От лжекапитализма к тоталитаризму! - Антонов Михаил Алексеевич - Страница 35

О «революции Рузвельта» писали многие авторы, но при этом не было сказано главное: Рузвельт создал корпоративное (точнее — «полукорпоративное», см. ниже) государство, причём в ряде случаев пошёл на этом пути даже дальше, чем Муссолини в Италии. Государство признало свою ответственность за благосостояние граждан. Но этот величайший переворот в истории США прошёл почти незамеченным, потому что был осуществлён под видом срочных мер по выводу страны из кризиса. А после того, как он стал фактом, ни «правым», ни «левым» было невыгодно поднимать шум по этому поводу. Рузвельт «спас» американский капитализм посредством его уничтожения и замены на «корпоративизм».

Также много пишут о том, что Рузвельт в 1933 году признал СССР и установил дипломатические отношения между нашими странами. Но при этом почти не упоминается о том, что и эта его мера помогла США выйти из кризиса. Ведь в то время, когда Америка переживала Великую депрессию, в СССР развернулись грандиозные работы по индустриализации страны. Львиную долю заказов по поставкам промышленного оборудования получили американские фирмы, промышленные империи Форда и др., а это сотни тысяч рабочих мест и миллиарды долларов прибыли.

Противники обвиняли Рузвельта в том, что он насаждает «ползучий социализм» (и даже «фашизм»), но народ оказал ему неслыханное доверие, четырежды избрав его президентом США, чего не бывало в истории Америки ни до, ни после него. Многие американцы и до сих пор смотрят на него «как на полубога». (Подробнее см.: Иванов С.В. «Война с бедностью» Франклина Делано Рузвельта. Саратов, 1989, а также кандидатские диссертации историков Т.В.Галковой и А.Ф.Колодия.)

Спасение разорённых фермеров

Для помощи оказавшимся в бедственном положении фермерам был принят знаменитый «Закон о реконструкции сельского хозяйства США» (AAA — the Agricultural Adjustment Act). Были предоставлены щедрые компенсации фермерам, пострадавшим от кризиса, особенно тем, которые соглашались добровольно сократить посевные площади и уменьшить поголовье скота. Деньги на это были получены от введения налога на переработчиков сельскохозяйственной продукции, которые получали высокие прибыли. Рузвельт облегчил долговое бремя (ввёл мораторий на взыскание фермерской задолженности) и обеспечил кредитами владельцев домов (в особенности ферм), чем спас их от разорения. В страшную засуху 1934 года фермерам были предоставлены кредиты. Проводилась кампания по переселению фермеров с истощённых земель на новые места, где им предоставлялась возможность приобрести дом и земельный участок. Поощрялось создание производственных, потребительских и сбытовых кооперативов.

Частным компаниям было невыгодно прокладывать линии электропередач в сельскохозяйственные районы с редким населением. В итоге 90 процентов ферм ещё не имели электричества. Рузвельт настоял на принятии закона об электрификации сельского хозяйства. Были построены линии электропередач общей протяжённостью 25 тысяч миль, электрифицированы 110 тысяч ферм.

В итоге начавшегося восстановления промышленности возрождался внутренний рынок для производителей продовольствия. Фермер снова встал на ноги и оставался ключевой фигурой американского агропромышленного комплекса.

В годы войны

Рузвельт не собирался посягать на частную собственность, национализировать средства производства. Он только ввёл в рамки аппетиты монополистов и обеспечил возможность влияния трудящихся на судьбы страны. Поэтому неуклонного подъёма экономики он добиться не мог.

Уже в апреле 1937 года разразился новый экономический кризис, продолжавшийся 14 месяцев. За это время производство в США снизилось на 33 процента. Из кризиса страна вышла к октябрю 1939 года — и опять к выборной кампании. Рузвельт вроде бы не собирался выдвигать свою кандидатуру на третий срок, но нация его потребовала, и он был снова избран президентом США.

В это время в Европе и в Азии уже шла вторая мировая война. Рузвельт знал, что большинство американцев придерживается изоляционистских взглядов, и потому не спешил с принятием решений, которые могли бы вовлечь США в войну. Но он был продолжателем политики Теодора Рузвельта и Вильсона, направленной на превращение США в первую державу мира, чего нельзя было достигнуть, отгородившись от всего происходящего на планете.

