Сталин. Тайный «Сценарий» начала войны - Верховский Яков - Страница 138

До начала операции «Барбаросса» осталось менее суток. 21 июня 1941, суббота. Румыния, Пьятра-Нямц

В состоянии благодати

Пьятра-Нямц. В яркой зелени утопают Карпаты. По белым валунам весело журчит река Быстрица. Пять веков мирно спят развалины замка молдавского князя Стефана Великого, и не будит их даже празднично звучащий перезвон колоколов.

В это утро в Пьятра-Нямц, в церкви Святого Николая, молится кондукатор Румынии генерал Ион Антонеску. Он просит Бога помочь ему выполнить великую миссию — одержать победу в войне против большевистской России.

Сегодня торжественный день, и Антонеску окружают все самые близкие ему люди. Рядом с ним жена его Мария — женщина, ради которой он бросил свою первую жену — еврейку, мать его единственного умершего сына. Глаза Марии скромно опущены и не выдают бушующие в этой тихой на вид женщине противоестественные страсти. По другую сторону от генерала его близкий друг и однофамилец Михай Антонеску. Лет пять назад Михай, тогда еще совсем молодой тридцатилетний адвокат, спас Иона от скандального обвинения в бигамии. С тех пор, считавшийся красавцем, низкорослый Михай стал, фактически, членом семьи Антонеску и постоянно проживал вместе с ним и Марией. Здесь же, еще один член семьи госпожа Ветурия Гога — вдова Октавиана Го-га, бывшего главы правительства Румынии и идеолога антисемитизма.

Сегодня вся эта странная «семья» — весь этот странный сексуально-политический и криминально-финансовый четырехугольник истово молится Богу…

В стороне от «семьи» так же истово молятся приспешники генерала — главные исполнители будущих массовых кровавых убийств — глава Специальной службы информации Эужен Кристеску и главный инспектор жандармерии генерал Константин Василиу. Престарелый убийца Кристеску уже привел в Пьятра-Нямц Оперативный эшелон. А генерал Василиу уже успел провести в Романе последний инструктаж жандармов, которые вскоре должны будут осуществить «очистку территорий от еврейской заразы».

Пройдет еще три дня, и уже после того, как начнется война, в Пьятра-Нямц прибудет и главный нацистский наставник этой банды убийц — бригадефюрер СС Отто Олендорф. Здесь, в Пьятра-Нямц, Олендорф уточнит все детали сотрудничества германской Эйнзатцгруппе СС с румынским Оперативным эшелоном SSI.

А пока… звонят колокола. Банда убийц молится Богу.

Ион Антонеску счастлив. Адольф Гитлер, фюрер Великой Германии, оказал ему громадное доверие — назначил Верховным главнокомандующим объединенных воинских сил. Генерал не знает, какой приказ получил от Гитлера командующий 11-й армией генерал-полковник фон Шоберт, и гордится тем, что в этой войне фельдмаршалы вермахта будут выполнять приказы… румынского генерала!

Умиротворенный молитвой, в состоянии благодати, Антонеску обращается к своим солдатам и призывает их убивать к умирать:

«Румыны! Сегодня, решив начать Священную войну, перед лицом Бога наших предков, перед лицом Истории и Вечности, я беру на себя ответственность вернуть народу то, что было у него отобрано через унижение и предательство… Отмоем этой же кровью черную страницу, записанную в прошлом году в нашу историю…

Румыны! Я призываю вас на битву! На священную битву за Народ и за Короля! На великую правую битву рядом с великой германской нацией за справедливое будущее человечества…

Солдаты! Вы будете воевать плечом к плечу с самой сильной и победоносной армией мира… Будьте достойны чести, которую дали вам история, армия великого рейха и ее непревзойденный командующий Адольф Гитлер.

Солдаты! Вперед! Воюйте за честь нации! Умрите за землю ваших Отцов и ваших Сыновей! Этого требует Нация, Король и Ваш Генерал! Солдаты! Победа будет за нами! На битву! С Богом, вперед!»

Безбожник и убийца, «Красная собака» Антонеску взывает к Богу!

Завтра утром румынская армия —армия «Чести», «Права» и «Справедливости»— плечом к плечу с Великой германской армией начнет свой кровавый поход на Восток.

