Брат мой, враг мой - Уилсон Митчел - Страница 63

– Ну, и хороши же вы! Даже не позвонили, не дали знать, что вы здесь, – спокойно сказал он. Вики почти физически ощущала взгляд его темных глаз на своих волосах, на лице, платье и руках. – Вы изменились.

– Нет, я всё та же.

– Будь вы прежней, вы бы позвонили, как только сошли с поезда. Если б не Карл, я и не знал бы, что вы здесь. С понедельника я четыре раза проходил мимо этой двери и понятия не имел, что вы тут сидите.

– Четыре раза? – переспросила она и добавила: – И вы были одни?

По его быстрому проницательному взгляду Вики догадалась, что выдала себя с головой.

– Один, – сказал Дэви. – Кен и Волрат не питают особой любви друг к другу, поэтому во избежание всяких трений мы с Кеном решили, что он будет продолжать нашу основную работу, а я уж докончу то, что мы тут затеяли. У Кена всё благополучно. – Он умолк, настороженно глядя на неё. – А вы как живете?

– Вы тоже изменились, – внезапно сказала Вики.

– Разве?

– Вы стали как-то увереннее, солиднее.

– Это верно, – просто сказал он. – Мне многое пришлось пережить.

– Хорошего или плохого?

– Того и другого понемножку. – Дэви неожиданно улыбнулся знакомой ей грустной улыбкой, и Вики на мгновенье даже растерялась – чем-то таким близким вдруг повеяло от Дэви, будто она совсем недавно с огромной нежностью думала о нем или о ком-то, очень на него похожем. Вики старалась припомнить, когда и где это было, но не смогла. И всё же она была благодарна ему за то, что он здесь, – при нем ей стало как-то легче, словно он оказывал ей услугу, в которой она отчаянно нуждалась.

Последний раз Дэви обедал с Вики в ресторане Белла в тот вечер, когда она решила уехать из Уикершема, и до сих пор ему никогда не приходило в голову, какими, в сущности, скудными крохами довольствовалась его любовь – ведь чуть ли не с первого дня знакомства он видел только повернутый в сторону профиль Вики, ибо даже во время самых задушевных бесед она всегда говорила и думала о другом человеке. Но сегодня Дэви впервые глядел ей прямо в глаза, чувствуя радостное волнение оттого, что всё её внимание сосредоточено на нем. И только память о том, что вот так же однажды глядела на него Фэн Инкермен, заставляла его держаться настороженно.

Во время обеда Дэви ни разу не заговорил на тему, всё время занимавшую его мысли, но, остановив машину у дома Уоллиса, он повернулся к Вики и сказал:

– Хочу спросить вас прямо – вы всё ещё любите Кена?

– Нет.

– Ответ, я бы сказал, скоропалительный.

– Он был у меня наготове. Я знала, что вы меня об этом спросите.

– Разве это было так очевидно?

– Вы хотели спросить ещё днем, когда вошли в контору, – сказала она. – Я и тогда ответила бы так же.

Дэви положил руку на её запястье; Вики не отодвинулась. Он чуть было не сжал пальцы властным движением, но вспомнил, что однажды точно так же стиснул руку Фэн и та тоже не отодвинулась. Настороженность, глубоко укоренившаяся в его душе, заставила его разжать пальцы. Иронически улыбнувшись, он убрал руку и наклонился, чтобы открыть перед Вики дверцу. Вики удивилась, поняв, что её вежливо отстранили и, секунду помедлив, вышла из машины.

– Спокойной ночи, – сказала она и направилась к дому.

Услышав этот холодный тон, Дэви посмотрел ей вслед.

– Будут ведь ещё и другие ночи, правда? – В голосе его звучала мольба, заглушившая сердитый внутренний протест: «Дурак ты, дурак, зачем ты повторяешь всё сначала!»

– Если вы захотите, – ответила Вики.

– Захочу, – быстро сказал он. – Да, захочу.

Позже, лежа в постели, он вдруг ощутил слабый запах её духов, словно она в темноте только что прошла мимо. Он открыл глаза, но наваждение мучило его до тех пор, пока он не обнаружил, что пахла духами его правая ладонь, лежавшая сегодня на руке Вики.

На следующий день ему незачем было идти на завод Волрата, но, работая в лаборатории, он бегал на каждый телефонный звонок в надежде, что его вызовут на какое-нибудь совещание и у него будет предлог зайти к Вики.

И ни на минуту он не мог отделаться от ощущения, что всё это уже однажды с ним было.

