Гонка за горизонт (СИ) - Бриз Илья - Страница 47

Уже когда сам улегся в постель – перед гонкой надо выспаться обязательно! – сам не знаю почему, но задумался. Чего-то я в женщинах совершенно не понимаю. Взять, к примеру, эту Ирку. Красивая – вот это у нее точно не отнимешь. Шестнадцать лет, но уже все при всем. У меня перед глазами внезапно появилась ее фигурка, виденная несколько дней назад, когда девчонки голышом на крыше загорали. Н-да, ни прибавить, ни отнять. И поза, даже когда задницей повернулась… А глазищи… Умная – по сравнению с той же Нэнси, хотя британка тоже не дурочка, можно сказать семи пядей во лбу. Раз как-то услышал, как Ирина сестренке довольно логично объясняла, почему Донцову и ей подобных читать не стоит. И даже в "Формуле" немного соображает – как она сегодня Настене за меня ответила? Легко находит со всеми общий язык. Вкус у нее явно неплохой, во всяком случае, несмотря на определенную ограниченность бюджета – генералы, как выяснилось, зарабатывают значительно меньше, чем автогонщики – одевается Ирина хотя и довольно скромно, но в ВИП-зонах автодромов вместе с Настеной они обе смотрятся отлично. Ничуть не хуже, чем гости других пилотов. И цацками не обвешивается, как некоторые. Если бы еще не язвила…

Во, завтра Гран-при Монако, главная гонка сезона, а я об этой стерве думаю! Все, спать.

Точность, точность и еще раз точность! Не допустить ни одной ошибки, как на старте, так и во время самой гонки.

Забрало шлема еще поднято, и чуть прохладная струя воздуха от мобильного кондиционера через толстый шланг в руках механика – температура воздуха тридцать два градуса – достаточно приятно овевает открытую часть лица. Асфальт на трассе несколько горячее – сорок шесть. Во время гонки еще немного приподнимется.

Час пробил! Подогревающие чехлы с колес сдернуты, домкраты опущены и вытащены, прощальное легкое постукивание по шлему, и механики резвенько покидают стартовую прямую, утаскивая за собой многочисленное оборудование. Опускаю забрало и первый выезжаю на прогревочный круг. Иду где змейкой, доводя температуру резины до нормы, а где, резко тормозя – карбоновые тормоза тоже рассчитаны на приличный нагрев. В каждом повороте тщательно анализирую текущее состояние трассы, соответствие текущих характеристик асфальта моим прогнозам. В тоннеле температура покрытия значительно ниже, чем под палящим солнцем. Впрочем, здесь не требуется резко крутить рулем – риск потерять сцепление с трассой не очень велик. Да и открывать заднее антикрыло здесь запрещено с две тысячи одиннадцатого года по настоянию самих же пилотов. Из-за низкой температуры здесь скользко, и обгонять все равно нельзя. Вчерашняя авария с Комуи Кобаяши подтвердила правильность этого решения. Кстати, безбашенный японец уже выписался из госпиталя. Бледный, прихрамывающий, но сидит в боксе "Заубера" перед мониторами. К самой гонке его, конечно, в таком состоянии никто не допустит. Ну, вот и "Rascasse" – последний поворот. Довольно сложный, надо признать, если проходить его на гоночной скорости. Еще несколько секунд, пока остальные машины выстроятся позади меня на стартовой решетке.

Красные фонари стартового светофора поочередно загораются, гаснут, и – битва!

