Судьба-Полынь Книга I - Болдырев Всеволод - Страница 102

— Хорошо кормят, — оценил Тафель. — Не иначе, богов и их присных теперь казнят на глазах у всего честного народа. Веселее стало жить, ничего не скажешь.

У ворот была толкотня. Стражи довольно бесцеремонно осматривали входящих и всех, кого считали подозрительными, отправляли к караулке. Там стоял, внимательно глядя в большой мутный шар со сверкающей пылью, низкорослый человек. На лбу его блестел пот, глаза покраснели от напряжения. Казалось, еще немного, и рухнет, изнуренный, на плиты.

— Что-то новенькое, — заметил Партлин. — Никогда таких не видел!

— Новое время требует нового оружия, — ответил Альстед. — И новых жертв.

Они прошли сквозь толпу, сопровождаемые злыми криками и недовольным ворчанием. Даже белый плащ и сверкающие латы Дарующего не могли охладить пыл изнывающих на солнцепеке людей. Телегу пришлось оставить на попечение стражам. Солдаты забрали все, что принадлежало им, и за что нес отчетность отряд. Морлин на ходу записал в летописи день возвращения в город.

За ним пришли, едва Ильгар успел смыть пот и проглотить кусок вареной репы.

Он сидел в беседке, в которой распивал вино с Барталином несколько месяцев назад, когда услышал глухие шаги и бряцанье металла. К нему приближалось семеро мужчин. Стражи и пеший сарлуг. Последний походил на куклу из железа, позолоты и напыщенности.

— Десятник Ильгар? Резервный полк восточной армии Сеятеля под командованием Теора Неустрашимого? — сквозь забрало отчеканил сарлуг. Получив утвердительный ответ, положил ладонь на оголовье меча в изукрашенных ножнах. — По приказу военного преатора вас надлежит взять под стражу. Не советую чинить препятствий!

Он вытащил меч, показав три пальца сверкающей черийской стали.

— Успокойся, скоморох, — Ильгар отодвинул тарелку и встал. У него не было сил возмущаться, спорить или оправдываться. В теле надежно поселилась усталость. — Я не враг Сеятелю.

Десятник спустился с беседки и встал перед гвардейцами. Развел в стороны руки.

— Ведите.

Глава 30 Ная

Искрящийся шарик заплясал в руке Наи. Полосы пурпурного и золотого свивались внутри него пламенеющими змеями. Воздух вокруг ладони угрожающе потрескивал.

— Ты, девка, огонь не спеши метать. Ни к чему это. Насколько ты в том мастерица, мы по зареву пожара в городе поняли. Притуши светлячок, — уперев руки в бока, посоветовал стоявший впереди всех мужчина. Напоминал он гриб-боровик. Низенький, крепкий, с небольшим брюшком. Сходство добавляла широкая шляпа с опущенными полями, из-под которой выглядывали седые волосы. Незнакомец удовлетворенно крякнул, дернул мочку правого уха. — Славно полыхало. А вот нашего Олерко забижать не надо. Благодаря ему, ребятки, вы живы. Не сыщи вас — к утру на виселице качались бы.

Ная убирать огненный шарик не торопилась. Мало ли что «боровичок» им втюхивает. Парни были того же мнения, оружие держали наготове.

— Вы сами-то кто?

— Скажем так — друзья.

— Что-то не припомню, чтобы мы с вами чашу дружбы пили, — съязвил Тэзир.

— Не доверяете? — усмехнулся незнакомец, дернув себя вновь за ухо. — Ваша подружка тоже вначале не доверяла. Ох и задала нам жару, пока удалось объяснить, что мы не враги. Сущая тигрица. Двух моих парней ухитрилась разоружить.

Ная с намеком перекинула шарик из одной ладони в другую.

— Как она выглядит?

Люди боровичка с опаской покосились на ее игры с огнем, слегка отступили. Коротышка-предводитель даже не повел бровью.

— Высокая. Стройная. Смуглая. Кайтур зовут. Ее Олерко у Восточных ворот успел перехватить, иначе в западню угодила бы. Стражу для вида оставили прежнюю, и Дарующего вроде как отозвали, а в караулке человек сидел с шаром, который на обладающих колдовской силой указывает. Угодила бы прямехонько в лапы жнецам.

Вроде все верно, слова мужчины походили на правду.

— Где она сейчас? — спросил Витог.

— В укромном месте. Скоро увидитесь. Фер уже побежал предупредить, что вас нашли.

— Светловолосый парень и девушка со сломанной рукой тоже у вас? — Ная затушила шарик, чем вызвала облегчение на лицах незнакомцев. Откуда им знать, что ей хватит мгновения зажечь его вновь.

