Восточный фронт (СИ) - Савин Владислав - Страница 125

— Активность русской авиации над Хоккайдо сильно напоминает действия немцев над Британией летом сорокового — сказал адмирал Енаи — вот только у нас нет равенства сил в воздухе, как было у англичан. Главными целями русских бомбежек являются наши аэродромы, и потери нашей авиации, как в воздухе, так и на земле, значительно превышают потери противника. Причем у русских явно есть резерв самолетов и хорошо подготовленных пилотов, в отличие от нас. И неограниченные запасы бензина. Еще неделя — полторы таких боев, и наша авиация будет прикована к земле. И мы уже вынуждены посылать в сражение едва обученных летчиков на старых учебных машинах, таких как А5М — фактически, на убой, но считается теоретически, что у каждого из них есть какой?то шанс до своей гибели сбить хоть одного гайдзина. И нет никаких перспектив что?то изменить.

— Капитуляция, это конец Японии! — изрек Тодзио — и мы еще можем сражаться, посмотрите на Окинаву! Когда каждый японец считает своим долгом умереть, убив хоть одного врага. Все поголовно мужчины и юноши взяли в руки оружие, хоть палки и копья, девушки организовали санитарные "отряды лилий", а те, кто неспособен даже трудиться на строительстве оборонительных сооружений, добровольно ушли в горы, чтобы не отнимать продовольственные пайки у солдат. Так и в Метрополии — все лишние должны убраться из городов, и самим заботиться о своем прокормлении. Что до горючего, что я слышал, ученые предложили делать его из смолы и корней сосен? А самолеты могут на нем летать? То, что я предлагаю, может испугать недостойных — но я взываю к уму собравшихся: кто может гарантировать, что под оккупацией нам будет лучше?

Повисло молчание. И нарушил его — Император.

— Никто на гарантирует — сказал он — но это единственный шанс выжить Японии. А продолжение войны — ни одного. Я приказываю отдать по Армии и Флоту соответствующий приказ. И завтра сам скажу это по радио, войскам и народу страны Ямато.

Никто не посмел явно и вслух выступить против Божественной Воли. Но Тодзио подумал — что может до завтра произойти. И ведь даже Высшую Волю — можно разъяснить и уточнить?

Из телеграммы командующего японскими войсками в Китае: "…Судьба императорской Японии решается сейчас, несмотря на успешное наступление противника и трудности внутри страны. Вся армия готова с честью погибнуть в бою, но добиться достижения победы этой осенью".

Сообщение от маршала Тэраути, командующего войсками в Юго — Восточной Азии: "…Южный фронт… считает необходимым дать отрицательный ответ на предложения противника и, мобилизовав все силы народа, решительно продолжать священную войну".

И пушки продолжали стрелять.

Лазарев Михаил Петрович, командующий ТОФ.

Снился мне снова мой ночной гость. Ничего на этот раз не сказал, лишь мерзко ухмылялся. Пожалуй, как в Москву вернусь, то в госпиталь загляну, может эскулапы помогут? А здесь придется молчать, как партизану — хоть и врачебная тайна, но не дай бог, слухи пойдут, что комфлота немножко не в себе, чертей гоняет?

Нет тебя, рогатый, ясно! Ты всего лишь плод моего воображения, попал в мозг как вирус в компьютер. А сознание уже услужливо тебя подсовывает, иллюстрацией к всяким мыслям. Как сейчас — когда прикинул я, а что каких дров наломали мы тут, на Дальнем Востоке? Ради чего воевали?!

Побочным результатом нашего появления здесь, был Еврорейх — и активность немцев на удаленных театрах военных действий, как Африка, Египет, Испания, Гибралтар. Что вызвало ответную реакцию и англо — американцев. В итоге, их давление на Японию несколько ослабло (прим. — о том см. предыдущие книги цикла — В. С.) — и положение самураев в измененной истории было несколько лучше, чем в августе того сорок пятого. И Бомбы у янки пока еще нет (хотя Хиросиму сожгли не хуже, обычной бомбардировкой). Но существенным оказалось, что если в там Хирохито декларировал капитуляцию уже 18 августа, через одиннадцать дней, что сильно подорвало у японцев желание сопротивляться — то здесь он сделал это через месяц после начала войны (при том, что я уже сказал, японцы были еще биты союзниками не так сильно — напротив, тут они еще и в Индии успели повоевать!). В итоге же, если там нам в плен сдались полмиллиона, большая часть Квантунской армии — то здесь, судя по ходу боев в Маньчжурии, число убитых японцев в разы превышает количество пленных! И неизвестно еще, какие наши потери на суше — не дай бог, окажутся такими же или больше!

