Синтетик-3 (СИ) - Половинкин Анатолий Евгеньевич - Страница 58

- Это надо выяснить, - задумчиво качнул головой Макдагерт. - Так или иначе, но мы должны избегать возможности спровоцировать их на агрессию. Только конфликта нам не хватало.

Доктор был прав. Они были одни, вдали от Земли, и рассчитывать им можно было только на самих себя. Если на корабле произойдет бунт, то надеяться было не на кого.

Чак Фрэдериксон в раздражении ходил по коридору, и время от времени ударял кулаком по стене. Сцена с Лео, тот факт, что синтетик позволил себя избить, отнюдь не успокоили его. Ярость вновь вернулась к нему. Остальные пятеро смотрели на него, но выглядели более спокойно.

- Ты чего так нервничаешь? - спросил Гарольд Холл, наблюдая за пилотом. Тот устремил на него свой взгляд.

- Меня раздражает этот машинный библейский бред! - воскликнул он.

- Меня тоже.

- Да нас всех это раздражает, - подхватила Ким. - Но что мы можем сделать?

- А эти штуки, за каким... их нам сюда подсунули? Ты понимаешь, что мы у них в руках?

- У кого в руках? - не понял Бад Рихтер.

- У этих самых синтетиков. Вы хотя бы осознаете, к чему ведут их слащавые речи?

Честно говоря, Рихтер этого не представлял. Все, что он чувствовал и понимал, это то, что библейское учение о Боге ему претило. Оно было ему не приемлемо, его нутро не принимало его и отвергало. Но это было все.

- К чему? - спросил он.

- К тому, что они хотят сделать из нас, людей, своих рабов. Это убаюкивание, проповеди о том, что мы должны себя хорошо вести, и довольствоваться тем, что имеем, во всем слушаться их, синтетиков. Разве это не очевидно? Они метят в духовные лидеры, строят из себя каких-то пророков. И все это для того, чтобы подчинить нас своей воле.

- Я так не думаю, - покачал головой Ральф Коллинз. - Во всяком случае, мне так не показалось.

- А ты раскрой глаза, и посмотри на происходящее. Посмотри, как эти шестеро слушают их. С каким упоением, в каком экстазе. Это же настоящее зомбирование. Они уже наполовину находятся под гипнозом, а что будет дальше.

- И что же будет дальше? - спросил Бад Рихтер. Честно говоря, он начал подозревать, что капитан был прав, и у Чака начинается паранойя.

- Дальше будет то, что нас используют в качестве дешевой рабочей силы. Вы понимаете, что мы отсюда уже никуда не улетим?

Последняя фраза была совершенно неожиданной для всех присутствующих. К чему клонил пилот, что он хотел сказать?

- Что ты имеешь в виду? - спросил Гарольд Холл.

- А разве это не очевидно? Венера станет нашей могилой. У нас нет связи с Землей. Любую передачу перехватывает Главный Компьютер. Он передает только то, что нужно ему. Под его контролем находится весь корабль. И, наконец, репликаторы, эти нанороботы.

- А они-то здесь при чем? - не выдержал Коллинз.

- Ты сам разве не понимаешь? Взгляни за иллюминатор, что ты там видишь? Станцию, которая строится при помощи этой технологии. И строится она не для людей, а для машин. И контролировать будут этот процесс отнюдь не ты с Перри, а синтетики. Теперь ты понимаешь?

Однако Коллинз по-прежнему не понимал. Какая связь между синтетиками, репликаторами и Библией? Фрэдериксон понял по лицу нанотехнолога, что до него не доходит смысл сказанного.

- Венера будет центром новой цивилизации, цивилизации машин. А Библия нужна для того, чтобы усыпить наше внимание, сделать из нас послушных рабов. Она подавляет волю человека, и отключает у него способности думать.

- По-моему, ты перегибаешь палку, - сказал Рихтер. - Это уже действительно похоже на паранойю.

- Ничего подобного, - парировал Чак. - Вспомни историю. Все мировые злодеяния происходили под прикрытием Бога и Библии. А что из этого выходило? Всегда одна категория людей приходила к власти, господствуя над всем остальным человечеством, которое превращалось в послушный скот, слепо идущий за своим пастухом на бойню. И почти всегда в качестве пряника была сказочка о загробном рае, неважно, базировалось ли учение на Библии, на Коране или Талмуде. Всегда исход был один.

