Как жить человеку на планете Земля? - Тор Вик - Страница 2

При этом, чтобы найти и сформулировать адекватные ответы, необходима, я полагаю, новая (старая) синтетическая философия, которая пока в современной России еще не утвердилась. (Об этом я говорю и пишу все последние годы). Эта философия не может быть чистой наукой (как в марксизме), а должна выступать как некий синтез всего знания, накопленного человечеством в течение тысячелетий, – и науки, и религиозно-мифологических представлений, и мистических прозрений, и интуиций искусства. Позволю себе напомнить, в связи с этим, несколько суждений (для меня очевидных), которые в дальнейшем можно еще обсудить. Прежде всего, подчеркну, что в такой философии социум рассматривается как результат интеграции различных уровней бытия: чувственно воспринимаемого мира явлений, мира – умосоздаваемого человеком, а также и мира объективно-трансцендентного, лежащего за пределами нашего опыта. Как известно, только первые два уровня признавались в марксистской философии. Однако, наличие третьего уровня вытекает как из умозаключений разума (экстраполяция идеи эволюционного развития человека и человечества), так и из традиционных верований человечества, что и приводит представителей интеллектуальной элиты человечества к признанию существования трансцендентного существа, способного творить миры (Бог-Творец). И только Творец, похоже, может вести нас на нашем пути, в целом, либо к процветанию, либо к Апокалипсису. Если принять известное утверждение «…Вначале было слово… И слово было у Бога…И слово было Бог.», то само это «слово» Бога возможно трактовать как некий Логос, «который всем управляет» (вспоминаю Гераклита), и даже как «вместилище всех вещей», как сотворенная Вселенная вместе с законами ее эволюции (Филон Александрийский). Причем, похоже, не все зависит и только от Бога-Творца конкретного мира (существуют, похоже, еще более значимые движущие силы бытия). Модель социума и следует рассматривать именно в таком ракурсе. Да таким образом она, как мне кажется, и трактовалась всегда лучшими философами разных времен. И на этом фоне будем искать наилучшие пути совершенствования, – по крайней мере, нам доступные.

Существует немало исторических попыток создания (в теории и на практике) различных идеализированных форм социального бытия на Земле, в которых причудливо переплетались добро и зло, истина и ложь, прекрасное и безобразное, жизнь и смерть, радость и страдания. И не прекращались попытки совершенствования реального социума, хотя и без особого успеха. Поиск ведется главным образом вокруг идей: наиболее рациональных форм экономического и политического устройства общества; учета и формирования при этом глубинных мотивационных морально-нравственных настроений человека (установки марксизма, коммунизма, капитализма, фашизма, религии, теория классовой борьбы и т. д.); оптимального соотнесения светских форм власти, государства и религии; исследование утверждений о какой-либо религии, как единственно истинной и т. п. При этом все желают пока, как правило, максимального продления и оптимизации именно этого, земного, чувственно воспринимаемого бытия (хотя есть религии, его отрицающие, – как наилучшей формы бытия). И, представляется, что в этом есть смысл, раз эта форма бытия существует для человека вполне определенно. Но попробуем продвинуться далее, попробуем углубиться в размышления.

Кстати, может возникнуть вопрос, каков смысл такого рода собраний и обсуждений, если философия, похоже, начинается с сомнения и заканчивается сомнением? Конечно, это способ интеллектуального общения,—м. б. даже, в некотором роде, интеллектуальная игра, – действительно. Но сошлюсь на утверждения Канта по поводу трансцендентальных идей: «они не дают положительного знания, однако служат к упразднению дерзких и сужающих область разума утверждений материализма, натурализма, фатализма». Поэтому, если и говорят, что истина рождается в споре, то, действительно, вряд ли и мы ее найдем в чистом виде. Но достигнуть понимания, что она где-то рядом, – это, на мой взгляд, возможно и м.б. даже необходимо. Так что будем продолжать пытаться разгрести мусор словесных нагромождений на этом пути.

