Хранитель мечты - Уильямсон Пенелопа - Страница 118

Ребенок! Так вот почему Рейн не прикасался к ней все это время! Он боялся за ребенка... нет, он боялся за них обоих. Он так и сказал, вот только что!

— Ничто не мешает нам заняться любовью в постели, — заметила она, и счастливая улыбка осветила ее лицо.

— Иисусе! — воскликнул Рейн в отчаянии, отворачиваясь и хватаясь обеими руками за волосы. Когда он снова повернулся, на лице его отражалась мрачная решительность. — Хочу напомнить тебе то, что сказала мать Беатриса...

— Она сказала, что нам надо быть осторожнее. Но я не помню, чтобы речь шла о полном воздержании.

— Шла, не шла — какая разница, — отрезал он. — Я решил воздерживаться, и довольно об этом.

«Этот тип, — подумала Арианна с внезапным раздражением, — ведет себя, как баран, который не хочет заходить в овчарню, и все тут! Ну ладно! Только глупый пастух пытается силой сладить с упрямым животным, а тот, что поумнее, найдет более действенный способ».

— Что ж, милорд, можете воздерживаться, сколько вам угодно, — сказала она. — Тогда я заведу себе любовника.

Она была готова к немедленной вспышке ревности, но обманулась в ожиданиях. Рейн внимательно оглядел ее с головы до ног и поднял одну из угольно-черных бровей. Похоже, услышанное позабавило его.

— А я не намерен давать тебе разрешения на это.

— В вашем разрешении нет необходимости. У нас в Уэльсе, если муж отказывается выполнять супружеские обязанности, жена имеет полное право взять себе любовника. И наоборот, если женщина отвергает законные притязания своего супруга, он вправе завести любовницу. При таких обстоятельствах никому из них не требуется специального разрешения.

— Не знаю, как у вас в Уэльсе, а в этом замке оно точно требуется.

Арианна решила сменить тактику.

— Э-э... милорд, вам известно, что происходит с мужчинами, если они долго обходятся без женщины?

— А тебе, выходит, известно, — Рейн еще выше приподнял бровь.

— Еще бы это не было мне известно! Вспомните, у меня ведь девять братьев. Это я к тому, милорд, что то же самое происходит и с женщинами. Если уж женщина узнала наслаждение, которое способен доставить ей мужчина, впредь она не может долго без него обходиться, и у нее...

— Начинаются боли в паху? — осведомился Рейн с едкой насмешкой. — И к чему же мне быть готовым? Что в один прекрасный день у тебя пена пойдет изо рта?

— По-моему, шутки здесь неуместны, милорд, — сурово заметила Арианна, очень надеясь, что сумеет и дальше притворяться серьезной. — Речь идет о важных вещах, поэтому потрудитесь вести себя соответственно. Было бы нелепо с вашей стороны ожидать, что я буду наносить вред своему здоровью, когда проблема решается так просто. Говорю вам, я заведу любовника.

— Талиазин! — рявкнул Рейн, заставив ее вздрогнуть от неожиданности.

В следующую секунду дверь приоткрылась, и в щель сунулась, мотая оранжевыми прядями, голова.

— Тебе будет все слышно гораздо лучше, если ты просто войдешь и присоединишься к нам, — сказал Рейн на несколько тонов ниже.

— Как вы можете подозревать меня Бог знает в чем, милорд? — упрекнул оруженосец, при этом незаметно подмигнув Арианне. Дверь открылась шире, пропуская его. — Я просто проходил мимо, вот и все. Вы ведь знаете, как много у меня важных дел.

Рейн выслушал его, не перебивая, потом уселся на стол, опираясь ладонями о край и положив вытянутые ноги одну на другую.

— Не сомневаюсь, что, проходя мимо по какому-то из своих важных дел, ты успел кое-что расслышать. То, например, что моя жена намерена взять любовника. Даю тебе задание обеспечить ей такового до конца недели.

Рыжие брови Талиазина поднялись так высоко, что совершенно исчезли под низко нависающей челкой. Он с деловым видом повернулся к Арианне.

— Миледи, будьте любезны уточнить, какой тип мужчин вы предпочитаете? Блондинов или брюнетов? Долговязых или коротышек? Тощих или крепеньких? Мускулистых или изнеженных? Остроумных или недалеких? Красавчиков или...

— К чему ей утомлять себя раздумьями! — со скучающим видом отмахнулся Рейн. — Собери побольше народу, а уж она сама выберет, что нужно. Одно условие: чтобы каждый претендент был хорошо знаком с французскими извращениями. Леди Арианна их просто обожает!

Арианна вспыхнула, но Талиазин невозмутимо отвесил ей поклон.

— Будет исполнено, миледи.

Она проводила оруженосца взглядом и долго смотрела на закрывшуюся дверь, стараясь напустить на себя небрежный вид. Она чувствовала, что взгляд Рейна по-прежнему не оставляет ее. Пропади он пропадом, невозможный тип! Он раскусил ее уловку, он загнал ее в угол, и теперь, как бы ни обернулось дело, она будет выглядеть идиоткой! Оставалось только сохранить хорошую мину при плохой игре.

— Я рада, милорд, что вы проявили рассудительность, столь необходимую для супруга. — Тут она отважилась украдкой бросить на лицо Рейна взгляд — и совершенно напрасно: можно было и без того догадаться, что оно не более выразительно, чем надгробие на могиле бедняка. — Весьма благодарна вам за понимание и великодушие.

— Всегда рад помочь, миледи.

Арианна почувствовала, что еще секунда — и она разразится слезами. Схватив шапочку с вуалью, она нахлобучила ее на распущенные волосы. Вышло криво, но ей было все равно.

— Прошу простить меня, милорд, но придется отложить урок на более позднее время, — сказала она с достоинством. — Я припоминаю, что не отдала распоряжения по поводу... по поводу ужина.

Направляясь к двери, она прошла так близко от мужа, что почти коснулась его. Она не ожидала, но надеялась, что он ее остановит. Разумеется, он и не подумал сделать это. У самого порога она обернулась. Рейн так и оставался в ленивой, небрежной позе, и на губах его играла отвратительная самодовольная улыбка.

— После того как я воспользуюсь услугами любовника в первый раз, я непременно поделюсь с вами впечатлениями. Вы не будете против, если я сравню ваш опыт? Возможно, он познакомит меня с извращениями, о которых вы даже не слышали.

С этими словами она выплыла через дверь, а когда спускалась по лестнице, то удовлетворенно вспоминала, как быстро исчезла с губ мужа его дурацкая ухмылка.