А еще тут, отчасти моими стараниями, весьма активно воевал Тихоокеанский флот, в той истории так и простоявший всю войну в базах, за минными полями и под прикрытием береговых батарей. Всего же им потоплено:

Японских авианосцев — пять штук ("Тайхо", "Унрю", "Кацураги", "Дзуньо", "Чийода").

Линкоров — четыре ("Ямато", "Нагато", "Исе", "Хиуга").

Тяжелых крейсеров — четыре ("Миоко", "Хагуро", "Асигара", "Тоне").

Легких крейсеров — три ("Китаками", "Яхаги", "Исудзу")

Эсминцев — тут сосчитать сложнее. И по качеству (большие эсминцы ПВО "Акицуки", это скорее "полукрейсера" по размерам, с другой же стороны "эскортные эсминцы" по виду, особенно с высоты, от обычных "флотских", например тип "Кагеро", отличить сложно). Так что валим в одну кучу — возле Маоки, шесть штук. Возле корейского побережья, четыре. Из тех, кто в двух "цусимах", северной и южной, почти никто не вернулся домой — семнадцать побед у Курил насчитали, там и по отделившейся после потопления "Читозе" и "Исе" эскадре хорошо наши летчики поработали. И двадцать четыре малых корабля потопили в Японском море. Итого — пятьдесят один, эсминцы, эскортники, миноносцы — все вместе.

Минные заградители, или плавбазы спецпостройки (их на вид различить сложно) — три штуки, два потоплены авиацией, один на счету лодки Н-9. Сторожевики, тральщики (тоже в одну кучу) — тридцать четыре штуки. Транспорта — двадцать девять штук. Подводные лодки — пять штук.

И (смейся, рогатый!) подавляющая часть команд или утопла, или у нас в плену. Организованно — никто в Японию не вернулся, на палубы новых кораблей против нас не встанет! Ну если только одиночки, кому повезло. Три с гаком тысячи мы выловили, двадцать, по самым скромным подсчетам, утонуло.

Если считать что в той истории победы ТОФ за месяц войны можно по пальцам сосчитать (и как бы не одной руки), то впечатляет!

У нас погиб крейсер "Каганович". И эсминец "Резвый". А "Разящий", "Рьяный", "Рекордный" получили тяжелые повреждения. Зато один из японцев, кого я сосчитал у Маоки, не затонул, а достался нам (а вот назло самураям, восстановим, и назовем "Восходящим"). Погибли подводные лодки Щ-139, Щ-108, М-3, М-7 (про первые три я рассказывал, а четвертая пропала без вести, была в завесе у корейского берега, на связь не выходит, срок автономности вышел). И шесть торпедных катеров. Людские потери 1107 человек, список мне представили поименно. В той истории флот таких потерь не имел.

И что в итоге, за что воевали? Сахалин и Курилы — наши все. Дело вышло более быстрым, но и более кровавым, поскольку японцы не капитулировали, а в подавляющем большинстве были просто перебиты. И боюсь, как бы и тут общий счет наших потерь не сравнялся бы с тем, что там. Хотя в той истории лишь при штурме Симушира у нас числилось по разным источникам, от четырехсот до девятисот убитыми — здесь же, по данному мне списку, наших там погибло 187 человек (считая всех — и морскую пехоту, и мотострелков, и пилотов, и из экипажей кораблей). А сколько легло, освобождая от самураев остальную Курильскую гряду — ведомость еще не представили. Считая что у японцев там были две пехотные дивизии полного состава и танковый полк, больше тридцати тысяч солдат — и никто в Японию не сбежал!