Он еще отомстит - Хиггинс Джек - Страница 17

— Полагаю, вам интересно, почему Моника Грей не вышла на работу. Она передала мне записку для вас.

— Где она сейчас?

— Боюсь, что вам придется в будущем обходиться без нее. — Крейг выпустил в потолок длинную струю дыма. — Да, у нас был очень полезный разговор, в котором она многое мне открыла, а потом я посадил ее в самолет с билетом первого класса и отправил очень далеко, туда, где она может забыть, что знала когда-то человека по имени Макс Вернон.

— Что это такое? — спросил Вернон. — Объявление войны?

— Войны насмерть, — с приятностью ответил Крейг. — Прежде всего я намерен разрушить все, что вы строите, Вернон. А потом, когда буду полностью готов, уничтожу вас.

Стрэттон вдруг сделал быстрый шаг вперед, но Вернон поднял вверх руку:

— Оставайся на месте! — Он медленно оглядел Крейга и покачал головой. — Уже многие пытались, полковник. Многие пытались и делали все, что могли, и кончили они все тем, что разбили себе рожу.

— Но вам все-таки пришлось быстренько убраться из Лондона.

— Только на время. Я снова буду там, наверху, — и теперь этим занимаюсь. И ваш город я тоже приберу к рукам прежде, чем вы что-то успеете сделать.

— Великий Макс Вернон. Всегда берет все, что хочет. — Крейг посмотрел ему в глаза.

— Так и есть.

— Включая мою дочь.

— Включая вашу дочь. Она во всем соглашалась со мной, пока мы были вместе.

И впервые Крейгу изменила железная выдержка, его руки, сжимавшие зонт, дрогнули. Он приподнялся, как бы от удара, но тут же снова овладел собой.

— Благодарю вас, Вернон, что вы это сказали. Теперь вы многое мне облегчили.

И легкая улыбочка Вернона тут же исчезла.

— А знаете что, вы напомнили мне моего старого полковника. Я не мог никогда противостоять ему. Гарри! — позвал он. — Пойди сюда!

Гарри быстро прибежал из другого конца бара, неся оловянную кружку с крышкой.

— Да, мистер Вернон?

Вернон кивнул в сторону Крейга и взял в руки газету:

— Убери его отсюда.

— Конечно, мистер Вернон. — Гарри приподнял занавеску у двери и отошел в сторону. — Ну, двигайтесь, приятель.

— Я пойду, когда сочту нужным, — спокойно ответил Крейг.

Гарри правой рукой схватил его за воротник и провел к двери под смех Стрэттона и Карвера. Как только дверь в переулок распахнулась, Моряк быстренько нырнул за гору ящиков и притаился там.

Гарри все еще широко улыбался, держа Крейга за горло.

— Мы не любим таких типов, которые шляются тут и пристают к клиентам.

Но у него не оказалось возможности сказать что-нибудь еще. Крейг резко ударил его правым локтем под ребра, и Гарри, хватая ртом воздух, забалансировал на одной ноге.

— Не давайте противнику приближаться к себе. И чему только вас учили?

Гарри издал яростный крик и попытался нанести удар правой рукой. Крейг схватил за запястье обеими руками, повернул и поймал его на японский захват. Гарри завопил, а Крейг, не отпуская, бросил его на груду ящиков. Когда Крейг нагнулся, чтобы подобрать зонтик, в дверях показался Вернон, а за ним стояли Карвер и Стрэттон. Крейг коротко кивнул:

— Мы еще увидимся, Вернон. — И быстро удалился.

Наверное, через десять минут после этого на письменном столе Ника Миллера в отделе расследования уголовных преступлений зазвонил телефон. Он тут же поднял трубку и услышал хриплый от многолетнего пьянства и болезней голос:

— Это вы, сержант Миллер? Я Моряк — Моряк Хейген. Звоню из таксофона на Сити-сквер. У меня кое-что есть для вас. Хотите знать?

— Зависит от того, что вам приспичило сообщить, — ответил Миллер.

— О типе, который отобрал у Гарри Фолкнера это самое «Фламинго»! О Максе Верноне.

— Встретимся у фонтана через пять минут! — крикнул сержант в трубку и немедленно вскочил.

Когда Миллер вошел, Вернон находился в главном зале казино и наблюдал за приготовлениями к вечернему открытию.

