Шаг в бездну - Муравьев Константин Николаевич - Страница 81

Потом подсветились различные желтые и оранжевые области. Их оказалось всего три.

— Это то, что потребует некоторых изменений при внесении новых параметров в метрическую матрицу. Но определитель и это посчитал полезным. Первое это какой–то полумагический артефакт, который потребует чуть больше времени и ресурсов на преобразование. Это несколько необычное свойство, не знаю кому оно могло понадобиться. Но у тебя оно появилось. С помощью него можно разыскивать работающие порталы.

И он вопросительно посмотрел на меня.

— Ты точно не был магом?

— Нет.

— Ну, это–то только магам нужно, откуда это в тебе?

— Не знаю, — сначала ответил я, а потом вспомнил.

Ведь был какой–то магический имплантант сполотов, который мне внедрили в тело. И рассказал об этом Дааргу.

— Артефакт говоришь. Ну, вообще–то, если определитель посчитал, что он может быть полезен, то значит так это и есть.

И потом продолжил.

— А вот дальше идут два внесенных в тебя два совершенно искусственных изменения. Но и они будут полезны. И с ними при преобразовании могут возникнуть большие проблемы. Артефакт не умеет делать что–то выборочно. Он переводит в метрическую систему все, что может преобразовать. И отрабатывает все за один раз. Как он будет действовать в этом случае, я не знаю, таких существ как ты сюда не попадало. Но артефакт отметил, что и эти, преобразования он выполнит.

— А что это? — заинтересованно спросил я.

Были-у меня кое–какие подозрения.

— Один, — и он задумчиво почесал у себя в затылке, — это некий разветвитель сознаний. Больше тут ничего не написано. Но по схеме этот артефакт растекся чуть ли не по всему моему телу.

"Нейросеть", — догадайся я.

— А второй?

— Вот, — и он отметил на схеме, — в определении сообщается, что это некий метаморфозный преобразователь. Что под этим подразумевается, не имею, не малейшего понятия.

И новая подсветка, и она опять растекается по всему моему телу.

"Это тот нанитный имплантант", — доходит до меня.

Но я тоже не понимаю, как–то все можно встроить на уровень каких–то метрик. Однако практически сразу вспоминаю оборотней. Ведь они используют нечто подобное. А значит как–то это можно сделать.

— А что с остальным? — поинтересовался я.

Так как на модели было еще очень много отметин.

— Остальное. Остальное это то, что преобразовать в принципе невозможно или то что "определитель" посчитал бесполезным.

И он пожал плечами, как бы говоря, что это же вполне очевидно.

— Понял, кивнул, ему я в ответ.

— Ну, тогда начинаем, — сказал Даарг и потянулся к консоли управления артефактом.

В этот момент я кое–что вспоминаю, драгонит не сказал самого главного.

— Постой, — говорю ему я и спрашиваю, — а как все это должно вообще работать–то?

Даарг лыбится во всю свою невозможную пасть и елейным голосом отвечает.

— Как и все в этом мире, и помолчав жестко заканчивает, — через смерть.

Боль, жуткая и раздирающая. И явно вновь в круге. Все сначала. Опять. Но нет. Мир изменился. Я понял это сразу. Но разбираться буду с этим позже. Сейчас нужно добраться до озера, острова посредине него и маленького домика на нем.

— Профессор, — воскликнула Силиция, как только Арош вошёл в мед кабинет, — сюда. Посмотрите на это.

И она указала на медбокс.

— Я не знаю, что происходит и как это случилось, но я все сделала совершенно правильно.

И она рассказала полностью всю историю появления здесь Дима и установки ему нейроимплантант и закачки курсов, а потом и базы знаний.

— Последней, как он, и просил, я активировала ему базу Древних, только я тогда не знала, что это не стандартный учебный курс, пока про это мне не сказала Делая, — и она кивнула в сторону своей подруги.

— Но все прошло успешно, имплантанты начали процесс адаптации, а активация базы знаний прошла успешно, — закончила девушка, и, резко вздрогнув, посмотрела на медбокс, который опять сообщил о смерти пациента.

— Все было сделано правильно, — будто уговаривая себя, сказала тихо она, но даже себе на не верила.

