Апрель в Лондоне - Измайлова Кира Алиевна - Страница 78

— Боже, и так понятно, что ты все уже решила за нас, — тяжело вздохнула та. — Ну что ж. Хоть теперь погляжу, что в этой Франции такого есть… может, даже в Париж съездим, а, отец?

— Чего б не съездить, — миролюбиво ответил тот, — вот обустроимся на новом месте да и съездим, авось не заблудимся. Ты подумай лучше, что с собой брать, а что молодым оставить. И со скотиной решить надо: молодняк-то мы купили, да надо посмотреть, есть ли смысл за океан тащить, может, там не хуже продают…

Эйприл уверилась, что ее странноватое семейство увлеклось обсуждением грядущего переезда (да подумаешь, рукой подать, через пролив!), встала из-за стола, попрощалась и вышла, но во дворе ее поймала Мэй.

— Эйп, — серьезно сказала она. — Есть вопрос.

— Отлично, только сперва спрошу я. Правда, что Огаст с Джулией целуются? Ты наверняка видела!

— Правда, — пожала плечами цыганка. — А что? Они же не родственники! И ты не смотри, что они ругаются все время, Огаст за Джулию кого хочешь побьет! — Она помолчала и добавила: — А она за него — убьет.

— Ясно, я так и думала… — хмыкнула Эйприл. — Теперь ты спрашивай.

— Ты сказала, что твой лорд с друзьями уезжает… — девочка нахмурилась, — а вот тот человек, которого ты к нам приводила — он тоже?

— Что — тоже? Друг?

— Ну!

— В некотором роде. А что?

— И он поедет со всеми остальными?

— Вряд ли, — сказала Эйприл, а потом задумалась. — Хотя чем черт не шутит! Может, и поедет, если силы воли хватит! Так в чем дело-то?

Мэй посмотрела на облака, на дальний лес, а потом спросила прямо:

— Он же еще не очень старый?

Эйприл поперхнулась.

— Он моложе моего лорда, — сказала она, откашлявшись, — просто выглядит не очень.

— Что верно, то верно, — ухмыльнулась Мэй. — Ну да ничего, сойдет…

— Ты это о чем? — опасливо спросила Эйприл. — Нагадала, поди, чего-нибудь?

— Может, нагадала, может, сама решила, — задумчиво протянула девочка. По черным глазам решительно ничего нельзя было прочитать. — Эйп, если он не поедет…

— То что?

— Сделай так, чтобы поехал. Или пусть твой лорд сделает, он может, я же вижу, — отрезала Мэй. — Крутись, как хочешь!

— Еще всякая шмакодявка мной командовать будет! — засмеялась та. — Ладно, попробую, но этот мистер строптивый, так что уж не обессудь…

— Ничего, у мужчины должен быть характер, — серьезно сказала Мэй. — Пускай даже и плохой. На кой нужны слизняки?

Эйприл в очередной раз восхитилась названой сестренкой, потом подумала, что это может быть, по меньшей мере, забавно, и спросила:

— А возраст-то чего, ничего?

— В таборе считалось, что если барон берет себе молодую жену, значит, он полон сил и достоин управлять своим кланом, — невозмутимо ответила Мэй. — Даже если ему шестьдесят, а невесте пятнадцать.

— Ты поэтому отстала от них? — негромко произнесла Эйприл.

— Да, — не стала запираться та. — Мою сестру так взял один богатый цыган… Нам, женщинам, выбирать особенно не приходилось.

— А теперь, чувствую, выбирать не придется бедняге профессору, — пробормотала девушка. — Ладно, мне пора! Всем привет!

Вернувшись в мэнор, Эйприл навестила Драко, оценила его успехи, велела поправить ошибки и продолжать в том же духе, а сама вышла на террасу — подумать.

Она прекрасно понимала, что навсегда останется прислугой. Такие, как Малфой, на девушках вроде нее не женятся, да и не очень-то хотелось, ясно, что это человек из другого мира. Переспать можно, взять в дом, чтобы смотрела за сыном — тоже, но не более того. Вдобавок, детей ему от нее не видать, а это, пожалуй, единственное, ради чего Люциус мог бы шокировать общество. С другой стороны, оставить Драко было выше ее сил. Эйприл наткнулась на него случайно, но потом все заплелось в такой сложный узел… И мальчишка сложный, отец с ним не совладает, это точно: или разбалует до невозможности, или сам заработает нервный срыв, никому от этого лучше не станет…

— Что это вы так невеселы, мисс? — раздался за спиной голос Малфоя.

