Убийство по-домашнему - Райс Крейг - Страница 100

— Пожалуйста, продолжай!

— Бетти была… была очаровательна. У нее была очень свежая и очень… как бы это сказать?., очень благородная красота. И при этом красивый волнующий голос. Однажды я также видела ее на сцене. — Тон Мариан становился все более деловым. — Она выступала как Бетти Лемоу, но, конечно, это был псевдоним. Никто не знал ее настоящей фамилии, даже после ее смерти это не удалось установить. Однако у нее наверняка была семья, семья со старомодными взглядами, считающая, что лучше умереть, чем позорно выступать на сцене. Это смахивает на рекламный трюк, но в данном случае это была правда, потому что никогда в прессе не было ни малейших упоминаний о семье Бетти Лемоу. — Мариан нахмурилась. — Вероятно, это были люди несостоятельные. Бетти радовалась своим заработкам, как ребенок новой кукле. Она покупала меха, духи, шила наряды у лучших портных, едва ли не прыгала от радости, что она звезда. На ее банковском счету не было ни цента тогда… когда это случилось.

— Кто же в таком случае заплатил выкуп? — спросил Билл Смит.

— Неизвестно. Доставить деньги взялся директор театра, некий Эйбелл, однако деньги были не из его кармана и не из кассы театра.

— Но, очевидно, он знал, кто дал деньги? — спросил Билл.

Мариан кивнула.

— Конечно.

— Эйбелл, — повторил Билл и, вытащив черный блокнотик, записал фамилию. — А имя?

— Его звали Моррис. Моррис Эйбелл, — ответила Мариан.

— Где я мог бы найти его?

— Тебе пришлось бы заняться спиритизмом, — сказала Мариан. — Моррис Эйбелл умер два года назад. Нет, никто его не убивал. Он умер от воспаления аппендикса. Я тоже подозревала, что здесь дело нечисто, но оказалось, что у него давно был хронический аппендицит и он долго тянул с операцией.

Билл Смит спрятал блокнотик в карман.

— Жаль. Кстати, ты написала несколько замечательных статей об этом деле. Я читал их в газетных архивах.

Мариан Карстерс подняла голову.

— Я написала такую замечательную статью, что поплатилась за это потерей места. Я испытывала искреннюю симпатию к Бетти Лемоу. Плакала, когда узнала, что гангстеры прислали ее мертвую, в гробу. Полиция арестовала Фрэнка Райли. Его допросили, но выпустили за недостатком доказательств. Потом власти потеряли интерес к этому делу. Но я не могла забыть! У меня перед глазами стояла Бетти Лемоу, такая, какой я видела ее при жизни. — Мариан Карстерс энергично ударила маленьким кулачком по столешнице. Котята проснулись, жалобно замяукали, повертелись у нее на коленях и снова уснули.

— Продолжай, — тихо сказал Билл Смит.

— Я сама разыскала еще одного подозреваемого и указала на него, — сказала Мариан. — Очень подозрительную роль сыграл мнимый поклонник Бетти, тот, который выманил ее из театра в трагический вечер. Полиция вроде бы разыскивала его, но без особого энтузиазма. Они не нашли этого человека, не было ни точного описания, ни фотографии.

На лестнице Дина и Эйприл обменялись многозначительными взглядами. Фотография существовала, и в настоящий момент она покоилась на дне мешка с грязным бельем.

— Полиция, говорила Мариан, теперь уже очень возбужденная, — с присущей ей тупостью, никогда не смогла найти похитителей-убийц. А я потеряла терпение. Написала статью, обвиняющую полицию в некомпетентности. Я была права! Я сдала в набор эту статью без ведома главного редактора. Ее опубликовали! Но важные персоны из полицейского управления подняли крик и меня уволили из редакции. У вас ко мне имеются еще какие-нибудь вопросы, лейтенант?

— Множество, — ответил он. — Но меня зовут Билл. Ты разве не помнишь? Итак, вопрос первый… Правда, я мог бы узнать об этом, телеграфируя в Нью-Йорк, но ты сэкономишь мне много времени и сил, если ответишь. Что стало с телом Бетти Лемоу?

Мариан с минуту молча смотрела на него.

— Не знаю, — наконец ответила она. — Это одна из загадок дела. После того как полиция обследовала труп, его отправили в похоронное бюро, которое обычно обслуживало актерский мир. Я пошла туда, потому что хотела написать репортаж о похоронах Бетти Лемоу. Но тело исчезло. Его украли.