К комплексу подошёл Арош Ценапи, заглянув внутрь. И только тут он заметил, что тот не отключен.

— Что это? Почему он все еще работает?

— И этого я тоже не знаю, — честно ответила девушка, — в соответствии с инструкцией, я отключила комплекс и хотела провести дезактивацию базы, но это не сработало. Он будто сидит на автономном источнике и совершенно не подчиняется внешним командам.

И девушка расстроенно и напугано опять взглянула на новую красную полосу, — мелькнувшую прямо на лице парня.

— Я тоже не встречал ничего подобного и тоже не знаю, что это может значить, — тихо ответил он.

И впервые за всю свою долгую жизнь растерянно посмотрел на стоящую тут же рядом девушку.

— Прости дочка, но я не знаю, как ему помочь.

— Вы ему не поможете, — вдруг раздался детский голос от двери ведущей в помещение, и повторил, — никто не сможет помочь папе, — кроме него самого. Он выбрал страшный и тяжелый путь. Путь вечной смерти.

И маленькая девочка под изумленные взгляды, взрослых, подошла к медицинскому комплексу.

— Но он справится, — тихо добавила она, погладив своей маленькой ладошкой прозрачный экран, за которым виднелось лицо, часто пересекаемое красными, даже багровыми, полосами, — я верю в это.

— Таких людей как он, больше нет, и потому он точно справится, должен справиться. Иначе я его не прощу.

И отвернувшись, она резко пошла в направлении выхода из кабинета.

— Нея, постой, — спохватился Арош, обращаясь, к девочке, — ты о чем говоришь? С чем он справиться? Ты вообще, про что?

Маленькая девочка остановилась и все увидели ее заплаканное лицо и слезы, бегущие из глаз.

— Девочка, ты что? — подбежала к ней Силиция и стала гладить ее по голове, — успокойся маленькая. Что случилось?

И она прижала плачущую девочку к себе. Профессор стоял и ничего не понимал. Он только видел, как тряслись маленькие и худенькие плечи белокурой девочки–оборотня. Потом, медленно подошёл к ней и присев на корточки, аккуратно повернул ее к себе и сказал.

— Расскажи, что происходит с Димом, и мы постараемся ему помочь.

Та вытерла маленькой ладошкой лицо и с какой–то недетской твердостью и серьезностью во взгляде, посмотрела на него в ответ.

— Вы не понимаете, я не знаю, что заставило папу пойти на этот шаг, и, выделяя каждое слово, она повторила, — но теперь никто во всем мире или вселенной не сможет помочь ему.

— Но почему? — удивленно спросил у нее профессор.

Та посмотрела на него и тихо ответила.

— Он стал учеником бога смерти.

И девочка опять — разревелась, не выдержав последних своих слов, уткнувшись своим личиком в грудь Силиции.

А все остальные с удивлением посмотрели на тело в медицинском комплексе, которое опять по всем показателям должно было умереть.

Глава 12. Все ещё неизвестно где…

— Вижу, вернулся, — сказал поджидающий меня в доме Даарг, — Ну входи тогда. Первое свое испытание ты прошёл. Вернее, выдержал полностью.

— А разве это был не приход сюда на остров? — удивился я.

— Нет, конечно, — как само собой разумеющееся ответил мне драгонит, — тогда ты просто добрался сюда. То есть по факту дошёл до того места, где я буду тебя учить. Но все это лишь шелуха. Главным было не это. Следовало понять, сможет ли работать с твоей метрической матрицей артефакт, без этого все дальнейшее обучение было бы бессмысленно. И тогда бы доступ для тебя сюда, на остров, был бы закрыт. А артефакт возрождений не дал бы обрабатывать твою матрицу. И следующая твоя смерть стала бы для тебя последней. Зачем мне и этому необычному миру тратить время на того, кто по определению не подходит для нашего с ним способа обучения.

И он, спокойно посмотрев на меня, пожал плечами. Только тут до меня дошло, в какую большую кучу я наступил, как бы теперь этим всем мне не захлебнуться и это, получается, что еще даже ничего не началось. Так сказать, я только вступительный экзамен и сдал–то еще.