Слова Фрэдериксона заставили всех задуматься. Теперь они уже смотрели на происходящее совсем по-другому. Положение вещей несколько поменялось в их представлении. И Чак, видя, что сумел произвести желаемый эффект, решил закрепить свою позицию.

- Мы сегодня говорили с капитаном, и видели, что он полностью находится под влиянием синтетиков, под их очарованием. Они промыли ему мозги, и теперь он готов во всем их слушаться.

- Не знаю, - буркнул Ральф Коллинз. - Мне все это кажется слишком уж притянутым за уши.

- Ты просто не хочешь признавать, что нас может погубить твоя работа, твои репликаторы.

Коллинз промолчал, его глаза хмуро смотрели из-под нависших бровей.

- А как же тот факт, что Лео позволил тебе сорвать на себе гнев? - спросил Рихтер. - Разве это не свидетельствует о том, что ты ошибаешься?

- Нет, ни в малой степени не свидетельствует.

- Я все же не понимаю.

- Лео всего лишь показал нам нашу собственную беспомощность. Он дал понять нам, что мы не способны причинить им ни малейшего вреда. Даже если бы захотели. Понимаешь? Не свое послушание, не свою безобидность он продемонстрировал, а дал нам возможность убедиться, что мы в их полном подчинении, доказал нам нашу полную беспомощность.

Воцарилось молчание. В том, что говорил Чак, было зерно истины. Но насколько он был прав, что если это всего лишь предположение, основанное на заблуждении?

- И что мы должны делать? - спросил Гарольд Холл.

- Ничего. Пока ничего. Но мы должны быть настороже, и не доверять тем шестерым, которые находятся под очарованием синтетиков.

- И даже капитану?

- Да, и даже капитану. - Фрэдериксон подумал. - Ему, может быть, даже в первую очередь.

- А как насчет нашей работы? Как насчет станции? - спросил Коллинз. - Процесс уже запущен, и мы не сможем остановить репликаторов.

Чак пожал плечами.

- Ну и что? Главное, что эти репликаторы снаружи, а не внутри корабля. Мы должны продолжать делать то, что делаем, а иначе они решат, что мы затеваем бунт, и тогда синтетики нас просто уничтожат. Может быть, попробуют это сделать руками самих людей.

Страшную картину нарисовал Чак Фрэдериксон. Конечно, в его версии было множество пробелов, многое шито белыми нитками, но, кто знает, может быть, в этом и была доля истины. Что если он и в самом деле прав?

- У нас есть какое-нибудь оружие? Можем мы чем-нибудь себя защитить в чрезвычайной ситуации? - спросила Ким.

- На борту имеются два пистолета, - отозвался Рихтер. - Один у меня, другой у капитана.

- М-да, пистолетами против синтетиков много не навоюешь.

- Есть еще лазерная пушка, в носовой части корабля.

Холл ухмыльнулся.

- Замечательно, но мы не можем рассчитывать на то, что все четыре синтетика встанут перед ней, и будут ждать, когда мы нажмем на спусковой крючок.

Рихтер поразмыслил.

- Вот что, так все обстоит или же иначе, но мы не должны показывать враждебности. Пусть думают, что мы ни о чем не догадываемся.

- А ты уверен, что синтетики уже не знают обо всем? - спросил Фрэдериксон. - Ты уверен, что на корабле нет подслушивающих устройств?

В этом никакой уверенности не было, но изменить все равно ничего было нельзя.

Утром следующего дня, выглянув за иллюминатор, космонавты увидели, что на месте строительства появились стены метровой высоты. Они выглядели ровными, словно невидимый нож аккуратно срезал здание, оставив лишь часть стены. Или же напротив, строители бросили свою работу, аккуратно выровняв строящееся здание по всему периметру.

Только стены были не кирпичные, и их нельзя было выложить. Отсюда, с борта корабля, они выглядели как железные или выполненные из какого-то сплава.

Люк "Ориона" открылся, и два человека направились к станции. Это были Сид Перри и Ральф Коллинз. Не в силах поверить своим глазам, Перри провел рукой по стене.