Апрель в Лондоне - Измайлова Кира Алиевна - Страница 60

— Погоди, дай проржаться… — выдавила она, утирая слезы. — Ну и чудовище из тебя растет…

— Я не чудовище, — с достоинством ответил он. — И вообще… Я так думаю, папе вообще не надо платить каким-то там чужим женщинам.

Эйприл предсказуемо подавилась.

— Это почему же? — осторожно спросила она, откашлявшись.

— Потому что раньше у него была мама, — серьезно сказал Драко, — а теперь есть ты.

— Солнышко, ты только при гостях этого не ляпни, — искренне попросила Эйприл, откашлявшись вторично. — И вообще, с чего ты взял, что… э-э-э…

— Ну ты же с нами живешь, — недоуменно произнес он. — И с тобой не скучно!

Эйприл выдохнула с облегчением. Судя по всему, каша в голове у Драко получилась еще та, но это ничего, могло быть хуже!

— Ну, разобрались? — спросила она, дождалась кивка и сказала: — Тогда идем обратно к гостям, невежливо оставлять их надолго. Я сейчас прикажу Молли подать еще чего-нибудь вкусненького, идет?

— Ага. Только с Уизелом я рядом сидеть не буду!

— Тебя никто и не заставляет, — тяжело вздохнула Эйприл, и до конца вечера бдила в детской, следя, чтобы мальчишки снова не передрались.

Все обошлось, только Рона все демонстративно игнорировали, за столом постаравшись отодвинуться от него как можно дальше…

По счастью, гости расходились довольно рано: детей нужно было укладывать спать.

— Мисс Кимберли, — сказал Теодор, пошушукавшись о чем-то с остальными. — Мы тут подумали и решили, что ничего родителям не скажем. Ну, о драке.

— Дело ваше, — пожала она плечами.

— Только Уизли непременно растреплет, — добавил Гарри. — У таких в жопе вода не держится… Блин, Дадли, больно!

— А я тебе уже говорил папины слова не повторять?!

— Тихо, — велел Теодор. — В общем, мисс, если бы вы были волшебницей, то могли бы ему чуточку память подтереть…

— Э! — завопил Рон, отодвигаясь подальше. — Вы что?!

— Но вы не волшебница, — продолжил Нотт, не обращая на него внимания. — Зато у вас есть домовик, они тоже могут…

Эйприл нахмурилась, потом покачала головой.

— Нет уж. На это я не пойду. Пусть уж будет, что будет. Сам подумай, даже если Рон нажалуется родителям…

— А мы все будем отрицать, — заявил Гарри, улыбаясь довольно-таки гадко. Дадли покивал. Судя по всему, этой парочке драки были только в удовольствие.

— И мы, — добавил Винс.

— А Уизли против Малфоя… гы… — высказался Грег.

— И я бабушке не скажу, — добавил вдруг Невилл. — А то она расстроится. Это же я графин разбил.

— Ты не мог, — удивился Гарри. — Графин вообще в сторонке стоял. А потом почему-то оказался в самой середине…

— Я просто хотел всех облить, чтобы перестали драться, — пояснил Лонгботтом, краснея. — Как кошек.

— А-а! Так это ты захотел — и магия сработала, — пояснил Тео.

— Да не может быть! — захлопал глазами Невилл.

— Почему не может? Папа говорил, я игрушки уже в годик взглядом поднимал, — ответил тот. — А потом забыл, как это делать. Теперь надо учиться по-настоящему. Это всегда так бывает.

Невилл выдохнул с облегчением и заулыбался.

— Бабушка просто боится, что я сквиб, — пояснил он радостно. — А раз так… ой, а рассказывать-то нельзя…

— Ну теперь-то ты знаешь, что не сквиб, — встрял Драко. — И не переживай, вот!

Мальчики церемонно распрощались, Эйприл одного за другим передала их родителям, те, в свою очередь, раскланялись с хозяином дома и не забыли благосклонно кивнуть воспитательнице наследника. Мистер Дурсль — тот вовсе облобызал ей руку. Он так сиял, что было ясно — состоялась какая-то сделка…

— Мисс Кимберли, когда уложите Драко, зайдите, пожалуйста, ко мне… — произнес Люциус, когда камин поглотил последних гостей.

— В малую гостиную?

— Нет, именно ко мне…

— Как прикажете, сэр.

Эйприл прикинула — ну да, апартаменты хозяина находятся в другом крыле, далеко от спальни Драко… Судя по всему, Люциус намеревался рвать и метать, раз уж не желал полагаться даже на заглушающее заклятие!

