Полигон богов - Тюрин Виктор Иванович - Страница 75

Эта белесая пелена, с одной стороны, была нашим помощником, а с другой стороны, и предателем. Нервы кололо, как иголками. Дышал я через раз. В голове словно стоял знак вопроса: “Заметят или не заметят?”

Наконец мы услышали легкий скрежет. Будто камень трется о камень. Затаив дыхание, я замер.

“Что теперь делать? Из-за тумана ничего не видно. В кого стрелять?”

Но вопрос оказался решенным. Вперед вышел Шах. Присев, он стал копаться в своем мешке. На свет появились деревянная трубка и коробочка. Достав осторожно из коробочки небольшую стрелку, он вставил ее в трубку. Забрав трубку и коробочку, Шах исчез в тумане.

Время опять остановилось. Стоявший перед глазами туман начал действовать мне на нервы. Я уже стал привыкать к мысли, что Шаха убили, когда он вынырнул из тумана. Мягким скользящим шагом подойдя к нам, он тихо сказал:

– Их было трое. Постарайтесь не споткнуться о трупы.

Добравшись до трупов часовых, мы залегли. Спрятаться здесь было невозможно, единственной нашей защитой был туман. Дальше шел маленький обрыв высотой около полутора метров, отделявший нас от скального выступа.

Что теперь будем делать? Прыгать на скальную площадку или сидеть здесь на тропе? Что решит вождь? Кажется, Цезаруса тоже раздирали сомнения. Но погода решила за нас. Поднявшийся ветер стал рвать туман в клочья. Мы прижались к сырой земле, спрятавшись за трупами орков. Вдруг вождь, который до этого не отрывал взгляда от площадки, резко припал к земле.

Повернув голову в нашу сторону, он прошептал:

– Нам необычайно повезло. В разрыве тумана я увидел серых и вождей нелюдей. Там еще кто-то есть, но я не успел рассмотреть. Надо атаковать без промедления. Вместе со своими гномами я нападу на этих тварей, а вы втроем будете удерживать тропу. На шум боя, как я понимаю, придет отряд, стоящий внизу. Бой предстоит нешуточный. Ну как, вы согласны?

– Нет! – сказал как отрезал Ваня. – Я иду с тобой, вождь, а трое гномов-арбалетчиков останутся тут, с ребятами.

– Это больше того, на что я рассчитывал. – В словах Цезаруса я уловил уважение и понимание.

Как военный, вождь знал цену правильного решения в самый ответственный момент боя.

– Тогда пошли! – С этими словами Ваня спрыгнул с обрыва.

В этот момент резкий порыв ветра разорвал белесую пелену тумана. Пробившееся солнце сверкнуло на Ваниных клинках, и живая машина смерти принялась за работу. Когда на выступе поняли, что на них напали, четыре трупа уже лежало у его ног. Вслед за Ваней ссыпались на площадку гномы.

Я прикинул на глаз – тварей на площадке было около двадцати.

“Ох и туго придется ребятам!” – с тревогой подумал я.

Опомнившись, твари набросились на Ваню и гномов. Мечи и топоры скрестились с дубинами.

Вдруг раздался мощный рев, вырвавшийся из глоток тысяч людей и нелюдей. Туман окончательно рассеялся, и мы увидели часть долины, которую не закрывал выступ. Там двинулись друг на друга две большие армии. Армия людей и гномов шла против армии орков. Оторвав взгляд от гигантской панорамы сражения, я снова посмотрел на площадку. Теперь, когда она полностью очистилась от тумана, я увидел шестерых серых, загораживающих коляску с монстром. Это был тот самый урод, которого мы видели в замке казненного графа.

“Что он здесь делает?”

Но додумать эту мысль я не успел, ситуация на площадке сложилась не в нашу пользу. Серые, до этого ничего не предпринимавшие, сейчас гипнотизировали гномов, и те погибали под ударами дубин орков. На площадке уже не осталось бы ни одного живого гнома, если бы не Ваня. Его мечи, со свистом рассекая воздух, с тупым хрустом врезались в тела орков и вновь чертили в ярком свете дня сверкающие круги, чтобы снова упасть на нелюдей. Было ясно: если мы сейчас не поможем, Ване конец.

Я закричал:

– Видите серых?! Стреляйте по ним!