— Да вот думаю, как мне быть, если по-французски я ни слова не знаю! И Драко тоже, — ответила она.

— Вместе с ним и выучите, — спокойно произнес он. — Знаете, я был очень ленивым мальчишкой. И когда дед понял, что от наставника я попросту сбегаю, то приказал всем в доме разговаривать со мной только на французском. И делать вид, будто меня не понимают, когда я говорю по-английски, даже если я всего лишь просил передать соль. Вы не представляете, мисс, каких успехов я достиг в изучении иностранных языков и в какие короткие сроки!

— Языков? — уточнила Эйприл.

— Да. За французским последовал немецкий…

— Ах, бедняжка! — засмеялась девушка.

— Так вы поедете с нами? — спросил Люциус. В глубине его глаз Эйприл разглядела страх: страх одиночества, страх не справиться с сыном, страх потерять его…

— Куда ж я от вас денусь, — тяжело вздохнула она. — Но при одном условии.

— Каком?

— Моя семья поедет со мной. Погодите, дайте договорить! — Эйприл прижала палец к губам Люциуса. — Торопыга… Вы сказали, у вас есть земля, вы можете сдать ее в аренду. Дурсль тоже переезжает, так, наверно, ему лучше будет иметь дело с проверенными людьми? Мои согласны, если что. Тут останется Джун с мужем и братом, им надо будет немножко память почистить… Вот и все. Мои готовы ехать. Только без коня Мэй никуда не поедет!

О том, что Мэй положила глаз (а может, и наложила сглаз) на Снейпа, Эйприл предпочла умолчать.

— Никаких проблем, — серьезно сказал тот. — Я, признаюсь, хотел предложить такой вариант, но подумал, что привыкшие к родным местам люди не захотят трогаться с места…

— Чудак-человек, — улыбнулась Эйприл. — Ради детей они хоть в Австралию подадутся… Мама подружится с миссис Дурсль, тут к Мэй не ходи… Ну, вы же поняли мой намек, не так ли?

— Конечно, мисс, вы очень… убедительны, — Люциус мягко гладил ее по спине.

— Пора собирать вещи?

— Да. Детскую так уж точно заберем, Драко не со всеми игрушками успел позабавиться, — улыбнулся он, не удержался и поцеловал Эйприл. — Я жалею только об одном…

— А я не жалею, — перебила она. — Потому что тогда вы живо взялись бы мной командовать, а мне этого даром не надо! Ну и вообще, может, найдется для вас невеста, вы молодой, красивый, а что характер поганый, этого сразу не видать. Вы обходительный, француженки не враз разберут, до чего вы вредный!

— Мерлин, как же мне порою хочется перекинуть вас через колено и отшлепать туфлей! — простонал Люциус.

— Мистер знает толк в извращениях? — фыркнула Эйприл. — А что не так?

— Я клянусь, что никогда больше не женюсь, — серьезно произнес он. — Ну на вас разве что.

— Не надо, общество осудит, — не менее серьезно ответила она.

— Так или иначе, я не введу в дом другую женщину. Я любил Нарциссу, но ее больше нет. Я привязался к вам, Драко вас обожает, и пусть всё остается, как есть, — без тени иронии сказал Люциус. — Я не думаю, что когда-нибудь сумею полюбить по-настоящему. Я просто хочу, чтобы рядом был верный друг.

— Подруга.

— Какая разница?!

— Большая, — улыбнулась Эйприл. — Что ж с вами поделаешь, придется тащиться в эту Францию!

— Вы согласны? — негромко произнес Люциус. — В самом деле? Мисс… Это звучит глупо, но я прошу вас — не бросайте меня. Нас с Драко, так вернее. Все, кого я любил, ушли — дед, мама, отец, Нарцисса, и… у меня остались только сын и вы…

— Никуда я не уйду, — серьезно сказала девушка. — Не мечтайте даже. Вам нельзя доверять ребенка, это уж точно! Либо вы его уморите, либо он вас с ума сведет.

— Это точно, — ответил он. — Я и не думал, что воспитывать детей настолько сложно!

— Да ладно, прорвемся, — улыбнулась Эйприл. — А, вон это чудище несется наперегонки с мистером Фенелли! Его тоже заберем?

— Разумеется! И лошадей, куда без них. Там дом попроще, но и конюшни, и службы имеются. Да, картины я тоже прихвачу, — произнес Люциус. — Это часть истории нашего рода, негоже ею разбрасываться.