— Что ты говоришь? — изумился Билл Смит. — Украли труп?

— Да, — подтвердила Мариан. — Его украли из похоронного бюро в Бруклине. Около двух часов ночи подъехал автомобиль, ночного сторожа обезвредили и забрали тело Бетти Лемоу вместе с гробом.

— Но… — начал ошеломленный Билл Смит.

— Полиция замяла все это дело, — гневно перебила его Мариан. — Это была бы сенсация, я бы сумела написать об этом. Но тогда меня уже уволили из редакции по обвинению в превышении служебных полномочий, а все нью-йоркские газеты боялись, как огня, даже малейшего упоминания о Бетти Лемоу. Дело в том, что не только шеф полиции обиделся на прессу, но вдобавок речь шла о молодой актрисе из маленького театрика, а выкуп составлял всего пятнадцать тысяч долларов! На том все дело и кончилось. У тебя ко мне есть еще какие-нибудь вопросы?

— Несколько, — ответил Билл Смит. — Включая следующие. Кто убил Флору Сэнфорд и почему? Тебе есть что сказать на эту тему?

Мариан немного помолчала, прежде чем ответила:

— Нет.

— Фрэнка Райли убили в ее доме, — сказал Билл Смит. — Его застрелили из такого же пистолета, из какого стреляли во Флору Сэнфорд. Но остальное непонятно. Что означает цветок, воткнутый в глаз портрету, предупреждение на лезвии ножа? Почему исчез Уоллес Сэнфорд? Сплошные загадки. Но я должен найти убийцу Флоры Сэнфорд, это моя обязанность. Мариан, ты занималась похищением Бетти Лемоу, это дело несомненно как-то связано с тем. Раньше ты была репортером по уголовным делам, ты хорошо в них разбираешься. Прошу тебя, Мариан, помоги мне!

На лестнице Эйприл ткнула локтем Дину. Дина прищурила один глаз.

— Перед этим мамочка не сможет устоять! — шепнула она.

Однако когда Мариан Карстерс спустя полминуты заговорила, ее голос звучал как-то странно холодно и отстраненно.

— Если бы я знала, — сказала она, — если бы могла узнать, кто убил Флору Сэнфорд, эти сведения я бы оставила при себе. Кто бы ни убил ее, у него были для этого основания. Надеюсь, полиция никогда не найдет виновного.

Билл Смит поставил пустую чашечку и встал.

— Вечно одно и то же заблуждение всех женщин! — воскликнул он. — Вы руководствуетесь сантиментами. Не думаете объективно. Поскольку ты недолюбливала миссис Сэнфорд, тебе хочется, чтобы ее убийца остался безнаказанным.

— Я слишком плохо знала Флору Сэнфорд, — ледяным тоном ответила Мариан, — и поэтому не могла любить или не любить ее. Но я знаю, что это была плохая женщина, она заслужила смерть.

— Закон как с формальной, так и с моральной точки зрения, — таким же ледяным тоном сказал Билл Смит, — не спрашивает, был ли у жертвы убийства благородный характер или нет.

— Ох, оставьте меня в покое с вашим законом! — крикнула Мариан и, взяв котят на руки, встала.

— Извините за то, что зря побеспокоил вас, — сухо сказал Билл Смит.

— Вы вовсе не побеспокоили меня зря, лейтенант, — ответила Мариан. — "Напротив, я с определенным удовлетворением всякий раз снова и снова убеждаюсь в той же самой тупости полиции.

Билл Смит открыл дверь, но на пороге остановился, чтобы сказать:

— Знаете, вчера вечером я прочел одну из ваших книг, кажется, она называется «Убийство в перчатках».

— Мне приятно, что вам понравилась моя книга, — сказала Мариан.

— Она мне вовсе не понравилась. Сентиментальная чушь, полная неточностей. Бред.

Билл Смит хлопнул дверью. Мариан Карстерс подавила в себе вскрик.

Эйприл ткнула локтем сначала Дину, потом Арчи. Все трое тихонько побежали наверх и закрылись в комнате девочек. Через минуту по этой же лестнице поднялась Мариан, все еще с котятами на руках. Ее щеки пылали, глаза необычно блестели. Она захлопнула за собой дверь своей комнаты. Воцарилась тишина.

— Ах, Эйприл! — простонала Дина. — Она расплачется! И это в День Матери!

— Тихо! — сказала Эйприл. — Слушай! Ты что, называешь это плачем?