Восточный фронт (СИ) - Савин Владислав - Страница 78

Что случилось с "Рекордным", достоверно установить так и не удалось. При "разборе полетов" не было исключено, что корабль поразила своя же торпеда — взрыв под килем, переломивший корабль пополам, был не похож на удар "длинного копья" (большего калибра и не имеющего неконтактного взрывателя). Обрубок после отбуксируют в Маоку, но восстанавливать эсминец так и не станут. Потери экипажей на эсминцах были меньше сотни человек (не считая раненых). Тяжелее были потери кораблей — Отряд Легких сил ТОФ фактически перестал существовать.

"Калинин" мог двигаться лишь задним ходом, и не быстрее пяти узлов. Еще были пожары в надстройках, и заклинена третья башня, в экипаже 38 убитых, 95 раненых. Через двое суток крейсер введут в Совгавань, где будет сооружен временный кессон. Кораблю будет суждена еще долгая жизнь, он станет первым на ТОФ ракетным крейсером (фактически, "опытовым судном"), имея на борту ЗРК "Шторм" и "Оса", а также комплекс ПЛО "Метель" (прим — в нашей реальности это было частью реализовано, частью предполагалось, на КР "Ворошилов" — В. С.). Но участие его в событиях Дальневосточной войны 1945 года закончилось, как и для "Разящего", "Рьяного", и японского трофея, получившего после на ТОФ имя "Восходящий". Хотя фотография последнего в советской базе, опубликованная в газетах, послужила причиной очень неприятных моментов для адмиралов Объединенного Флота.

Адмирал Юмашев Иван Степанович останется жив. Но в тот день, едва очнувшись и спросив о ходе сражения, он думал, не будет лучше ли лично для него, если в Москве услышат, что он погиб в этом бою, "мертвые сраму не имут"?

Потому что "Миоко" ушел. И не назад, к Японии — а на север, к прикрываемому порту. Где кроме транспортов остались лишь два старика — "новика". "Ретивый" и "Ревностный" как назло, ушли к Совгавани встречать конвой.

А ведь хорошо в него влепили! Замечены сильные пожары, и под конец стреляли лишь две башни из пяти. Но ни одна торпеда в него не попала, и большинство попаданий были фугасами, а пояс на "Миоко" сто миллиметров, броневая цитадель не пробита, то есть на плаву держится уверенно, и машины не пострадали. Хотя наверняка ослеп и оглох, все локаторы, дальномеры, и даже мачты с антеннами снесло ко всем чертям — да и видно было, что в завершении боя он стреляет без центральной наводки, редко и неточно.

Но ушел он на север, к Маоке.

И проклятый туман все не рассеивался. То есть, авиация пока оставалась вне игры.

Доктор настаивал — Иван Степанович, немедленно на стол! Иначе не доживете.

И последней мыслью адмирала, перед тем, как ему дали наркоз, было:

Интересно, а Лазарев на моем месте мог бы сыграть лучше?

Подполковник Цветаев Максим Петрович, 56–я гвардейская танко — самоходная бригада. Совгавань — Сахалин — Совгавань, 6 — 10 июня 1945..

Хотят ли русские войны? Песня эта мне запомнилась, в Хабаровске из репродуктора услышал. Это ж какая наша советская земля большая — столько ехали, эшелон не стоял почти, а края еще нет!

И верно политработники говорят — на такое богатство, всегда желающие находились, пограбить! Уж сколько мы их закопали, за тысячу лет — а память коротка! Японцы как полвека назад со своих островов вылезли, так сразу от нас и Китая по куску откусили. И еще мечтали — показывали нам на политзанятиях карту, где к западу от Урала все к Германии закрашено, а к востоку, Сибирь вся, к Японии, это самураи с Гитлером еще перед войной договорились, нас поделить. Нет уже "тысячелетнего" Рейха, а япошки, вот они! В двадцатом тут зверствовали, как фашистские каратели, деревни целиком вырезали, партизан наших, как Сергея Лазо, живым сожгли. Ничего — за все после платить приходится, вот мы вас и за то расплатиться заставим сполна. И за Порт — Артур, и за Цусиму (книги, выданные по две штуки на батарею, уже прочли, что еще в дороге делать), и за Лазо, и за других героев, вами убитых!