А не было ее… Была тяжелая, жутко утомительная, выматывающая работа. Ни в коем случае не допустить пробуксовки резины на выходе из медленных поворотов. Особенно вместе с боковым скольжением. Сначала направлять машину в поворот, и только потом "давить". Поймать момент и степень нажатия педали газа даже при наличии двух турбокомпрессоров – каждый эффективно работает только на своей части нагрузочной характеристики двигателя – достаточно сложно. Небольшая "турбояма" при резком нажатии все-таки присутствует. Не перетормаживать! Иначе износ покрышек превысит расчетный, и одним пит-стопом уже не обойдешься. Контролировать и контролировать в зеркалах заднего вида преследующих Росберга и Феттеля. Немцы висят на моем заднем антикрыле как приклеенные и раз за разом пытаются обойти меня, портя свою резину. Иногда даже мешая друг другу. Впрочем, Серхио еще сложнее. Он идет позади нашей "связки" в шести-восьми секундах строго в моем "медленном" темпе и держит за собой весь пелотон. Если не экономить покрышки, то даже болиды команд-аутсайдеров могут идти заметно быстрее. Первые пару кругов было еще терпимо, но потом разрешили открывать заднее антикрыло. Соответственно всем, кроме наших "Серебряных стрел". Ведь мы с Пересом единственные, у кого впереди в пределах секунды нет других гонщиков. Чуть изогнутая вправо прямая старт-финиш, где у соперников загорается на руле маленькое, но яркое табло системы DRS, вызывает просто фантастическое напряжение. Вот ведь знаю же, что даже с открытым антикрылом и включенным на отдачу запасенной энергии рекуператором обойти меня, вернуться на правильную траекторию и успеть затормозить перед первым поворотом "Ste Devote" с двухсот семидесяти до жалких восьмидесяти невозможно. В конце концов, я сам на этой прямой расходую почти весь заряд аккумуляторов системы KERS. Но правая нога в начале разгона, кажется, сама хочет еще придавить педаль газа. Нельзя. Иначе – проворот задних ведущих колес, утрата сцепления с асфальтом, худший темп набора и потеря лидерства. И очень важно поймать точный момент начала плавного, но довольно эффективного торможения. И ни миллиметра в сторону от траектории.

Феттель, хотя и был моложе своего соотечественника Росберга на пару лет, расшифровал нашу с Серхио стратегию уже где-то в конце первого десятка витков трассы и тоже начал экономить резину. Но было поздно – круга до тридцатого на этом уже основательно поистрепанном комплекте колес, поддерживая нормальную скорость, было не дотянуть никакими силами. Нико смирился несколькими поворотами позже. Мы с Пересом "сдирижировали" гонку в самом ее начале. Конечно, нам могло помешать море случайностей. "Завал" в первом повороте в середине пелотона, нервотрепка и рестарт. Авария круге на пятнадцатом-двадцатом, сейфти-кар и возможность для соперников поменять изношенную резину без потери времени. Впрочем, при таком раскладе у нас тоже были "домашние заготовки" с соответствующим изменением стратегии. Но всего не предусмотришь – это же Монте-Карло. Может быть, сказалась вчерашняя страшная авария Кобаяши – такие вещи всегда действуют на пилотов дисциплинирующе. Но в результате все пошло строго по нашему первоначальному сценарию.

Уже на девятнадцатом круге началась первая волна пит-стопов – перегруженная постоянными попытками обгонов в самом начале дистанции резина соперников начала стремительно деградировать. Двадцать одна секунда – меньше никак не уложиться – требуется в Монако для торможения, заезд при включенном лимитаторе скорости к боксам, замены колес и выезда на трассу. Соответственно, получив приличный отрыв, мы с Серхио помчались спокойнее. Да и любой гонщик скажет, что когда никто не мешает, своя скорость пусть не на много, но выше. Я даже позволил напарнику за восемь кругов догнать меня – все равно экономлю покрышки чуть лучше.

На свежем "супер-софте" противники, конечно, полетели значительно быстрее нас. Быстрее, но и, опять-таки, "расходнее" для резины. На тридцать первом круге Перес планово свернул в боксы. Мои колеса еще "держали" асфальт, но на новеньком неизношенном "софте" напарник поедет быстрее. Вот в этот-то момент я и нажал. При "спокойной" езде на нормальной гоночной скорости моих покрышек хватило бы еще витка на три-четыре минимум, если не больше, но я "сжег" их полностью на одном круге, выиграв у Серхио почти две секунды. Риск? Просчитанный риск. Все-таки каждый выход из медленного поворота у меня лучше. Могу. Честно говоря, с очень большим напряжением, буквально своими руками, ногами и мыслями удерживая машину на правильной траектории, но могу!