В течение утра он то и дело порывался сказать Кену о приезде Вики, но каждый раз слова застывали у него на языке – он видел перед собой Вики и Кена, замерших в объятии, слышал их ласковый шепот…

Всё-таки в середине дня он сказал Кену о приезде Вики, но тот взглянул на него так странно, что сердце Дэви сжалось от страха.

– По-моему, я тебе говорил об этом, – произнес Кен.

– Нет, ты не говорил, что она здесь. А откуда ты узнал?

– Мне сказала третьего дня Марго. Ты уже видел Вики?

– Да, вчера. Почему же ты молчал, Кен? Должно быть, я выглядел порядочным дураком, когда устроил ей нагоняй за то, что она по приезде не позвонила.

Кен был искренно озадачен.

– А почему, собственно, она должна была звонить? – осведомился он.

Некоторое время спустя Дэви внезапно оторвался от работы и пошел звонить Вики, чтобы назначить встречу с ней на вечер. Пообедав вместе, они поехали к озеру, лежавшему среди холмов в четверти мили от танцевального павильона, который был похож на волшебный шатер, обведенный светящимися точками электрических лампочек. В теплой вечерней тишине приглушенные звуки музыки, которым темнота придавала чистую прозрачность, были полны особого, колдовского очарования.

– Давайте поговорим, – порывисто сказал Дэви. – Мне хочется говорить о вас.

– Дэви, – медленно произнесла Вики, – что вы делали весь этот год?

– Работал, вот и всё. А что?

– Вы сильно изменились.

– Разве? Вот об этом я и хотел поговорить с вами. А вы изменились. Вики?

– Вы же сказали, что да.

– Знаю. Но я имел в виду внешнюю перемену. А сейчас…

– Договаривайте, Дэви.

– Я уже спрашивал вас о Кене, – не сразу произнес он.

– Я вам сказала правду, Дэви.

– Знаю, что вы верите в это, Вики, но в душе – в самой глубине души – вы тоже уверены, что это правда? Или только так говорите?

– Нет, это правда, – твердо сказала она. – Так должно быть.

– Если должно, значит это неправда – во всяком случае, сейчас.

– Ах, не придирайтесь к словам, Дэви.

– Но это так для меня важно. Вики!

– Это верно, Дэви? – тихо спросила она.

– Вы же сами знаете. И из-за Кена я не могу разговаривать с вами так, как я разговаривал бы с любой другой девушкой.

– Но я же сказала вам, что всё прошло. Я понимаю, для вас я – бывшая подружка Кена. Но ведь я-то о себе так не думаю. Мне даже трудно припомнить, что я тогда чувствовала. Неужели я так и не смогу заставить вас поверить этому?

– Хотел бы я, чтоб вы смогли!

– А всё-таки, как бы вы разговаривали, будь на моем месте другая девушка?

Дэви усмехнулся.

– Не могу же я переключиться так сразу.

– Попробуйте!

– Нет, – сказал он, протягивая ей ладонь. – Возьмите мою руку, вот и всё. Подержите. Мне это страшно приятно, Вики. А вам?

– Дэви, мы собирались поговорить!

– Не убирайте руку. Ладно, давайте поговорим. Я расскажу вам, какой я вас вижу.

– Другой девушке вы бы тоже стали об этом рассказывать?

– Нет. Только вам. – Голос его упал почти до шепота. – Вики… взгляните на меня… – Он поцеловал её в губы. – Вики… – снова прошептал он, наслаждаясь звуком её имени.

– Дэви, прошу вас…

– Вы не хотите, чтоб я вас целовал?

– Не знаю…

Дэви посмотрел на неё пытливо и грустно.

– Вот об этом-то я и говорю всё время. Я думал, вы поняли.

– Может быть, – медленно ответила Вики, разглядывая свои руки. – Я не сержусь на то, что вы меня поцеловали, Дэви. Я просто не могу в себе разобраться. Давайте лучше потанцуем.

– Вам вправду хочется танцевать со мной?

Вики не подымала глаз.

– Да, – помедлив, сказала она спокойно. – Мне очень хочется потанцевать с вами.

Они пошли танцевать, и тело её было восхитительно податливым, а молчание – задумчивым. Немного погодя она прижалась лбом к его щеке, и они уже не танцевали, а медленно и ритмично двигались, слегка обнимая друг друга. Казалось, они несут нечто такое хрупкое и прекрасное, что все другие пары должны вежливо и почтительно уступать им дорогу.