Апрель в Лондоне - Измайлова Кира Алиевна - Страница 63

— Ага, они резные такие! И ты теперь как королева эльфов из сказки! Жалко, таких сережек не было, но папа может трансиф… трансфи… сделать, в общем!

— Спасибо, — она притянула Драко к себе и поцеловала в щеку. — Я его теперь все время буду носить. Ну, только не с платьем для гостей, к нему не подходит. Ничего?

— Конечно! — улыбнулся мальчик, глядя на нее снизу вверх.

— Пойдем завтракать, — велела Эйприл и поправила на шее ожерелье. Это были крупные листья из зеленого полупрозрачного пластика, нанизанные на обычную леску. — Давай-давай, а то все Фенелли скормлю!..

— Нет! Я первый! — Драко убежал вперед, а Люциус придержал ее за локоть.

— Мисс…

— Что? Идемте уже к столу! — Эйприл прищурилась и добавила тихо: — Выкусили, сэр? Чего теперь нос морщите? Идем, ваш сын ждет!

— Это была его идея, а я… — в сторону сказал он.

— Вы решили, что забавно будет посмотреть, как расстроится маггла, увидев в футляре для драгоценностей грошовый сувенир, — заключила она, посмеиваясь. — Господи, какой же вы дурак… Драко — и тот лучше понимает, что к чему!

— Я был против, если хотите знать, но он уперся, и… вот.

— Что — вот? Вы никогда не слыхали о том, что красота — в глазах смотрящего? Для Драко я в этом ожерелье — королева эльфов, ну и прекрасно! Ему четырех нет, ему без разницы, пластик это или чистый изумруд, глупый вы человек!.. — Эйприл перевела дыхание и добавила сердито: — Я, может, всегда хотела быть эльфийкой. Не как ваши домовики, а сказочной. И вообще…

— Пап, Эйп, вы ругаетесь, что ли? — спросил тот, выскочив из столовой и страдальчески подняв брови.

— Нет! — в один голос ответили они, потому что ругаться в рождественское утро — это свинство.

— Тогда целуйтесь, — сказал Драко и просиял такой улыбкой, что Эйприл заподозрила — он что-то затеял. Причем не прямо сейчас, он явно подготовился…

— С какой стати? — возмутился Люциус.

— Вы стоите под омелой, — старательно произнес мальчик. — А в книжке написано, что если под омелой, то надо целоваться!

— Не надо, а можно! — поправила Эйприл, обвела взглядом зал и оторопела. Омела была везде. По всему периметру. Обойти ее не представлялось возможным. — Придется, сэр… так просто нас не выпустят… Впрочем, вы можете оставить меня и бежать, я вас прикрою…

— Мой дом превращается из крепости в балаган, — сказал Люциус, оценив убранство зала, — хотя в изобретательности Драко не откажешь. Надо так надо… Идите сюда, мисс…

Он едва коснулся губами ее губ и выжидательно посмотрел на сына.

— Не-ет, — сказал тот со знанием дела. — Это чепуха какая-то. Надо как следует! Как…

Тут Драко перехватил бешеный взгляд Эйприл и поправился:

— Как на картинке в сказке!

Люциус скрипнул зубами, но выполнил требование сына.

— Теперь мы можем позавтракать? — спросил он.

— Да! — выпалил Драко и умчался обратно в столовую.

— Это не я его подучила, сэр, — предвосхитила вопрос Эйприл.

— Я понимаю. Вы… — он не сразу нашелся со словами. — Вы не стали бы. Да и зачем? Вы и так из нас веревки вьете. И, кстати, еще раз простите за эту глупую шутку с ожерельем. Я должен был пресечь, а не выбирать футляр и…

— Чудак-человек! — девушка легонько постучала его по лбу костяшками пальцев. — Драко уже несколько дней изнывает от желания увидеть, как я обрадуюсь его подарку, а вы несете такую чушь! Пресечь он должен был… У себя чего-нибудь пресеките!

— Я бы с радостью, — ворчливо ответил Люциус, — но не могу. Гм… То был подарок от Драко, а этот — от меня. И не надо, умоляю, потом откроете!..

Эйприл пропустила его слова мимо ушей, открыла коробочку и ахнула в полном восторге.

— Ну что вы вопите? — еще более мрачно произнес Малфой. — Подумаешь, алекстандрит, самый ваш камень, мне кажется, и к строгому платью очень пойдет.