Война для нас началась как?то буднично. Всем было ясно, зачем нас сюда через всю страну везли, и для чего политработники старались, рассказывая о зверствах японской военщины. Так что ждали с философским спокойствием — уж скорее бы, и чтоб наконец домой. Тем более, что после Одера и Берлина, японцы сильным противником не казались. Я так сначала даже не поверил, когда узнал, что у них основной противотанковый калибр, это 37, а максимальный (и встречающийся так же редко, как у немцев "ахт длинный"), 47! Это как же самураи собирались с нами воевать — после Халхин — Гола и научиться могли бы! Но если дураками оказались — их проблемы!

Вроде бы, намечали нас везти под Владивосток. А завернули из Хабаровска на Совгавань. И дальше, на Сахалин — там под Тойохара, это главный город у японцев, бои намечались жестокие, вот кому?то в голову и пришло, еще наши войска там усилить. Мы же, хоть и считаемся танко — самоходной бригадой прорыва, переформировали нас после Европы, к "святому" полку на СУ-122–54 (штат прежний, в батарее два взвода по две машины плюс одна у комбата, итого двадцать самоходок, четыре батареи, и командирский Т-54) добавили тяжелый танковый полк на КВ-54 (они же в разговоре "Ис первый", тот же Т-54 с шасси, удлиненным на один каток, и та же 122мм пушка, но с круговым обстрелом, как положено танку). Вместо прежней роты автоматчиков — два моторизованных батальона (один на БТР). Еще артиллерийский дивизион (двенадцать 122мм гаубиц), зенитный дивизион (одна батарея зенитных самоходок, и три обычных 37мм автоматов), разведрота, тыловые подразделения. В зависимости от поставленной задачи, могли придаваться минометчики (от дивизиона 120мм до самоходных "тюльпанов"), артиллеристы (дивизион или даже полк СУ-76 или "барбосов"), "катюши", инженерно — саперная рота или взвод (танковый бульдозер, для расчистки дорог). Так что по существу, мы тот же ШИСБр, только еще усиленный броней — инструмент для пробивания долговременной обороны.

Интересно, что будет, когда японцев разобьем? Сказал же товарищ Сталин, что армия нужна, пока капиталисты на земле остаются. Неужели после и с американцами придется? Нет, думаю что это поколение тоже войной сыто, а вот после… Будут ли они помнить, как вместе с нами против фашистского зверя дрались? У них ведь тоже отцы своим детям расскажут! Как в песне той

Спросите тех, кто воевал,

Кто нас на Рейне обнимал.

Если на нас нападут — ну что ж. В ответ, дойдем, если надо, хоть до Гибралтара, хоть до Кейптауна — и в Париже, Лондоне, Вашингтоне, наше Знамя Победы водрузим. Теперь мы силу свою узнали — вся Европа против нас шла, и где теперь та Европа — Еврорейх?

Но только если они нападут. По мне же лучше — если б не было войны.

Точно, в штабе на ходу планы меняли! На транспортах мест не хватило на всю бригаду — сначала только "святой полк" погрузили, ну и по мелочи там — технарей (чтоб все машины были на ходу), разведчиков, взвод связи, и конечно, комендачей (ну куда без них). Погрузили нас на два танко — десантных корабля, ну как корыто большое — и честно признаюсь, стремно было, потопят, так все разом на дно пойдем, не закопаешься тут в землю. Но обошлось, утром 6 июня в Маоку прибыли, разгрузиться успели, разбираемся куда дальше, готовиться к маршу, или остальные подразделения ждать. И тут такое началось!

Капитан 1 ранга, бледный (комендант порта, или начальник вмб?) — говорит, сюда идут японские крейсера, сейчас тут все с землей перемешают, а после спросят с кого? На причалах муравейник, самые ответственные грузы аврально разгружаются, а суда, что в ковш не вместились, отгоняют в залив за косу (говорят, что там если и потопят, мелко, все можно будет достать). А лишних всех вон от берега!

Береговая оборона? А нет ее тут! У японцев вроде батарея была, так ее авианалетом старательно раздолбали. Сейчас про авиацию и говорить бесполезно — небо совсем низкое, тучи над головой, и туман. Ну а артиллерийские части? Так, тащ подполковник, только ваш полк сейчас и есть!