К счастью, Драко так устал от переживаний, что отключился почти моментально. И хорошо: чем дольше кипел его отец, тем сильнее должно было рвануть…

— Можно? — постучала Эйприл по косяку. Дверь распахнулась, Люциус сгреб девушку за плечи, втащил внутрь и потряс с такой силой, что у нее застучали зубы. — Потише, у меня голова оторвется!

— У вас ее вообще нет! — рявкнул он, с отшвырнув Эйприл к окну и поднимая палочку, видимо, запирал дверь и накладывал заглушающие чары. — Вы что вытворили?! Кто вам позволил пригласить Дурслей?!

— Вы, — преспокойно отозвалась она. — Вы сказали «вам и карты в руки» и самоустранились от организации праздника. Так чего теперь кипятитесь?

— Я не об этом говорил!

— Так уточнять надо. Я девушка простая, непонятливая…

Он откровенно зарычал. Эйприл с интересом наблюдала. Помнится, в каком-то дешевом романчике она вычитала сравнение: «под ледяной маской бушевало адское пламя», и Люциус соответствовал этому описанию как нельзя лучше. Трудно было даже представить, чего ему стоило весь вечер мило улыбаться, когда внутри у него все клокотало от сдерживаемой ярости. И вот — прорвало…

— Ну что вы, в самом деле, — примирительно произнесла Эйприл. — По-моему, все остались довольны. Мужчины пообщались к обоюдной выгоде, верно я поняла? Миссис Дурсль красивейше посадила в лужу миссис Уизли, я вам перескажу, если хотите, или даже сами посмотрите, хотя это больно… Вот. Что вы так разошлись?

— А то, что вы не думаете своей пустой головенкой, прежде, чем что-то сделать! Дивно! Теперь Пожиратели смерти знают, где и с кем живет Гарри Поттер, надежда магического мира! И ладно бы одни Дурсли, но еще и Уизли, а где они, там Дамблдор! Вы хоть представляете, какой разразится скандал, глупая вы женщина?!

— Нет, — честно сказала Эйприл. — И перестаньте выражаться как злодей из третьесортного любовного романчика, вам не идет.

Люциус снова поднял палочку, опустил и опять поднял.

— Помните, я сказал, что не могу ударить женщину? — произнес он очень тихо и очень внятно. — Но вот пытать… пытать я могу… И не надо делать несчастные глаза! Вы отнюдь не невинная девочка!

— Конечно, сэр, — охотно согласилась Эйприл. — Я, по мнению некоторых ваших гостей, дешевая подстилка и давалка.

Сказать, что Люциус опешил, значит, не сказать ничего.

— О ком вы, мисс?

— Ну как вы сами полагаете, сэр? Кто мог сказать такое вслух при ребенке? Уж не миссис же Лонгботтом, верно?

— Дети-то тут причем? — встряхнул головой Малфой, явно уже ничего не соображая.

— А, так я же не успела вам рассказать, вы сразу бросаться начали, — усмехнулась Эйприл. — И положите уже палочку, а то я вас боюсь!

— Черта с два вы меня боитесь, — мрачно произнес он, но палочку отложил. — Вас и голодным драконом не напугаешь, вы почешете ему шейку, пощекочете за ушком и… Мисс! Прекратите немедленно!

— Вам же нравилось, — удивилась она, оставив в покое его галстук. — Ну, не хотите, как хотите…

— Это шантаж.

— Конечно.

— Сперва рассказ, — потребовал он.

— А это не шантаж, по-вашему?

— Квиты, мисс, — улыбнулся он и уселся в кресло, демонстративно закинув ногу на ногу. Эйприл приподняла бровь. — Хватит корчить гримасы. Излагайте.

— Вы невыносимы, — печально сказала девушка и присела на край низкого столика, удобно облокотившись на колено мужчины. — Началось все с того, что меня позвал мистер Фенелли, потому что его позвал Теодор, потому что в детской случилась массовая драка.

Люциус нахмурился.

— И кто ее спровоцировал?

— Ну… ударил первым Поттер, — со вкусом начала Эйприл и замолчала.

— Кого?! — не выдержал Люциус, безуспешно пытаясь убрать ее руки со своего бедра.

— Уизли. А Дурсль вступился за кузена.

— Ничего не понимаю… С чего бы Поттеру кидаться на Уизли?

— А тот стал дразнить Драко за слезы.

— Мисс! Может, вы уже начнете рассказывать не в час по чайной ложке?! Почему Драко плакал-то?..