— Но камея-интальо на александрите?! — взвизгнула Эйприл и кинулась ему на шею. — Где вы такое достали?! Извращение какое! Но это же…

— Только под заказ. Не трансфигурировать же было, — высокомерно ответил он. Драко за дверью восторженно обнял мистера Фенелли за шею. Дог выдохнул с облегчением — хозяйка перестала гневаться. — И вообще, ваши подарки-то где?

— Драко свои разобрал, а ваш… ваш нематериален, — неожиданно серьезно ответила она. — Завтра нам нужно в Лондон. В маггловский, так что одевайтесь соответственно.

— А Драко?

— Ничего с ним за пару часов не случится. Молли и Фенелли рядом. Я объясню, что за вашим подарком нужно отлучиться…

— Но что это?

— Не скажу, — твердо ответила Эйприл. — А то еще передумаете. Мы завтракать идем или нет?!

— Лучше скажите прямо, что вы задумали! — в очередной раз произнес Люциус, явно чувствовавший себя неловко в обычном маггловском костюме, да не парадном, а таком… затрапезном, на чем настояла Эйприл.

Этот лондонский квартал Малфою не нравился: он не имел ничего общего с теми местами, где ему доводилось бывать. Шумный, суматошный, не очень чистый район, кругом люди в таких диких одеяниях, что волшебника в традиционной мантии тут попросту бы не заметили. А уж чем там пахло, даже думать не хотелось! И еще кругом было множество цветных: мулатов, негров, азиатов…

— На месте увидите, — снова ответила она и вдруг притормозила, схватив его за рукав. — Вечно я повороты пропускаю… Нам сюда.

Люциус присмотрелся: крутая лестница вела в полуподвальное помещение с обшарпанной дверью, над которой красовалась яркая вывеска: свившиеся китайские драконы, непонятные иероглифы, полуголые красотки и почему-то кельтские руны.

— Вы куда меня притащили? — прошипел он.

— Не видите, что ли? — безмятежно спросила Эйприл и потящила его за собой. — Тату-салон.

— Спасибо, мне одной Метки за глаза хватит.

— Я же вам не предлагаю наколоть на заднице дракона, — сказала она, — как раз наоборот.

— Постойте, мисс, — притормозил Люциус. — Вы что, полагаете, в этой дыре меня смогут избавить от того, с чем не справился отличный колдомедик? Не смешите!

— Я и не думала смеяться, сэр, — с достоинством ответила девушка. — Просто если вам не помогут здесь, то не помогут уже нигде, честно. Вы понимаете… Вы сказали тогда, что пытались свести Метку. Магией ведь, верно?

— Конечно.

— И кожу снимали…

— Было дело, — переденулся он.

— И наверняка рану сразу залечили зельем или что там у вас, — заключила она. — А потом, вы сказали, Метка проявилась снова. Вот я и подумала: татуировка волшебная, удалить ее вы пытались с помощью магии, лечили руку тоже… А что, если воспользоваться маггловским методом? И маггловскими лекарствами? — Эйприл оценила выражение лица Люциуса и добавила: — Я подозреваю, что это чертовски больно. И заживать будет долго и противно… я как-то ноги брила и смахнула во-от такусенький клочок кожи на щиколотке. Месяц маялась, пока ранка затянулась! А тут площадь поражения побольше будет…

— Что вы делали с ногами?! — не понял Люциус.

— Все остальное вы прослушали? Брила я их! Представляете, у женщин на ногах тоже растут волосы! А поскольку горячий воск — это вообще пытка, то бритву в руки — и вперед… Или вы думали, это у меня от природы такая кожа гладкая? — развеселилась она, поглядев на его растерянную физиономию. — Ну что вы так смутились? Понятно, об этом говорить не принято, особенно в вашей среде, но против фактов не попрешь…

— Скажите Молли, — буркнул он. — Она…

— А думаете, я без вас не додумалассь? — фыркнула Эйприл. — Говорю же, очень я эту вашу магию люблю и обожаю! Все, идемте! Ну то есть если вы согласны рискнуть. Только поживее, я еле-еле Фреда уговорила, у него клиенты расписаны отсюда и… — она сделала выразительный жест.

— На удаление татуировок?

— Нет, наоборот. Но сводить он тоже умеет.

— Это он вас осчастливил той похабной картинкой на груди?

— Нет, что вы! — с негодованием замахала руками Эйприл. — Фред работает ювелирно и за некоторые сюжеты из принципа не берется… Ну что? Идем?