Апрель в Лондоне - Измайлова Кира Алиевна - Страница 25

— Вполне. Поэтому я настоятельно прошу вас с мальчиком перебраться в поместье. Там вы оба будете под моей защитой.

— Ну… — девушка нахмурилась. — Это не слишком-то удобно.

— Не вижу никакого неудобства. Мальчик — мой сын, вы — его няня. А если вы о том, что незамужней девушке неприлично жить под одной крышей с одиноким мужчиной, то могу дать слово, что честь ваша не постадает.

— Да какая там честь, — отмахнулась Эйприл. — А если кто узнает?

— Поместье я закрыл наглухо. Конечно, сильные волшебники сумеют пробиться, но для этого им еще нужно будет догадаться, что вы скрываетесь именно там.

— А если и не пробьются, то могут выйти на мое семейство, — подхватила девушка, усиленно соображая. — Сэр, лучше сделаем вот как… Вы сейчас уезжайте и ждите. Время же пока еще есть? Вот… А я скажу своим, что меня предупредили об опасности, и мне надо сматываться в Лондон, а может, и на континент. Возьму Кэвина, вещички, да отправлюсь на станцию, а оттуда уже в ваше поместье. Главное, подгадать денек поненастнее, чтобы следы замело.

— Пусть будет по-вашему, — кивнул он. — Много вещей не берите. Всем необходимым я вас обоих обеспечу. И… честно говоря, не представляю, как вы пойдете пешком по бездорожью, там ведь снега намело коню по брюхо!

— Верно… Я-то пройду, а вот Кэвина придется тащить на руках, — вздохнула она. — Ну, значит, обойдемся без большей части вещей!

— Лучше так: вы действительно сядете на поезд, сойдете на следующей станции, а я встречу вас там. Ну а уж добраться до поместья — не проблема.

— Ладно. Главное, сами не засветитесь, у вас внешность очень приметня

— Разумеется, мисс. Итак, мы договорились?

— Ну да. Так… Поезд на Лондон останавливается на нашем полустанке в пять утра и в шесть вечера. Я думаю, лучше ехать утренним, когда еще все сонные…

— Нет уж. Вечерним. Утренним все едут в город на работу, вас там затопчут.

— Точно… Значит, вечерним. Заодно и Кэвина не нужно будет поднимать раным-рано, — улыбнулась Эйприл.

— Главное, чтобы ваши родные были уверены — вы уехали из этих краев. Правда, они все равно помнят меня…

— Так вы же сами придумали отличную отмазку, сэр, — улыбнулась Эйприл. — Вы молодой мужчина, а я из любопытства заглянула как-то к вам на огонек… за небольшой подарочек, конечно. Для моих это в порядке вещей.

— Будем надеяться, что это сработает, — вздохнул Люциус и вдруг взял ее за руку. — Я с ума сойду за это время…

— Не сойдете, — хладнокровно ответила она.

— Вы не понимаете. Я знаю, что мой сын совсем рядом, рукой подать, в безопасности… но безопасности относительной, потому что кто-то может успеть первым!

— Мы дома посидим, — сказала Эйприл успокаивающе. — Не переживайте так. В округе Кэвина никто еще не видел, я старалась не забредать с ним на соседские земли, мы гуляли тут, поблизости, а к нам никто без нужды не заходит. Если только на станции кассир запомнил или водитель автобуса, и то вряд ли… Даже если так, абы кому они отвечать не станут. Мы местные, а чужаков тут не любят, знаете ли.

— Мисс, вы забыли о волшебстве, — криво усмехнулся он.

— Ну, чтобы его применить, надо ведь еще знать, о ком спрашивать, — парировала она. — А я сейчас выгляжу совершенно иначе, чем в Литтл-Уиннингсе или в дороге.

— Будем надеяться… — повторил Люциус, еще раз пожал ей руку, потрепал по голове Кэвина и вскочил в седло, громко сказав: — Заглядывай на огонек, милая!

— Непременно! — отозвалась она, помахав вслед.

К ней живо подбежали Мэй и Джулия.

— Эйприл, ты что, с ним того самого? — с любопытством спросила Мэй.

— Ну а что такого-то? Я вроде не уродина…

— И как оно, с лордом? — поинтересовалась Джулия.

— Да как со всеми, невелика разницы, — пожала плечами Эйприл. — Разве что постель роскошная и потом не разит. А так — все мужики одинаково устроены! И цыц! А то мать мне задаст…

— Ладно, мы не понимаем, что ли… — протянула Мэй, а девушка вспомнила, что монета Люциуса осталась у нее.

