Загадка Рунного Посоха: Черный Камень. Амулет безумного бога. Меч зари. Загадка рунного посоха. - Муркок Майкл Джон - Страница 110

Коридоры наполнило сладкое звучание — нежное, похожее на неземную колыбельную. Музыка еще более усилила ощущение благополучия, пока они все глубже погружались в странную органическую субстанцию.

Неожиданно они оказались в небольшой комнате, наполненной тем же золотым пульсирующим излучением, что они видели с лодки.

Этот свет исходил от ребенка.

Это был мальчик восточной наружности со смуглой кожей. Он был одет в одежду, так густо украшенную камнями, что ткани просто было не видно.

Мальчик улыбнулся, и его улыбка соответствовала окружающему его мягкому свету. Было невозможно не полюбить его.

— Герцог Дориан Хокмун фон Кельн, — нежно произнес мальчик, склонив голову. — Юиллам Д’Аверк, я восхищался и вашими картинами, и вашими зданиями, сэр.

— Вы знаете о них? — Д’Аверк был поражен.

— Они великолепны. Почему вы не создаете новых?

— Я… я полагаю, — Д’Аверк смущенно откашлялся, — что потерял навыки. И потом война…

— Ах да, конечно. Темная Империя. Потому-то вы здесь.

— Я так и предполагал…

— Меня зовут Джеэмия Коналиас, — снова улыбнулся мальчик. — II это единственные достоверные сведения обо мне, которые я могу вам сообщить. Этот город называется Дмарг. Жители его во внешнем мире называются Великими Добродетельными Людьми. По-моему, вы уже встретили некоторых из них.

— Светящиеся тени? — спросил Хокмун.

— Да, светящиеся тени.

— Они разумны? — поинтересовался Хокмун.

— Безусловно. Вероятно, даже более чем разумны.

— И этот город, Дмарг, — утвердительно произнес Хокмун, — и есть легендарный город Рунного Посоха?

— Да.

— Странно, что все легенды указывают на то, что Рунный Посох находится не на континенте Амарек, а в Азиакоммуниста, — заметил Д’Аверк.

— Наверное, это не случайно, — улыбнулся мальчик. — Такие легенды чрезвычайно удобны.

— Понятно.

Джеэмия Коналиас спокойно улыбался.

— Как я понимаю, вы явились увидеть Рунный Посох?

— Очевидно, — ответил Хокмун, будучи не в состоянии испытывать гнев в присутствии этого ребенка. — Сначала ваш Рыцарь в Черном и Золотом велел нам отправиться сюда, а потом, когда мы заколебались, нас познакомили с его братом — неким Орландом Фанком…

— Ах да, — улыбался Джеэмия Коналиас, — Орланд Фанк. Я испытываю особую симпатию к этому слуге Рунного Посоха. — Он чуть нахмурился. — Но я чуть не забыл. Сперва вам нужно освежиться и встретиться с собратом-путешественником. Он опередил вас всего на несколько часов.

— Мы его знаем?

— По-моему, у вас бывали в прошлом кое-какие контакты. Сюда. — Мальчик почти выплыл из своего кресла.

— Кто же этот наш знакомый, что прибыл в Дмарг? — шепнул Хокмуну Д’Аверк.

Глава 7

Широко известный путешественник

Они проследовали за Джеэмией Коналиасом по извилистым коридорам. В помещениях теперь стало светлей, потому что светящиеся тени — Великие Добродетельные Люди, как назвал их мальчик, — исчезли. Надо полагать, их задачей было привести Хокмуна и Д’Аверка к цели их путешествия.

Наконец они вошли в зал побольше, где находился длинный стол, сделанный, надо полагать, из той же субстанции, что и стены, и скамьи из того же материала. Стол был накрыт. На нем стояли блюда с относительно простой пищей — рыбой, хлебом и овощами.

Но их внимание привлекла фигура, что находилась в другом конце зала. Увидев этого человека, они непроизвольно схватились за рукояти мечей, а на лицах появилось выражение гневного удивления.

Наконец Хокмун смог выдавить сквозь стиснутые зубы:

— Шенегар Тротт!

Толстая фигура тяжело двинулась к ним. Простая серебряная маска явно была пародией на черты, скрываемые под ней.

— Добрый день, господа. Хокмун и Д’Аверк, как я понимаю?

— Ты представляешь, кто эта тварь? — обратился Хокмун к Д’Аверку.

