Река голубого пламени - Уильямс Тэд - Страница 169

— Возможно, он что-нибудь узнал о нашей Виоле, — предположила миссис Пэнки и одарила Пола обаятельной улыбкой, которая при любых прочих обстоятельствах показалась бы чудовищной и пугающей, но в тот момент всего лишь непонятной. — А что это с вами за ангелочек? Какой очаровательный паренек! Уж конечно, вы нас познакомите…

Пол был в состоянии лишь стискивать руку Гэлли, несмотря на все попытки мальчика освободиться, и смотреть на чету Пэнки. Те в свою очередь оглядели его с головы до ног, явно озадаченные таким поведением, потом коровий взгляд Ундины Пэнки скользнул мимо Пола и уперся в другую приближающуюся пару, зеркальную копию их самих. Она смолкла, не договорив очередную банальность, и ее огромное рыхлое лицо смертельно побледнело. Потом они с мужем быстро переглянулась. На их лицах появилось выражение, которое Пол не смог понять, и парочка, словно придя к молчаливому соглашению, развернулась в разные стороны и скрылась в тенях между колоннами, освободив Полу дорогу к проходу.

— Быстрее! — крикнула сзади Элеанора. — Путь свободен. Куда вы хотите попасть?

Пол потянул Гэлли, но тот не сдвинулся с места.

— Хватит, Джонас, — прошипел сзади Финч. — Не затягивай эту игру; она уже давно перестала быть развлечением.

Пол все еще боролся с Гэлли, который упорно сопротивлялся, охваченный приступом безрассудного страха. Глаза у него были полузакрыты, словно он балансировал на грани припадка.

— Куда? — вопросила Элеанора.

К этому моменту Пол уже почти ничего не соображал. Него сознании мелькали названия американских городов и штатов — экзотические иностранные названия, о которых он мечтал в молодости, но которые могли теперь, смешавшись в кучу, погубить его: Айдахо, Иллинойс, Кеокук, Аттика…

— Итака!

Она кивнула и взялась за висящий на шее изумруд. Сияние прохода затрепетало, как пламя раздуваемого ветром костра. Остановившиеся неподалеку от нее Финч и Маллит сбросили маски. Их истинные лица остались скрытыми в тени под капюшонами, но Пол все же различил поблескивание глаз Финча и кривоватую зубастую ухмылку Маллита. Исходящая от них сила превращала его кости в бумагу.

Когда обе фигуры снова приблизились и оказались на расстоянии вытянутой руки от Элеаноры, Гэлли внезапно пришел в себя.

— Они погубят госпожу! — закричал он и принялся отчаянно вырываться, но уже не сопротивляясь Полу, а чтобы помчаться к женщине, которую считал своим другом. — Они убьют ее!

— Гэлли, не надо!

Пол попытался крепче ухватить руку мальчика — ему казалось, что у него вот-вот оторвутся ногти, — но едва он на мгновение ослабил хватку, как Гэлли вырвался и метнулся к изображению Элеаноры.

— Нет, Цыганенок! — крикнула она, — Они не могут даже…

Мрачная пара шагнула сквозь нее.

— …прикоснуться ко мне, — договорила она с беспомощным отчаянием, — О Цыганенок…

Маллит выбросил широкую бесформенную руку, схватил мальчика и поднял его. Гэлли бессильно забился в могучем кулаке, как угодившая в паутину муха.

Пол остановился. До теплого золотого сияния прохода осталось всего несколько шагов, но ему внезапно показалось, что до него целая миля.

— Отпусти его!

— Конечно, отпустим, — усмехнулся Финч. — Мы ведь искали не мальчишку, он всего лишь один из мелких паразитов в Сети. Сейчас нам нужен ты, Джонас. Так что топай оттуда. Ты пойдешь с нами.

У Пола уже не осталось сил сопротивляться. Все завершилось именно так, как он всегда боялся. Они уведут его во мрак, который хуже смерти. Он взглянул на Элеанору, но та висела на прежнем месте — беспомощный призрак с обмякшим лицом.

— Обещаете отпустить его? — спросил Пол. — Если да, то я пойду с вами.

Финч взглянул на мальчика, извивающегося в руке Маллита, и Пол расслышал в его холодном голосе улыбку.

— Конечно. Он ничто. Таракан из щели. Мелочь пузатая.

Пол с трудом преодолел сковавшее его безразличие.

— Хорошо, — хрипло произнес он и шагнул им навстречу.