В рамках необходимости формирования общего методологического подхода к обсуждаемой тематике не стоит забывать также, как мы понимаем, учета герменевтических исследований. Вообще-то философское исследование напоминает, на мой взгляд, движение путника по болотистой местности, – идет он по кочкам, перепрыгивая с одной на другую, – но стоит ему приостановиться и задуматься, как тут же он начинает погружаться в пучину сомнений. Чтобы не утопнуть, надо двигаться далее, – с одной кочки перепрыгивать на другую и хранить надежду, что удастся все-таки добраться до твердой почвы. Попробуем и мы вначале зацепиться за исследование важнейшего и первейшего вопроса для нашего исследования, что же есть сам человек, в том числе через исследование различных проблем его существования (что есть его жизнь, что есть его смерть, каково предназначение человека, каковы цели его жизни и, в конечном счете, смысл его жизни)? Начнем с этого, а ведь есть целый спектр и других не менее важных вопросов, о которых придется нам говорить: что значат для человека свобода и необходимость, драма и трагизм жизненных ситуаций, любовь и ненависть, красота и безобразие, добро и зло, пространство и время, философская картина мира, бытие и ничто, Бог, в конечном счете? Всего этого и многого другого придется нам коснуться по ходу дела. Однако, приступим. (Большинство духов, – пока, на время, – дематериализуются, – некоторые остаются).

Часть I

Бытийная сущность человека

Собрание 1. О смысле жизни человека и человечества

(первая попытка трактовки) (Подмосковье, – все там же)

Участвуют:

Виктор—модератор, Эпикур, Локк, Декарт, Спиноза, Камю, св. Августин, Рационалист, Синтетист, Чайна.

Виктор: И все же, предлагаю начать сегодня с важнейшего вопроса, (который рано или поздно возникает перед каждым человеком, независимо от степени развития его интеллекта, определяя, в конечном счете, мотивацию и эффективность его деятельности), о «смысле жизни человека и человечества». Конечно, очевидно, что каждый термин из этого словосочетания может явиться полем бесконечных словопрений. Поэтому в начале обсуждения (хотя бы в первом приближении) будем исходить из интуитивного их понимания, имеющегося у каждого. В дальнейшем, предполагаю, будет происходить уточнение понятий: что есть сам человек, человечество, что есть и какова сущность жизни вообще, как трактовать другие важнейшие философские проблемы. В конце пути исследования, надеюсь, вновь вернемся к этому первому из поставленных вопросов.

Итак, в чем смысл жизни человека и существует ли он? Правомочна ли вообще постановка вопроса о смысле жизни? Все это есть не только вопросы высокой теории, но и в высшей степени практические вопросы, так как предусматривают решение главным образом упомянутой этической проблематики: как должен жить человек на этой земле, чем руководствоваться. Прежде всего, отметим, что существуют две альтернативные точки зрения: 1. Никакого смысла жизни не существует. С этой позицией солидарны скептики, агностики разных времен. 2. Смысл жизни существует, – его действительно ищут и утверждают в различной форме философы (с позиций онтологии, теологии, космологии, гносеологии, психологии). Но конкретный четкий ответ, понятный каждому, как правило, отсутствует. Тогда опять возникает вопрос «так стоит ли искать?» Полезно, на мой взгляд, учитывать в этом отношении великолепную позицию И. Канта. Отвечая на вопрос, – «что человек может знать?», – он вновь и вновь утверждает наличие у человека неких глубинных трансцендентальных идей, – космологической (пример – «антиномии»), психологической (пример – «апории»), теологической (идея «бога»), которые, «хотя и не дают положительного знания, однако, служат к упразднению дерзких и сужающих область разума утверждений материализма, натурализма, фатализма». (Я лично, господа, ощущаю в себе эту энергетику поиска и призываю всех вас следовать по этому пути). Однако, отмечу, что задача предельно усложняется, когда дополнительно накладывается проблема смыслов вербально-грамматических, проблема их истолкования. (Вспомним позднего Л. Витгенштейна: «Язык науки не имеет преимуществ перед языком магии, – значения слов трактуются всего лишь в терминах их употребления, исходя из контекста, а не как отношение к некой реальной сущности»; Ж. Делеза, – трактовку им «логики смысла», как выявление некой пограничной зоны между предложениями и вещами (чего-то вроде «улыбка без кота… пламя без свечи», – чудесные образы его персонажа «Алисы в стране чудес»). Будем иметь в виду и это.