Резко вскочив, мы дали залп. Четверо серых уткнулись в землю. Я кинулся перезаряжать арбалет. Только бы успеть! Но Шах оказался быстрее. Отбросив разряженный арбалет, он схватил свой лук. Тренькнула тетива. Еще один серый, раскинув руки, упал на землю. Последний оставшийся в живых серый слуга сделал большую ошибку, решив перенести свой гипнотизирующий взгляд на нас. За эту ошибку он сразу же поплатился – длинная стрела пробила ему горло. Гномы очнулись, подняли топоры и кинулись в бой. Ване стало полегче, теперь его с двух сторон прикрывали гномы. К этому моменту мы уже перезарядили арбалеты.

Глава 9

ОЗАРЕНИЕ

Меня охватила лихорадка боя.

– Бей зеленых! – закричал я и выстрелил.

Моя стрела пробила лоб орка в тот момент, когда он занес шипастую дубину над головой гнома. Рядом с ним рухнул людоед, хватаясь за пробитую арбалетной стрелой грудь. После наших выстрелов их напор заметно ослаб. Я быстро стал перезаряжать арбалет, но меня окликнул Сорус:

– Миша, по тропе поднимаются орки. Что будем делать?

– Драться! Вы двое с топорами станьте чуть пониже. Мы сверху прикроем вас стрелами, – скомандовал я.

Я бросил мимолетный взгляд на площадку, где Ваня с двумя оставшимися в живых гномами отражал атаки шестерых зеленых. Теперь за Ваню я был спокоен, наступило время позаботиться о себе.

Повернувшись, стал ждать появления первых врагов.

Только сейчас я попробовал разобраться в своих внутренних ощущениях. До этого, за всей этой суматохой боя, мне было просто некогда копаться в себе. Сейчас моя кровь горела, в груди колотилось сердце – так мое тело реагировало на горячку боя. Мой злой, еще не угасший бойцовский запал не давал мне почувствовать страх.

Наступил тот миг, когда кровь пылает от нахлынувших чувств, а из горла рвется боевой клич. Гордость переполняла меня, я сейчас стоял не за спиной своих спутников, а плечом к плечу с ними. В момент наивысшей опасности я был спокоен, хладнокровен и четко мыслил. Даже мысль о том, что здесь может окончиться мой жизненный путь, не вызывала сейчас у меня внутреннего протеста. Сейчас я жил схваткой, мое тело и душа были полностью подчинены этому порыву. Даже тайна могилы, занимавшая мой ум последние пять месяцев, не трогала меня.

Вдруг у меня в голове будто щелкнул выключатель, и вспыхнувший свет озарил догадкой. В жизни человека, может быть не каждого, бывает момент истины. Какое-то прозрение, когда он видит решение, не видимое остальным.

В моей голове молнией пронеслась мысль: “Тележка с уродом-телепатом! Какой же я дурак! Не телепат это, а транслятор. Он только усиливает сигналы, которые ему передают. Сейчас я это проверю”

Резко развернувшись, я оглядел поле боя. Видна была только часть долины, но и этого было достаточно. В конце войска нелюдей ехало десять тележек, окруженных группами серых слуг. Вот оно что! Через этот транслятор сигнал передается тем, кто находится в рядах войска. Так чужая воля гонит орков и людоедов вперед.

“Получи, фашист, гранату!”

Я взял на прицел гигантскую голову и выстрелил. Она разлетелась вдребезги, как перезрелый арбуз. Что было дальше, я уже не видел, меня заставил повернуться к тропе тревожный крик гнома:

– Идут!

Только я развернулся, как на нас уже набегали разъяренные орки и черные горцы. Щелкнули спусковые крючки арбалетов. Двое нелюдей, со стрелами в груди, рухнули на тропу, но это не остановило лавину нападавших. Они с оскаленными пастями и налитыми кровью глазами, перескочив через трупы, ринулись на нас. Гномы сумели только один раз поднять и опустить топоры, как пали под ударами дубин и копий. За это время Шах успел послать две стрелы. Одна попала в глаз горцу, вторая, скользнув по дубине, отлетела в сторону. Я откинул разряженный арбалет и покрепче ухватил свою палицу. Рядом со мной стоял гном с топором, чуть дальше – Шах с метательными ножами.

Зеленые морды с оскаленными клыками были уже в двух шагах от нас, когда за нашими спинами раздался чуть задыхающийся, но спокойный голос Вани:

– Прыгайте на площадку! Я вас прикрою. Мгновенно развернувшись, мы спрыгнули на площадку. Едва успели отскочить в разные стороны, как вслед за нами сверху спрыгнули три черных горца. Остальные задержались на какой-то миг из-за нехватки свободного места внизу. Один против троих. Горцы даже не успели обрадоваться такому выигрышному соотношению.