— Вы можете получить сюда постоянный пропуск, — сказал он Миллеру.

— А вам хорошо было бы прекратить пустую болтовню, — отрезал тот. — Что случилось в «Булл и Белл»?

— Я не имею ни малейшего понятия, о чем вы.

— Дункан Крейг заходил к вам туда не более часа назад. Насколько я понимаю, он грозился убить вас.

Вернон оперся о край стола, на котором стояла рулетка, и тихо рассмеялся:

— Кто-то подшутил над вами, приятель.

— Это серьезно, Вернон, — настаивал Миллер. — Меня не волнует, что будет с вами, меня беспокоит, что произойдет с Дунканом Крейгом.

Вернон пожал плечами:

— Насколько я понимаю, все уже позади и ничего не вернешь. — Он взглянул на часы. — Крейг хоронит свою дочь на кладбище церкви Святой Джеммы в четыре часа. Я послал венок. А что я еще мог сделать?

— И вы это сделали?! — изумленно воскликнул Миллер.

— Надо правильно поступать во всех случаях. — Вернон отвел глаза.

Миллер вынул из карманов руки и сжал кулаки. Одно мгновение, которое показалось ему очень длинным, он боролся с импульсивным желанием вбить ему зубы в его же глотку, а потом он повернулся на каблуках и быстро зашагал к выходу. Вернон тихо рассмеялся за его спиной.

Когда Миллер подъехал к церкви Святой Джеммы, дождь пошел сильнее. Он оставил свой «купер» на главной дороге, вошел в боковую дверь церковной ограды и направился по узкой аллее, обсаженной тополями, к кладбищу.

Пройдя немного, он услышал голос отца Райана, а потом увидел его. Вокруг открытой могилы стояло не более полудюжины человек. Старый священник с непокрытой головой под дождем читал заупокойную молитву.

Миллер сошел с дорожки и стал позади большого мраморного памятника. Немного спустя отец Райан закончил молитву и группа людей распалась. Гарриет Крейг горько заплакала и отошла в сопровождении горничной Дженни. За ними шел отец Райан. Крейг остался один у могилы, и Миллер подошел к нему.

— Война не поможет, — тихо сказал он. — Это не вернет Джоанну.

Крейг резко обернулся к нему:

— Вы что, умеете читать мысли?

— Я знаю, что случилось сегодня во второй половине дня в «Булл и Белл».

— Не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите.

— То же самое мне только что сказал и Вернон, когда я с ним встретился. Но кто-то вывихнул Гарри Парсону плечо и сломал ему нос. Кто бы это мог быть, черт побери? Мистер Никто?

Крейг посмотрел вниз, в могилу.

— Она была чудесным ребенком, сержант. Сколько грез ушло с ней, как дым.

— Вот только жаль… венок тут…

Крейг обернулся и нахмурился:

— Какой еще венок?

— Венок, который прислал Вернон. Одному Богу известно, откуда в нем столько ехидства.

— Рад сообщить вам, что у вас неверные сведения, — ответил полковник. — Мы определенно не получали никакого венка от Макса Вернона.

Дождь пошел еще сильнее, и он поднял воротник.

— А теперь вы должны извинить меня, но Гарриет сегодня неважно себя чувствует. И мне хотелось бы доставить ее домой как можно скорее.

— Конечно. Если я смогу чем-нибудь помочь…

— Не думаю, — коротко улыбнулся Крейг, пожал ему руку и быстро пошел прочь.

Миллер следил за ним, покуда он не скрылся за углом церкви, а потом направился к своей машине.

На следующее утро, уже после десяти, у Макса Вернона был поздний завтрак. Он сидел за маленьким столом возле камина, когда раздался стук в дверь и вошел Карвер.

— Ну что там еще? — раздраженно бросил Вернон.

Не говоря ни слова, Карвер протянул ему очень красивый венок из белых лилий.

— Что это такое, Бога ради?

— Венок, который вы приказали мне купить на похороны той девчонки, Джоанны. Я вчера доставил его куда следует. Привратник только что обнаружил его прибитым к запасной двери в переулке.

— Ну и что теперь? — Вернон швырнул салфетку на стол.

— Но это еще не все, Макс. Вот, было при нем.

Вернон взял небольшую картонную карточку, которую передал ему Карвер, и поднес к свету. В черной рамке значилась короткая надпись: