Идущая - Капшина Мария - Страница 64

— Привычка наверное, — заулыбалась Реана, подбирая ножны, убирая меч и опоясываясь.

— Я вот думал, — неспешно говорил хвостатый, поглаживая бороду, — что ясно, ежели махать мечом пойдет девка страшная, как ведьма, а ты вон — и лицо у тебя тоже ничего, куда хуже бывает, а так собой ты статная. Тебе воевать на что?

— А по-моему наоборот, — пожала плечами Реана. — Страшная и без меча любого отпугнет, а остальным по всякому выпутываться приходится.

Её собеседник гулко захохотал, а потом протянул руку:

— Ну, волей Вечных, будем знакомы. Я Аэрре, помощник капитана.

— Реана.

— Это кто ж тебя бродягой обозвал? Меч вон у тебя прямо императорский!

Комплимент этот Реане удовольствия не доставил, потому что она предпочла бы пореже вспоминать, кому меч принадлежал исторически. Но кривиться не стала, а отреагировала на первую часть реплики Аэрре:

— Сама я и обозвала, — она пожала плечами. — А ты ещё что-то хотел, или только проверить, насколько крепко я сплю?

— Да тут скоро ужин будет, так ежели ты к нам присоединишься, гнать тебя не станут.

— Отлично! Это приглашение? — лукаво улыбнулась Реана.

— Наоборот. Не смей приставать к ребятам!

— Ужас какой! А я как раз было обрадовалась: столько ребят — приставай — не хочу!..

— Я так гляжу, они сами раньше приставать начнут.

— Ничего, отобьюсь, — снова рассмеялась Реана. — Так где, ты говоришь, ужин?

— С четверть часа ещё погоди, — сказал Аэрре. — Вот там и увидимся.

Он удалился — насколько это вообще возможно на палубе длиной в двадцать пять метров, а Реана подошла к борту, облокотилась на перила. Мимо тёк берег Арна, заснеженный и безлюдный. Что-то скреблось на душе, девушка изловила и препарировала скребуна — и обнаружила, что её задело, оказывается, замечание Аэрре: рожи, значит, бывают и хуже? Вот спасибо, обнадёжил. Все же как-то привычно считать себя очень даже симпатичной, а тут… Уж сами такие, блин, красавцы все: бледные поганки! А особенно модницы местные: ещё и мукой усыпаны!

Стоп. Загорелых тут нет, а у меня загар хоть и поблек с лета очень даже, но ещё вполне заметен, да и без него кожа не слишком светлая… В этом незагорелом мире и то, и другое, должно бросаться в глаза. К тому же, привычка определяет моду… И если красивыми считаются здешние рахитичные бледняжки, то я им должна казаться не менее страшненькой, чем они мне! Брр! И как они до сих пор не поразбежались от такого ужаса куда подальше?

Впрочем… Реана улыбнулась, оборачиваясь к западу. Себе она нравилась. И ещё один человек всё-таки её рожу страшной не считает. А остальные сами дураки.

А потом она немного подкисла. Как-никак, но ведь даже попрощаться не успели! Увидимся ли ещё? В любом случае, не скоро… Хотя… Разве что-то несказанным осталось? Какой бы смысл был в прощании? А к тому же… На каком максимальном расстоянии можно общаться телепатически?

Реана с трудом подавила искушение завопить во весь мысленный голос: "Раир!!!" Она сообразила, что не удосужилась пока проверить, насколько направленны её телепатические реплики. Не будет ли её вопль слышен не только Раиру, но и над всей Центральной равниной, любому, кто умеет слышать?

Она отложила сомнительные эксперименты на неопределенное потом и задумалась, глядя в спешащую на запад воду. Улыбнулась. Опять плывём против течения. Ну зачем было убеждать Раира, что дальше им не по пути? Какая разница, что, логически рассуждая, так всё на самом деле и обстоит? Можно подумать, она так уж часто поступает логично. И уж в таком-то деле какая может быть логика?!

А, что толку. Да, при мысли о том, что не увидит его, может быть, несколько месяцев, Реана начинала скучать по нему уже сейчас, через каких-то пять часов после расставания. Мысль о том, что они могут не увидеться больше, девушка упорно отгоняла. До конца отведенного ей срока ещё было время.

"Мы увидимся. Обязательно ещё встретимся, я обещаю! — заверила она западный край неба. — Только вот когда теперь встретимся…"

Если бы она увидела сейчас Раира, она бы кинулась к нему на шею, не обращая внимания ни на кого и ни на что, и счастлива была бы… ох, до чего была бы счастлива! Но все же не хотела этого. Потому что… потому что это было бы неправильно. Раир… Она улыбнулась мечтательно. Самый безумный роман в её и без того нескучной жизни… И расстались, только-только всё началось!

Ну и пусть. Что ж поделаешь, если ей со своей шизофренией надо в Арнер, а ему со своим наследством надо в Торен. Какая разница, где он и сколько недель пути их разделяют? Главное, что он есть!..

Ветер, мокрый и пушистый, ткнулся носом в щёку Реане, она, тихонько засмеявшись, убрала волосы с глаз и подумала, что давно пора привести голову в порядок. Ветер тем временем порыскал по кораблю и, виляя хвостом, принес Реане запах жареного мяса. В животе с энтузиазмом заурчало, и девушка, справедливо рассудив, что это пахнет ужином, куда её даже приглашали, — и отправилась на запах вместо косметических (от слова "космы"?) процедур. Причёска пока и так сойдет, а вот ужин ждать не будет — там и без пассажирки найдётся, кому поработать челюстями.

Вот челюсти и работали вовсю. Реана нашла глазами Аэрре и направилась к нему, как к единственному (кроме Толлы) знакомому. По дороге она удивилась: в пестрой команде "Дара Килре" одежда была самой разной, но кроме неопрятности одно было общим: наличие головных уборов. В виде широких конусов, с полями и козырьками (больше всего первых)… Ни один не догадался перед едой снять.

Настроение у Реаны было отменное, и шутками она сыпала напропалую. Ну, пару раз забывалась и выдавала приколы или слишком абстрактные, или слишком нездешние, но в целом её выступление имело успех, и к концу ужина гостья органично влилась в коллектив. Аэрре гордо радовался за девушку, которую явно вознамерился опекать.

Погода была отличная, ветер дул исключительно в нужную сторону и с хорошей скоростью, лишней работой Толла команду не перегружал, а Реану несло. Под конец она поспорила, что, имея два ножа, побьет щитовика с секирой, выиграла спор (без единой царапины как на себе, так и на противнике) и два отличных боевых ножа. После чего, довольная продуктивным рабочим днём, ушла спать, пожелав всем спокойной ночи.

Завтра она проснулась с рассветом, привела в порядок волосы, поскучала часа три до завтрака, потрепалась с Аэрре и ещё двумя ребятами (одного звали Оилё, другого Воиза, сходства между ними не было никакого, но соотнести имена с лицами Реане удалось почему-то лишь минут через сорок беседы), потом на некоторое время занялась новой игрушкой — выигранными ножами, — потом с четверть часа полировала меч — в общем, график работы был невероятно насыщенным. Ближе к полудню Реана перебралась на нос, где как раз обретался Толла, и около часа молчала вместе с капитаном, разговорить которого оказалось делом безнадёжным. Реана ушла бы, но она явственно различала, что Толла молчит приветливо. Гостья ему не мешала.

Так и молчали, пока очередной изгиб Арна не вызвал у Реаны некие смутные подозрения.

— Не нравится мне этот поворот, — сказала она, вглядываясь в серую паутину веток по клочковатому белесому небу.

Толла неспешно оглянулся на Реану, потом — на не угодивший ей поворот и снова замер. Подошедший к ним и слышавший реплику Реаны Аэрре отреагировал активней:

— Да ну? Что тебе ещё не нравится?

— А ещё мне не нравится этот корабль, — сказала Реана, доставая из-за спины лук и натягивая тетиву, не сводя при этом глаз с быстрого корабля, появившегося из-за высокого берега, круто уходившего влево в полусотне метров от них.

— Мы много лет тут ходим, — начал Аэрре. — Тут, волей Вечных, тихо, никогда тут…

Он поперхнулся, разглядев флаг. Знак весов Тиарсе**, в котором вместо вертикального ромба изгибалась сабля, расширявшаяся к концу.

Триста лет назад это был флаг пиратов; сейчас — тоже, судя по выражению лиц Толлы и Аэрре.

— Далеко они забрались, клянусь Лирриле! — покачал головой Аэрре. Шикарный хвост его светлых волос при этом с шуршанием вычертил восьмерку по плотному кожаному жилету.