— Кстати, ты ту монету отдай, — попросила она. — Я тебе взамен фунт дам.

— Два, — пожадничала та. — А ему что, жалко? Вон богатый какой, седло в серебре…

— Дам два, — согласилась Эйприл. — Ему не жалко, просто… короче, это сувенирная монета из одной экзотической страны. Многие знают, что он там бывал, а если она вдруг всплывет на ферме…

— Репутации каюк, — поняла Мэй.

— Не столько репутации… когда это дворяне по селянкам не бегали?

— Жена ревнивая, понятно, — догадалась Джулия. — Мэй, лучше отдай. Ну его нафиг, неприятности нам не нужны.

Та порылась по карманам и выудила тяжелую монету.

— Держи. Только про два фунта не забудь!

— Не беспокойся, я свое слово держу!

Побег Эйприл готовила обстоятельно. Для начала отправилась в поселок под предлогом того, что ей нужно позвонить, и действительно позвонила, только не мифическому знакомому, а Вернону Дурслю. Тот с удовольствием поведал о том, что никакой «чертовщины», как он выражался, пока больше не происходило, если не считать битых окон (но это пацаны мячом заехали) и посуды, а также облитого зеленкой кота миссис Фигг, увидев которого в сумерках, местный пьянчужка с перепугу завязал. Ну и еще племянничек оказался драчливым и, хоть был гораздо мельче и слабее старшего кузена, все равно умудрялся частенько побеждать в драках и спуску тому не давал.

— Это все очень хорошо, — сказала Эйприл, — только я хочу вас предупредить, мистер Дурсль: тут затевается большая шумиха по поводу моего мальчика, ваш племянник в этой истории тоже замешан, так что будьте готовы к незваным гостям. Нет-нет, подождите возмущаться… Не знаю, приходили ли к вам уже, но… Если это будут вежливые, хорошо воспитанные люди, которые скажут, что они от одного высокопоставленного джентльмена, ответьте на их вопросы, пожалуйста, — это отец Кэвина. Да, представьте себе… А если назовутся аврорами, гоните в шею! Что? — прислушалась она к вопросу собеседника. — А, скорее всего, их будет интересовать история появления обоих мальчишек в Литтл-Уинингсе. Расскажите как можно подробнее, про тот мотоцикл и бородача не забудьте, это важно, и как мы с вами встретились и говорили о мальчиках… И знаете что? Вы же в курсе про их фокусы с памятью, так что заранее надиктуйте все, что сможете вспомнить, и спрячьте кассеты в разных местах, на работе, например. И жену попросите повспоминать. Можете и в тетрадочку записать и тоже припрять… Мало ли, пригодится! А теперь мне пора, мистер Дурсль, всего доброго!

Повесив трубку, она довольно усмехнулась: кажется, усатый сосед воспринял ее рекомендации всерьез. Надо только уточнить у Люциуса, как именно представляются его сыскари. Но, наверно, вряд ли бесцеремонно врываются в дом, как те двое…

Домой Эйприл вернулась с крайне озабоченным выражением лица, сразу прошла к себе наверх и принялась деловито перетряхивать одежки Кэвина, откладывая то, из чего он уже почти вырос, в сторонку и отбирая только самое необходимое. Самой ей собраться было легче легкого, кочевая жизнь приучила обходиться минимумом вещей, да и то таких, которые не жаль было бросить, случись что.

Разумеется, деятельность ее не осталась незамеченной.

— Что-то случилось? — спросила Сара, когда Эйприл помогала ей перемывать посуду после ужина.

— Пока нет, — лаконично ответила та, — но может случиться. Одна птичка мне начирикала, что в том городке, откуда я увезла Кэвина, началась какая-то подозрительная движуха. Неясно, кого ищут, может, и не меня, но я лучше скроюсь на некоторое время.

— Опять в Лондон подашься? — понятливо кивнула мать.

— Ну да. Мало ли, сумеют выйти на ферму… Только вот что, — Эйприл присела на край стола. — Если кто явится и начнет расспрашивать, ничего не скрывайте. Да, дочка ездит на заработки в Лондон или еще куда-то, возвращается отдохнуть и снова исчезает. Денег привозит порядочно, а откуда она их берет, вы понятия не имеете, верно?

— Угу, — ответил Стэнли, гревший ноги у печки. — Особенно мы не имеем понятия о том, что в подвале зарыто.