— Путешественник из Европы, по-моему.

— Это граф Суссекский, правая рука Короля Гуона. Он изнасиловал пол-Европы! Зло, что причинил он людям, уступает лишь злу, в котором повинен барон Мелиадус.

— Бросьте, — проговорил Тротт мягким и веселым голосом. — Давайте не станем оскорблять друг друга. Мы здесь на нейтральной территории. Вопросы войны — другое дело. Но поскольку в данный момент они нас не волнуют, я предложил бы, чтобы мы вели себя как цивилизованные люди и не оскорбляли своей перебранкой нашего юного хозяина.

— Как ты прибыл в Дмарг, граф Шенегар? — гневно спросил Хокмун.

— На корабле, герцог Кельнский. Наш барон Калан, с которым, как я понимаю, вы встречались… — Тротт засмеялся, когда Хокмун машинально коснулся Черного Камня во лбу, который несколько лет назад поместил туда барон Калан. — … Он изобрел новый вид двигателя, несущего наши корабли по морю с громадной скоростью. Наш мудрый Король-Император поручил мне отправиться в Амарек, завязать дружественные отношения с правителями здешних держав…

— Вы хотите сказать — разведать их силы и слабости, прежде чем вы на них нападете! — вскипел Хокмун. — Нельзя доверять слугам Темной Империи!

Мальчик развел руками, и на его лице появилось печальное выражение.

— Мы здесь в Дмарге добиваемся всего лишь равновесия. В конечном итоге, оно — цель и причина существования Рунного Посоха, который содержится здесь. Умоляю вас, приберегите ваш гнев для поля битвы и направьте ваши силы на опробование приготовленной для вас пищи.

— Но я должен предупредить, — произнес Юиллам Д’Аверк более спокойным, чем Хокмун, тоном, — что Шенегар Тротт здесь не для того, чтобы принести мир. Куда бы он ни отправлялся, он приносил лишь зло и разрушение. Приготовьтесь к этому, ибо он считается самым хитрым лордом Гранбретани.

Мальчик, казалось, смутился и лишь повторным жестом пригласил их к столу.

— Садитесь, пожалуйста…

— А где ваш флот, граф Шенегар? — спросил Д’Аверк, усаживаясь на скамью и придвигая к себе блюдо с рыбой.

— Флот? — с невинным видом переспросил Тротт. — Я не упоминал о флоте — лишь о своем корабле, который пристал в нескольких милях от города.

— Тогда это должен быть и вправду большой корабль, — пробурчал Хокмун, откусывая хлеб, — потому что непохоже на графа Темной Империи отправляться в путешествие, не подготовившись к завоеванию.

— Вы забываете, что в Гранбретани есть ученые и исследователи, — возразил, словно обидевшись, Тротт. — Мы ищем знания, истину и разум. Да ведь все наши действия подчинены лишь одному — объединить враждующие государства Европы и добиться разумного мира во всем мире, чтобы знание развивалось быстрее.

Д’Аверк ничем не отреагировал на эту сентенцию, лишь закашлял более нарочито, чем обычно.

И тут Тротт сделал нечто совершенно беспрецедентное для вельможи Темной Империи. Он бодро сдвинул маску на затылок и принялся за еду. В Гранбретани считалось весьма неприличным открывать свое лицо, а уж тем более есть на людях. Тротт, как было известно Хокмуну, считался в Гранбретани личностью эксцентричной. Остальная знать терпела его только из-за его громадного состояния, искусства полководца, а также за то, что, вопреки его изнеженной плоти, он был воином большой личной храбрости.

Лицо, открывшееся их взорам, оказалось таким же, как и карикатурная маска. Оно выглядело белым, пухлым и умным. Глаза лишены всякого выражения, но было понятно, что Шенегар Тротт способен вложить в них любое.

Они ели в молчании. Лишь мальчик не притрагивался к еде, хотя и сидел вместе с ними.

Хокмун указал на объемистые посеребренные доспехи графа.

— Зачем же вы путешествуете в таком тяжелом снаряжении, граф Шенегар, если у вас мирная исследовательская миссия?

— Как же я мог предугадать, — улыбнулся граф, — с какими опасностями мне придется столкнуться в этом странном городе? Ведь вполне логично предположить, что путешествовать нужно хорошо подготовленным.

Д’Аверк сменил тему, словно понимая, что от гранбретанца невозможно добиться ничего, кроме столь гладких ответов.