Маккой X. Целуй — и прощай! Кокс Дж. X. Безутешная вдова. Пайк P. Л. Побег из Синг-Синга - Маккой Хорас - Страница 109

Казалось, Уэлс окаменел, глаза его остановились.

— Блаунт уже сломался, — спокойно продолжал Кленси, — он хочет любой ценой спасти жену и знает, что моим обещаниям можно доверять, я свое слово сдержу. Конечно, у нее не будет обещанных вами денег, но спасибо и на этом! Во всяком случае, без них она как-нибудь обойдется…

Казалось, адвокат сникает на глазах. Он сразу потускнел и потерял осанку. Кровь отлила от лица, невидящим взглядом он обвел окружающих — и рухнул на пол. Кленси взглянул на бесчувственное тело бывшего блестящего адвоката, потом повернулся к полному ужаса сидевшему перед ним человеку.

— Ну, Блаунт, продолжай, — устало сказал он, — я тебя слушаю. Начнем сначала…

Глава 9

Пятница, 21.05

Метрдотель ресторана «Веккьо-Альпин» пребывал в смущении. Четверо прибывших мужчин были такими разными, что размещение их грозило стать проблемой. Ну, разумеется, с тем элегантным, ладным, с голубыми проницательными глазами, вопросов нет… Но толстый увалень, которому давно пора подстричься… А высокий брюнет с темными глазами, пронзительным взглядом и кричащим галстуком? Не говоря уж о четвертом, прилично одетом, который то ли пьян, то ли слишком взволнован, но едва держится на ногах.

Проблему за него решил инспектор Клейтон, направившись к ближайшему столику, и вся компания за ним.

Покосившись на метрдотеля, который пожал плечами, официант понес им карту вин и меню. Но Клейтон на них даже не взглянул.

— Виски с водой, — бросил он.

— Прекрасно, — поддержал капитан Вайс, — мне то же самое.

— Пива, — коротко буркнул Кленси.

— А мне, — вмешался Кирквуд, — двойное виски. Ни воды, ни льда.

Официант удалился, довольный тем, что его предчувствия оправдались.

Кирквуд повернулся к Кленси, сидевшему по левую руку.

— Ну вы меня и напугали, Кленси. Когда вы заперли меня с Кенливеном и теми двумя, я в самом деле решил, что вы меня во всем подозреваете. Вы понимаете, ведь кабинет мой рядом с кабинетом судьи…

— Знаю, — сказал Кленси. — Но если б я вас в чем-то заподозрил, то только по вашей вине. Я ведь просил вас не ускользать от наших людей, а тут Метью мне говорит, что вы вернулись… Но, значит, выходили и были вне контроля… А именно в это время убили женщину, стреляли в меня и Капровски…

— Я просто уходил обедать, — сказал Кирквуд, — потом, чтобы отвлечься, зашел в кино. И не пытался ускользнуть от наблюдения, просто не мог оставаться один в доме — Ева-то с детьми уже уехала…

— Ну, разумеется, — продолжал Кленси, — потом я узнаю от судьи Кейла, что он готов вас уничтожить в выступлении на радио. Не знаю, вы сочтете это важным или нет…

Кирквуд был ошеломлен.

— Но не могли же вы подумать, что я убью человека только для того, чтоб помешать его нападкам в предвыборной кампании?

— Конечно нет, хотя мотивы преступлений бывают так причудливы… Часто причина преступления кажется важной только тому, кто его совершает. Короче, я все же понял, что вы тут ни при чем.

Официант принес напитки. Чтоб оказать честь Клейтону, а не из уважения к Кленси, тому он принес бутылку «Хайнекена». Весьма довольный этим, Кленси тут же налил себе и собрался выпить, когда инспектор вдруг поднял руку.

— Я полагаю, мы должны выпить за лейтенанта Кленси, — торжественно произнес он.

Все чокнулись, Кленси поблагодарил. Поставив стакан, капитан Вайс сказал:

— Теперь, Кленси, вы нам расскажете об Уэлсе? И почему вы вдруг сказали, что часть награды должна достаться нашему другу Рою?

— Ну, это чтобы ошеломить Уэлса. Но задача была решена благодаря присутствию Роя на Вашингтон-гейтс.

Все недоуменно уставились на него. Широко улыбнувшись, лейтенант оглядел компанию.

— Ладно, начнем с самого начала. Теперь они признались оба, но не попадись Блаунт, Уэлса мы бы все равно загнали в угол. Он был настолько небрежен… — Допив стакан, Кленси закурил.