До начала операции «Барбаросса» осталось меньше суток. 21 июня 1941, суббота. Франция, Виши

«Внезапно» — завтра на рассвете!

В Москву продолжают поступать донесения о «внезапном» нападении Германии, которое должно состояться завтра на рассвете. Все донесения немедленно передаются в Кремль, хотя, практически, никакого значения они уже не имеют. Одна из радиограмм, переданных Сталину утром, поступила из Франции, от военного атташе и резидента военной разведки генерал-майора Суслопарова: «21 июня 1941 г. Как утверждает наш резидент Жильбер, которому я, разумеется, нисколько не поверил, командование вермахта закончило переброску своих войск на советскую границу и завтра 22 июня 1941 г. Германия внезапно нападет на Советский Союз…»

На оригинале радиограммы сохранилась резолюция Сталина, написанная, почему-то, не синим карандашом, как обычно, а красными чернилами: «Эта информация является английской провокацией. Разузнайте, кто автор этой провокации, и накажите его».

Трудно поверить в существование такой резолюции! Неужели же и сегодня, меньше чем за сутки до нападения, которое, как он прекрасно знал, должно было совершиться на рассвете, Сталин все еще продолжал свою «игру в резолюции», которая, разве что, оставляла потомкам «неопровержимые» доказательства того, что он в нападение «не верил»?

Эта резолюция тем более удивительна, что она касается радиограммы, полученной от генерал-майора Суслопарова, героя Гражданской, члена партии с 1919 г., кавалера многих орденов. Хотя, в данном случае, и Суслопаров проявляет какую-то непонятную осторожность и делает оговорку, что он сообщению «нашего резидента Жильбера нисколько не поверил». Такая оговорка, если она действительно существовала, была, как видно, результатом директивы Голикова, направленной всем военным атташе в марте 1941 г., по которой — «все документы, указывающие на близкое начало войны, должны рассматриваться как фальшивки …»

Установка «фальшивкиapriori» не зависела от надежности источника информации. А источник в данном случае был действительно надежным.

Информация была получена от «нашего резидента Жильбера» —руководителя бельгийско-французской ветви советской разведки, той самой, которую Гейдрих назовет в дальнейшем «Красной Капеллой».

Канадец и уругваец

«Наш резидент Жильбер», он же «Лео», он же «Отто», он же Треппер, был заслан в Брюссель в июле 1938 г.

Леопольд Треппер, тридцатисемилетний еврей, член компартии Палестины, с 1929 г. жил в Москве и, считаясь сотрудником Коминтерна, фактически выполнял задания военной разведки. В Брюсселе задача Треппера, действовавшего под личиной канадского гражданина Адама Миклера, состояла в создании базы изготовления фиктивных документов, необходимых для легализации советских шпионов в зарубежье. После оккупации Бельгии, в 1940 г., Треппер вынужден был перебраться в Париж.

В Брюсселе «канадца» Адама Миклера заменил «уругваец» Винсент Сиерра. Под этой личиной был заслан в Брюссель Анатолий Гуревич, по кличке «Кент». Щупленький Толя Гуревич, выглядевший в свои 27 лет почти подростком, был, на самом деле, уже опытным шпионом. Прибыв в Бельгию, он сразу завел много полезных знакомств и, для прикрытия, организовал коммерческий концерн «Симэско». С помощью богатого чешского еврея и его дочери Маргарет, ставшей впоследствии женой Гуревича, он вошел в контакт с гитлеровцами и сделал «Симэско» одним из главных поставщиков пресловутой «Организации Тодта», в руках которой было сосредоточено снабжение германской армии.

Леопольд Треппер, находившийся в это время в Париже, не занимал никакой должности в «Симэско», но немцам было известно, что канадский бизнесмен Адам Миклер финансирует сделки концерна. Благодаря своим деловым и дружеским связям уругваец «Кент», а с его помощью и канадец «Жильбер», могли систематически направлять в Москву важнейшую экономическую и военную информацию. Связь с Москвой, как и большинство резидентур, они осуществляли через советское посольство, в данном случае, через военного атташе и легального резидента генерал-майора Суслопарова, подписавшего сегодня радиограмму о «внезапном» нападении.