А в то время Державой? 1 была высокомерная Великобритания с огромными колониями и мощной для того времени экономикой. Америка же, по мнению англичан, — это страна ковбоев, отгородившихся от всего мира протекционистскими тарифами, взялась за индустриализацию и не смогла — погрузилась в Великую депрессию. Но, оказавшись перед угрозой гитлеровского вторжения, Англия запросила помощи у США, без чего её солдатам пришлось бы встречать немцев чуть ли не с пиками в руках. Допустить победы Германии Рузвельт не мог.

Но и в случае поражения Германии Англия получала шанс закрепить свои позиции мирового лидера. Ведь у её ног в этом случае лежал такой рынок, как вся Европа. Этого тоже нельзя было допустить. Поэтому Рузвельту нужно было оказать всемерную помощь Англии, чтобы не допустить победы немцев, и в то же время привести Британскую империю к краху, превратив её колонии в рынок для американских товаров. Отсюда такая странная эта война союзников: с ленд-лизом, кредитом, с уничтожением отгруженного под этот кредит товара руками немцев, чтобы загнать Англию с её имперскими амбициями в послевоенную долговую кабалу.

Но Рузвельта подталкивала на решительные действия и внутренняя обстановка. Снова надвигался экономический кризис. В 1940 году безработица оказалась даже более высокой, чем в 1933-м. Эти «лишние» рабочие руки надо было чем-то занять.

Когда 22 июня 1941 года Германия напала на СССР, Рузвельт понял, что непосредственная угроза вторжения немцев в Англию миновала. Он понимал, что СССР и Германия при любом исходе будут измотаны войной. Пока следовало оказать помощь Советскому Союзу, но было неизвестно, сколько времени он сможет противостоять натиску немцев. До первого признака перелома ходе войны — победы советских войск под Москвой помощь нам со стороны США была минимальной, а существенной она стала лишь после нашего триумфа под Сталинградом. Правда, слово «существенный» можно понимать и в качественном, и в количественном смыслах. Ленд-лиз количественно действительно рос с ходом войны, но, во-первых, дорого яичко ко Христову дню: до того, как эвакуированная промышленность заработала в полную мощь, даже капля заморской помощи была, как воздух, а во-вторых, хотя по классическим вооружениям советское производство оказалось выше всяческих похвал, по вспомогательным, но важным отраслям (транспорт, связь) СССР был очень плох, и ленд-лизом эти дыры успешно закрывали. Наконец, не стоит забывать про такой «ленд-лиз натурой», как полное прикрытие СССР Америкой с дальневосточного тыла от японцев.

Но скоро и для США мирная жизнь закончилась. 7 декабря 1941 года Япония без объявления войны напала на США. Японская авиация нанесла уничтожающий удар по кораблям Тихоокеанского флота США в бухте Пёрл-Харбор на Гавайских островах. Ею были потоплены пять линкоров, авианосец, три эсминца и другие корабли, жертвами налёта стали десятки тысяч людей. Правда, этот тезис о «внезапности» нападения вызывает большие сомнения. Существует немало свидетельств того, что высшее политическое и военное руководство США знало о готовящемся нападении японцев, но не принимало необходимых мер по защите флота. Якобы внезапное, коварное нападение японцев — лучший повод для вступления США в войну.

Сам Рузвельт не хотел, чтобы США пришлось вести войну на два фронта. К тому же Америка оказалась совершенно не готовой к войне с Японией. Даже в высшем руководстве США боялись, что японцы высадят десант на Тихоокеанском побережье (один из островов у побережья Аляски японцы действительно захватили, а жена Рузвельта хлопотала, чтобы её дети и внуки оказались в глубоком тылу). Военные даже допускали, что агрессоры могут дойти до Чикаго. Только после этого американская армия, по их мнению, смогла бы нанести удар по растянутым коммуникациям противника и остановить его натиск. Видимо, на всякий случай, Рузвельт распорядился, чтобы американцы японского происхождения (а их было более 400 тысяч) были заключены в концентрационные лагери.