— Не видели таких. — Мужчина в безмолвном приказе глянул коротко на мальчонку. Тот кивнул.

— Поищу.

— Погоди. Мы с тобой. — Троица колдунов двинулась за Олерко.

— А ну стоять! — рявкнул мужской голос, приковав привратников к месту. К ним направлялся Хостен. — Без вас справятся. Достаточно накуролесили.

Если бы взглядом можно было убивать, троица колдунов уже лежала бы на земле бездыханная и со свернутыми шеями. Огромный кулачище привратника проплыл мимо их лиц. Ная с парнями поморщились, представляя, как бы трещали их кости под его ударом.

— Я вас зачем в город послал? Погулять на ярмарке или спалить его дотла? — Хостен остановился напротив Тэзира. — Ну, от тебя другого и не ждал. — Шагнул к Нае, свел брови. — Ты дома объясняться будешь. — Перешел к Витогу. — А ты куда полез? Забыл, что наказывали?

— Ты полегче с ними. Не ругай ребяток сильно. Молодые, головы горячие, буйные. Остепенятся, — пощипывая ухо, вступился за колдунов «боровичок».

— Если уцелеют… с их склонностью разбирать города по камушку, — проворчал Хостен — Крок, найдете остальных — сообщи. А вы, балбесы, ступайте за мной.

Привратник заспешил по тропинке между кустов в сторону небольшого леска, почти примыкающего к городской стене. Давно лотовцы в мире живут, отучились осторожности, позволили деревьям ко рву подобраться. А ведь прежде даже кустики вырубали, чтобы не подкрались вражеские лазутчики. Война разгильдяйства и ошибок не прощает.

— Кто эти люди? — спросил Витог, отойдя достаточно далеко, чтобы незнакомцы ничего не услышали.

— Хорошие приятели, — буркнул Хостен.

— И как много эти приятели знают о нас? — не остался в стороне Тэзир.

— Сколько положено.

Мир поплыл внезапно. Деревья резко накренились, тропа вильнула из-под ног. Оседая, Ная в поисках опоры вцепилась в плечо идущего впереди Витога. Перед тухнущим взором еще промелькнуло, как тот обернулся в недоумении, как руки Тэзира бережно подхватили ее, усадили на землю, как склонилось встревоженное лицо Хостена.

— Иссушила себя, сучья дочь?

Дальше темнота.

В рот полилась едкая жидкость, обжегшая горло. Девушка скривилась, мотнула головой, отворачиваясь от струи. Но жесткая ладонь крепко держала затылок.

— Все… хватит. Прошло. — Ная вздернула себя на ноги, избавляясь от грубоватой заботы Хостена.

Привратник критически оглядел ее.

— Сама дойдешь или помочь?

— Дойду, — девушка, покачнувшись, шагнула вперед.

— Я понесу, — заявил Тэзир.

— Сказала, дойду! — прорычала она. В раздражении отпихнула его с дороги, зашагала по тропинке. Щеки пылали от стыда. Позор! Свалилась без чувств, точно городская барышня.

Притаившуюся меж сосен землянку трудно было принять за жилье. Скорее за нору в бугре. Тот, кто здесь устраивал укрытие, видимо, того и добивался — чтобы не бросалось в глаза. Хостен откинул в сторону полузасохшее деревце, прикрывающее вход, спустился в землянку. Кайтур при их появлении вскочила с лавки, мазнула взглядом по Нае, радостно улыбнулась Тэзиру, с удивлением глянула на Витога, в ожидании уставилась на дверь.

— А Сая с Арки не с вами?

Они покачали головами. Привратник не дал им перекинуться больше ни словом, принявшись быстро распоряжаться. Подтолкнул Наю к лавке, приказал:

— Ты — раздевайся. — Короткий взгляд на Кайтур. — Ты — зажги каганец. — Палец уперся в Тэзира. — Ты — подай котомку, вон в углу лежит. — Повернулся к Витогу, — Ты — скрути жгутом тряпку, пусть сунет в рот, чтоб не закричала ненароком, когда начну раны обрабатывать.

— Не надо жгут. Не закричу. — Ная приспустила до пояса сарафан, повернулась к привратнику спиной.

— Не слабо тебя отделали, — присвистнул Тэзир.

— Не бережешь ты себя, девка, — заворчал Хостен, смывая кровь с ран. — Как позволила подобраться так близко? Чему тебя только Каид учил? Эх, ребятня зеленопузая. Не успели вылупиться, уже возомнили себя великими бойцами. Вас там скрутить в два счета могли.