Новые надежды для мертвецов - Уилфорд Чарлз - Страница 62

— Господи Иисусе, — пробормотал Хендерсон и, достав из кармана платок, вытер лицо.

— В чем дело? — удивился Браунли.

— Я же утону в этом море бумаг.

— Не утонете. У всякой работы есть свои преимущества, Билл. Теперь тебе не надо будет бегать под палящими лучами солнца по черному гетто и копаться в трупах. Привыкнете, Билл. К тому же, вам по штату положен секретарь. Вы предпочитаете иметь в секретарях мужчину или женщину?

— А зачем мне на службе педераст? — удивился Билл.

— Мужчина-секретарь не обязательно педераст, Билл. При нынешней безработице я могу запросто подыскать тебе в секретари парня с университетским образованием и с ученой степенью.

— Я бы все же предпочел секретаря-женщину.

— Ради Бога. Но если будешь давать объявление о вакансии, ни в коем случае не указывай, что нужна именно женщина. Иначе нас обвинят в дискриминации.

— Понятно, сэр.

— Теперь что касается вас, Хок. Вы с Санчес продолжаете заниматься «висяками». Комната для допросов теперь официально становится вашим рабочим кабинетом. Можете перенести туда большой стол из стеклянного кабинета. Билл, позаботьтесь, чтобы Хока и Эллиту обеспечили всем необходимым. Вопросы есть?

— Должен ли я отчитываться непосредственно перед вами, майор, или мне следует рапортовать Слейтеру?

— Отчитываться будете передо мной. А копии отчетов отныне будете направлять Хендерсону, — сказал майор. — Еще вопросы? Нет? Тогда вы свободны.

Хок с Биллом направились к дверям, но тут Браунли окликнул Мозли:

— Хок, задержись, пожалуйста, на минуту.

Хок вернулся, сел на стул, достал из кармана пачку сигарет, закурил и бросил обгоревшую спичку в пепельницу майора.

— Насколько я понимаю, Хок, — начал майор, — офицер Санчес теперь живет с тобой. Это правда?

— Она снимает у меня комнату, сэр. Но это не означает, что она живет со мной в том смысле, на который вы намекаете. Я живу в своем новом доме с двумя дочками, поэтому не могу, да и не хочу житьс Эллитой, как вы изволили выразиться.

— Я ни на что не намекаю, Хок.

— Еще как намекаете, сэр. Но это ваши проблемы. Я понимаю, что вы ревностный христианин и все такое, но что-то я не слышал о том, что напарникам запрещено жить под одной крышей. На нашей работе совместное проживание никак не скажется.

— Может быть, я немного старомоден, но я не хочу, чтобы вдруг поползли слухи. Люди любят чесать языками, ты же знаешь.

— Вы слишком плохо думаете о людях, майор. Впрочем, лучше вам обсудить эту проблему с Эллитой. Она сама хотела поговорить с вами.

— Понятно. Передай ей, что дверь в мой кабинет для нее всегда открыта. — Браунли встал и протянул руку Хоку: — Спасибо, что зашли.

— До свиданья, сэр, — попрощался с майором Хок и отправился в свой кабинет готовиться к переезду в комнату для допросов.

В это время зазвонил телефон. Это была Эллита.

— Я уже звонила, Хок, но ты был у Браунли. Я только-только освободилась, представляешь? Я была в клинике уже в девять сорок пять, но в кабинет к врачу попала только в половине одиннадцатого. Слава Богу, медсестра сразу взяла у меня банку с мочой, а то пришлось бы расхаживать с ней по всей клинике.

— Что тебе сказал врач, Эллита?

— У меня все нормально. В ближайшие полтора месяца в клинику ходить не надо.

— Отлично. Тогда подъезжай в контору, поможешь мне разобраться со старыми бумагами и прочим хламом. Нас переселяют в комнату для допросов. Навсегда. А вечером я приглашаю тебя вместе с девочками в ресторан.

— И что мы будем праздновать? Переезд в новый кабинет?

— Нет. Биллу Хендерсону присвоили звание коммандера.

— Биллу? А почему не тебе? — спросила Эллита.

— Фортуна — тетка слепая, Эллита, но должно же было и мне когда-то повезти. Это мы сегодня и отпразднуем.