Хранитель мечты - Уильямсон Пенелопа - Страница 125

Арианна бежала через влажный от росы луг, подол ее платья становился все более мокрым и тяжелым, густая трава цеплялась за ноги, и казалось, что она бежит и бежит, не двигаясь с места, как это бывает во сне. И вдруг она поняла, что находится совсем рядом с Рейном. Она бросилась ему на грудь, не обращая внимания на то, как впились в ее тело двойные кольца кольчуги, и через мгновение он уже целовал её так, как умел только он один, — жадно, исступленно, почти жестоко.

— Господи Иисусе, что ты за ребенок, Арианна, — говорил он, отстранив ее и отирая ладонью ее мокрые щеки. — Не плачь, моя маленькая женушка, я вернусь живым.

— Я вовсе не плачу, — прошептала она, хотя за пеленой слез почти не видно было его лица. — И мне совершенно все равно, вернешься ты или нет, нормандец!

Когда она сумела преодолеть слезы, на губах Рейна играла неоспоримо мужская, очень самодовольная усмешка. Он знал, он прекрасно знал, что она лжет.

— Значит, ты бежала за мной чуть не до самой границы, только чтобы сказать это?

— Я забыла кое-что отдать тебе.

Она сунула пальцы за лиф платья и достала скомканный кусок ткани. Рейн взял теплый комок и разгладил его. Это был вымпел для пики, который Арианна сделала тайком от него. На прямоугольнике кроваво-красного шелка, один край которого был вырезан зубчиками, она вышила дракона не нитками, а своими длинными темными волосами.

Рейн ничего не сказал, но улыбнулся той самой улыбкой, сводившей ее с ума, завораживающей и заставляющей кровь быстрее бежать в жилах. Он притянул ее к себе, чтобы еще раз поцеловать таким же долгим, болезненно-жадным поцелуем, полным желания. Когда он начал отстраняться, Арианна вцепилась ему в плечи.

— Рейн, Рейн, я так тебя!... — Она прикусила губу, потрясенная тем, что чуть было не сорвалось с языка. Она поспешно поправилась. — Я так буду тебя ждать! Я буду скучать!

— Я тоже буду скучать по тебе, моя маленькая женушка, — сказал он, поглаживая ее по рукам, плечам, щекам. — Мне пора ехать.

Но он уехал не сразу. Сначала он еще один, последний, раз поцеловал ее и только потом решительно отстранил. Он ни разу не посмотрел на нее, пока садился в седло, не оглянулся и тогда, когда ехал галопом по дороге, догоняя отряд. Он так и исчез из поля ее зрения, не посмотрев назад ни разу, даже мельком.

Вскоре арьергард отряда скрылся в лесу, направляясь на юг, к проливу, за которым король Генрих готовился к очередной маленькой войне. Арианна следила за тем, как фигурки людей становятся все меньше и исчезают из виду. Она так и стояла в росистой траве, отчаянно надеясь, что Рейн все-таки обернется, и зная, что этого не будет. Но в тот момент, когда он должен был вот-вот скрыться окончательно, его левая рука поднялась в прощальном жесте.

Только тогда она побежала назад, в замок. Она пронеслась по двору стрелой, бегом взбежала по крутой лестнице на насыпной холм и так же стремительно пересекла главную залу. Прыгая через две ступеньки за раз, она одолела лестницу, ведущую на самый верх башни.

Здесь, под остроконечной кровлей из дубовой черепицы, лепился круговой балкончик, на котором едва мог уместиться человек. Оттуда была видна дорога там, где она снова появлялась из-под сводов леса. Крохотное пятнышко двигалось по ней — черное пятнышко, быстро исчезающее из виду, вплавляющееся в линию горизонта. Арианна не отрывала от него взгляда до тех пор, пока оно не исчезло совсем.

Она отвернулась от опустевшей дороги, привалившись к краям черепиц с такой силой, что они впились в спину. Она не заметила, как осела на грубые жерди балкона. Глаза жгло, и она потерлась ими о колени, подтянутые к подбородку.

«Почему я не сказала ему? — думала она. — Почему не сказала, что люблю его?»

Но она промолчала, а теперь Рейна не было рядом.