

Глаза Тайлера потемнели от ярости.

— Я вовсе не собираюсь жениться — ни сейчас, ни позже.

Сьюзен побледнела. Пожалев, что так расстроил женщину, Тайлер подумал, что было необходимо поставить все точки над «i». Зачем еще раз переживать сцены, подобные вчерашней?

Стиснув зубы, Тайлер посмотрел вдаль на стройную фигурку девушки. Да, только в ней была причина его смятения, только из-за нее он чувствовал безысходность и вину.

«Не приведи Бог заманивать женщин в постель. Не успеет мужчина подумать об этом, как они уже мечтают о браке и прочих женских глупостях», — раздраженно размышлял Тайлер.

Не все люди чувствуют, когда на них смотрят сзади, но Делия ощущала буравящий ее взгляд темно-синих глаз. Тянущая боль внизу живота напоминала ей о случившемся, да и без нее она не забыла бы об этом. Девушка уже поняла, что ей придется время от времени встречаться с Тайлером, разговаривать с ним...

«Господи, пожалуйста, только не больше того», — взмолилась Делия.

Чья-то рука мягко дотронулась до нее, Делия повернулась и увидела перед собой Элизабет Хукер.

— С тобой все в порядке, Делия? Ты выглядишь так, будто... ну, будто плакала.

— Все хорошо, не беспокойся. Просто я соскучилась по дому, — солгала Делия, — и к тому же немного нервничаю из-за встречи с мистером Паркесом.

Это было недалеко от истины. Делия понимала, что, так страстно влюбившись в Тайлера и отдавшись ему, хотя обещала выйти замуж за другого, она навлекла на себя позор. Теперь ей казалось, что это написано у нее на лице и весь мир знает, как низко она пала. Она мечтала, что Мерримитинг станет для нее началом новой, радостной и чистой жизни. Однако надежды рухнули, так и не осуществившись. Не сомневаясь, что Нэт Паркес и его дети заслуживают лучшей участи, она с содроганием смотрела в будущее.

Калеб поднялся на борт шхуны, чтобы проверить, хорошо ли привязаны в трюме волы. Элизабет, дождавшись, пока муж скроется в люке, придвинулась к Делин и прошептала:

— Ты уверена, что хочешь выйти замуж за мистера Паркеса? А как же доктор Сэвич? Мне казалось, ты и он... ну вы оба...

Делия стиснула зубы и посмотрела на воду, стараясь не расплакаться. Казалось, она уже выплакала все слезы, но они предательски наворачивались на глаза.

— Я просила Тайлера жениться на мне, Элизабет, но он не хочет.

— О, Делия... — Элизабет посмотрела в сторону фактории, где мирно беседовали Сьюзен Мастен и Тайлер.

Делия гордо вскинула подбородок.

— Ну, ничего, — решительно сказала она, — придет день, когда я вспомню прошлое и пойму — мне повезло, что все случилось именно так.

— Уверена, что ты права, — отозвалась Элизабет с искренней надеждой. — Наверняка мистер Паркес — прекрасный человек, а я сомневаюсь, что доктор Сэвич мог бы стать хорошим мужем.

Неожиданно появившийся Калеб сообщил, что пора подниматься на борт. Элизабет осторожно пошла по сходням, а Делия чуть замешкалась на берегу.

Ее глаза опухли от слез, горло саднило, а боль, тисками сдавившая грудь, казалось, уже никогда не пройдет.

Прошлой ночью она так и не вернулась в факторию, оставшись возле пушки, рядом с развалинами старого форта, и оплакивая свою злую судьбу.

Внутренний голос постоянно убеждал Делию, что Тайлер не любит ее. Умом она понимала это, но сердце не могло с этим смириться. Ее чувство было сильнее рассудка. Она продолжала любить его, несмотря ни на что.

Память ее сердца хранила все ощущения, вызванные прикосновением его рук, губ, языка. Она во всех подробностях помнила мгновение, когда его семя изверглось внутри нее. Тогда ей казалось, что рука Господня коснулась ее тела, даруя ему новую жизнь. Да разве могла она ненавидеть человека, позволившего ей ощутить такое блаженство?

— Делия... — услышала она до боли знакомый голос.

Ее сердце остановилось, но тотчас неистово забилось в груди. Делия медленно повернулась к нему, изо всех сил стараясь не выказать своих чувств.

По тому, как нахмурился Тайлер, девушка поняла, что от его внимательного взгляда не ускользнули ее припухшие веки и заплаканные глаза.

— Доброе утро, Делия, — осторожно начал он.

У Делии отлегло от сердца. Она боялась, что после вчерашнего он вообще не захочет с ней говорить.

— Доброе утро, Тайлер, — ответила она, стараясь улыбнуться как можно беззаботнее.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Наконец Тайлер глубоко вздохнул.

— Еще раз хочу попросить у тебя прощения за то, что я... за то, что случилось вчера. Особенно за то, что я наговорил тебе.