— Нет! — завопил Гэлли и лягнул великана Маллита, изо всех сил ударив пятками в его огромный живот и одновременно вцепившись зубами в удерживающую его руку. Маллит удивленно и яростно взревел, потом оторвал мальчика другой рукой и с поразительной силой швырнул его на землю. Пол услышал хруст костей, и наступила жуткая тишина.

Маллит наклонился. Поднял обмякшее тело, встряхнул его, хмыкнул и отшвырнул. Тело мальчика тряпичной куклой скользнуло по каменным плиткам. Мертвое.

— Цыганенок! — Вопль Элеаноры, долгая нота мучительной боли, оборвался, словно обрезанный скальпелем, в то же мгновение, когда ее изображение исчезло. А миг спустя подземелье начало гнуться и деформироваться, прогибаясь внутрь, как будто по нему ударили гигантским кулаком. Финч, Маллит, неподвижное тело Гэлли — вес исчезло, когда огромное помещение рухнуло и поглотило их.

Потрясенный до глубины души, полностью опустошенный и настолько ошеломленный, что он не мог даже зарыдать, Пол повернулся и прыгнул в сияющие врата.

ГЛАВА 31

ГОЛОС ПОТЕРЯВШИХСЯ

СЕТЕПЕРЕДАЧА/НОВОСТИ: Морские фермеры утверждают, что криль не представляет опасности

(изображение: шлюп «Иоганна Б.» устанавливает акустические сети)

ГОЛОС: Морские фермеры в ярости из-за быстро распространяющихся слухов о наличии в выращиваемом криле паразита, якобы вызывающем заболевание под названием «синдром Тандагора».

(изображение: Триполаменти на палубе)

Клементина Триполаменти, глава многонационального «Союза океанских фермеров», подчеркнула, что многие медики уже заявили, что таинственное нервное заболевание под названием «синдром Тандагора» никак не связано с питанием.

ТРИПОЛАМЕНТИ: «Люди могут говорить что угодно. Вы только подумайте. Они называют это „болезнью бешеного криля“, словно в шутку. Мы выращиваем миллионы тонн полезного морского белка, который добавляется в тысячи видов полноценных продуктов питания. А какому-то идиоту достаточно запустить в Сеть идиотскую шутку, и наша жизнь и благополучие оказываются под угрозой…»

Код Дельфи. Начать здесь.

Мне так много нужно рассказать, столько печального, странного и ужасного, что я даже не знаю, с чего начать. Наверное, тот, кто вылавливает эти слова из воздуха, ничего не поймет, пока я не объясню все. У меня сейчас есть немного времени, чтобы этим заняться — со стороны кажется, будто я бормочу себе под нос, — прежде чем безумие начнется вновь. Попробую рассказать о случившемся по порядку, пусть даже это снова приведет меня в отчаяние.

Мы находились среди летающих людей Аэродромии, как мы назвали этот мир. Исчезла девушка, и мы, будучи незнакомцами, оказались под подозрением. Мы подружились с главой одной семьи по имени Разводит Огонь В Воздухе, и когда он пришел за нами, мрачный и в сопровождении вооруженных охранников, я решила, что нас казнят за преступление или принесут в жертву какому-то из местных богов. И почти не ошиблась.

Тюрьма-пещера, в которую нас привели, оказалась не столь приятной, как пещера, которую мы делили вместе с семьей Разводит Огонь В Воздухе. Там было холодно и сыро, а пол загажен пометом птиц и летучих мышей. Кван Ли тихонько рыдала возле костерка. Подобно Флоримель и мне, она все еще носила почти лишенный индивидуальных особенностей сим, чем-то напоминающий женщину-индианку, который она получила после проникновения в Темилюн. Т-четыре-Б, угрюмый и неразговорчивый, складывал и разрушал на полу пещеры кучки камней, совсем как ребенок после школы. Флоримель и Уильям сцепились в очередном споре, и Флоримель, по своему обыкновению, злилась, считая, что мы слишком пассивны в своих действиях. Я ушла в дальний конец пещеры, чтобы их не слушать.

Обитатели Аэродромии действительно подозревали нас в том, что мы имеем какое-то отношение к исчезновению девушки по имени Сияет Как Снег. И нам назначили нечто вроде испытания, которое начнется ранним вечером и выявит нашу вину или невиновность. Когда Разводит Огонь В Воздухе сообщил, что те немногие, кто остается в живых после этого испытания, обычно становятся безумцами, я невольно и с ностальгией вспомнила старый добрый «Кодекс Наполеона». Все мы — и каждый из нас — были жалкими, несчастными и испуганными. И хотя мы не знали наверняка, что можем умереть из-за того, что происходит с нами в этих симуляциях, мы уже знали, что боль может быть очень даже реальной.