— Что меня мучило вначале — никак не мог понять, с чего бежать Серверу, которому осталось всего ничего до освобождения. У всех были свои версии, но ни одна мне не казалась убедительной. Но в прошлый вторник, когда я был у Кейла, Уэлс сам предоставил мне единственное подходящее объяснение: Ленни дошел до точки. Что подтвердил и Блаунт, когда сегодня врал про Ленни. Но это не вязалось с тем, что говорила мать Сервера, которая его все время навещала. Ничего подобного не заметил и начальник тюрьмы, а у охранников есть нюх на такие вещи, они всегда предупреждают заранее. Потом я прочитал письма Ленни к Марсии — из них не следовало, что он так уж страдает в тюрьме. — Кленси нахмурился. — И я стал спрашивать себя, а по своей ли воле бежал Ленни? Не утащили ли его силой? И тут как раз убили Марсию, стреляли в Капровски и в меня.

Вначале я чуть было не отказался от версии насчет похищения Ленни, казалось, понял, что могло побудить Сервера к бегству: месть тем, кто его посадил. Я могу поклясться, он не знал о роли Марсии… но выходило, что он знал. Чем больше я об этом думал, тем меньше верил.

Мне непонятно было, откуда Ленни мог узнать, что донесла на него Марсия. Никто не знал, кроме меня, Кейла и Роя. И даже если он узнал, то тут же дал бы знать ребятам из своей банды, а те твердили, что она — человек верный… Уверена в это была и его мать.

— Нет, с этой версией ничего не получалось. — Кленси поднял голову и оглядел всех. — А вот когда в вас стреляли, мне показалось странным, что тип, сидевший за рулем, промахнулся, на улице не было ни души, у него было время разделаться с нами. Потом я начал видеть какие-то кошмары во сне. Но не такие уж бредовые они оказались, и все по этому делу. Видимо, подсознание искало ответы на те вопросы, что я задавал себе днем.

Первое: кто оплатил побег? И мог ли это сделать человек, не связанный напрямую с бежавшими? Ответ я отыскал потому, что непрерывно слышал во сне разговор, записанный на ленту: кто-то велел Марсии отправляться на встречу с Сервером в то место, где они познакомились. Марсия попыталась возражать, но этот тип прервал ее. Я долго пытался понять смысл ее «но», пока не понял — она просто не могла прийти в то место, где они познакомились, по крайней мере не тогда, поскольку познакомились они с Сервером не в Нью-Йорке. И позже это подтвердилось.

Инспектор Клейтон подался вперед.

— Но тут она должна была понять, что звонок не от Ленни. Зачем же выходить на улицу?

— Вот этого мы никогда не узнаем, — признал Кленси. — Но, видимо, она поняла, что ей готовят ловушку и знают ее адрес; возможно, решила уйти из дому, чтобы скрыться.

Но как бы там ни было, это доказывало, что Ленни тут ни при чем и целью было выманить девушку из дому, чтобы уничтожить. И так, как будто это сделал Ленни. Зачем? Затем, чтобы создалось впечатление, что Ленни затевает резню всех тех, кто ему доставил неприятности.

Официант кружил вокруг стола с меню в руках. Клейтон дал знак повторить выпивку, и тот с довольным видом исчез. Кленси продолжил рассказ.

— Тогда-то я и начал ломать голову. Стало ясно, что Ленни подставили. Только мы втроем знали причину ареста, ему же это известно не было. Убийца Марсии знал, но был уверен, что знает и Ленни. Так действовать мог только Джон Уэлс, но это я сообразил гораздо позже.

Узнал он это от судьи, который сообщил про Марсию по ходу дела, совсем не придавая значения. Но я вернулся к первой версии — что Ленни был использован лишь потому, что слышали, как он угрожал когда-то ряду лиц, в том числе и судье Кейлу. Теперь, если Ленни бежал из тюрьмы, и одного из них убили, вина автоматически ложится на Сервера. А если б не было его, с чего бы начали мы следствие?

Итак, следствие по делу об убийстве судьи Кейла. Не будь мы предубеждены насчет Сервера, с чего бы начали? С вопроса, кому выгодна эта смерть. И ответ чрезвычайно прост — Джону Уэлсу, мужу единственной наследницы, который уже заждался. И сразу многое стало понятно, вот только я еще не был уверен, что не ошибся.