Академия проклятий. Книги 1 - 7 (СИ) - Звездная Елена - Страница 209

– Давно Эллохар к тебе неровно дышит?

Я промолчала.

– Дэй… – начал дроу и умолк.

А что тут говорить было. Нечего фактически.

– Как-то неудачно он себе объект для страсти выбрал, – задумчиво произнес Юрао.

– Не надо об этом, – тихо попросила я, и мы вышли из кабинета.

И все неприятные мысли как-то разом улетучились! Потому что наша приемная, вся и основательно, была завалена подарками от гномьей общины! На стеллаже вдоль стены красовались корзины с фруктами, колбасами, ароматной выпечкой… Больше никогда в рот не возьму, и, судя по тому как скривился Юрао, он подумал так же. А еще нас одарили скульптурами из мрамора, гипса, черного камня, горного хрусталя, дерева и много чем еще. И это оказалось не все – ковры, коврики, три плаща… Остального не было видно из-за уже перечисленного.

– Ри… кхм… – Юрао прочистил горло. – Ри…это…

Распахнулась дверь. Мы в изумлении уставились на гнома, спиной входящего в помещение нашей приемной и осторожно втаскивающего какой-то очень объемный сверток.

– Мастер Ойоко! – воскликнул дроу.

– Ты его по спине узнал? – удивленным шепотом спросила я.

– Ага, спина у него довольная, – весело прошептал в ответ Юрао.

И тут гном таки втащил сверток, и нам улыбнулось донельзя счастливое лицо почтенного мастера-стекольщика.

– Офицер Найтес, госпожа Риате, так рад видеть вас! – возвестил почтенный мастер-стекольщик Ойоко. – Свадьба у меня! – При этом гном продолжал держать сверток, судя по краснеющему лицу мастера, очень тяжелый. – Ждем вас как самых уважаемых гостей!

Партнер с некоторым замешательством посмотрел на меня, потом на гнома и пояснил:

– Так у госпожи Риате жених имеется…

И вот тут впервые я увидела смущенного, аж до стыдливого румянца, гнома.

– Так у вас же семейное предприятие, – протянул почтенный мастер.

– Частично. Риая – моя сестра. – Юрао кивнул в сторону заинтересованно прислушивающейся Ри. – А Дэя – мой компаньон.

Гном покраснел еще основательнее и попятился к двери, унося свой объемный сверток и приговаривая:

– Все равно ждем. Не как самых уважаемых, но как почетных ждем обязательно.

Ри не удержалась:

– Простите, а в свертке что?

– Что? Да так, мелочи… – Теперь у гнома и нос был красным.

А Юрао усмехнулся и сказал:

– Да чего уж там, показывайте, нам же интересно. А что ошиблись, так с каждым бывает. Давайте же, мастер Ойоко.

С тяжелым вздохом гном подошел к столу, водрузил на него скульптуру и начал развязывать бечевку. Через несколько минут взгляду нашему представилась… композиция.

– Я сейчас помру, – простонала Ри и начала хохотать так, что повалилась на пол вместе со стулом.

Нам с Юрао было невесело.

Совсем.

– А что я? – гном потупился. – Наши поговаривают, что «ДэЮре» – дело семейное, магистр Эллохар про госпожу Риате высказался: «Носится со своим любимым дроу, как со… статуэткой хрустальной»… Я и подумал…

Мы с Юрао продолжали мрачно смотреть на изваяние в стиле эльфийского натурализма, где мы страстно целовались, а на моем пышном платье в ореоле завитушек значилось «ДэЮре».

– Аа-а, – стонала Ри где-то под столом, – где мама?! Она просто обязана это увидеть!

Гном впечатлился выражением наших недоуменно-прискорбных лиц и торопливо начал вещать:

– Все исправим, офицер Найтес и госпожа Риате. Вас разделим, надпись поместим в центр, а…

– О нет. – Ри наконец поднялась и тут же схватила скульптуру, правда, едва удержала. – Только через мой труп. Знаете, мастер Ойоко, это гениально. Это просто Бездна как гениально, этот шедевр не должен пострадать из-за… – нахалка бросила взгляд на нас, – …из-за этих вот, которые уже по делам опаздывают…

Юрао, не удостоив сестру и взглядом, подошел к вешалке, взял мое пальто и шарф, помог подоспевшей мне одеться, затем оделся сам и, подталкивая уважаемого гнома к выходу, любезно ответил:

– Мы, несомненно, посетим ваше радостное и торжественное событие как почетные гости, уважаемый мастер Ойоко. И несомненно… – Тут я заметила хитрую ухмылку на губах дроу, а дальше с тщательно разыгрываемым удивлением Юрао воскликнул: – О, мастер Окено, не ожидал вас увидеть!

Позади нас раздалось «Ой» от Ри… а потом оглушительный звон разбитого стекла. Гениальная статуя была разбита на сотню маленьких осколков.

– А… где он? – удивленно спросил гном, глядя на совершенно пустую лестницу.

– Кто? – беззаботно поинтересовался Юрао, натягивая перчатки.

– Так… этот, которого вы назвали, – не понимал мастер-стекольщик.

– Ах, этот, – дроу весело мне подмигнул, – да так, показалось.

Когда мы спускались по лестнице, вслед нам неслось взбешенное:

– Юр, катись ты в Бездну, слышал?! Ты… ты…

Мы расхохотались, вступая в объятия зимнего полудня, яркого, светлого, искрящегося от выпавшего ночью снега и наполненного прозрачно-звенящим кристальным воздухом. Обожаю последние зимние дни.

* * *

До отделения «ЗлатоСереброИнвестБанка» пошли пешком, распрощавшись с почтенным мастером-стекольщиком Ойоко и пообещав ему непременно быть на свадебном торжестве. Меня лично еще беспокоило, куда делся Счастливчик, но Нурх, которого мы отправили с посланием к владельцу дома шестьдесят шесть по улице Весеннего Умертвия, сообщил, что мой огромный кот выскочил из конторы и убежал, едва началось нашествие гномьей общины. Нурху было велено ждать нас у банка, ну а мы туда и направились, обсуждая случившееся по дороге.

– Это связано именно с артефактами, Дэй, – задумчиво рассуждал Юрао. – Причем я так понял, что есть заказчик, и он себе каким-то образом находит исполнителей.

– Думаешь, и тот проклятийник, что едва не убил тебя, – тоже?

– Давай вместе подумаем, – партнер чуть прищурил глаза. – Ход с формулой проклятия гениален и прост, согласись.

– Полностью согласна, – подтвердила я.

– И идея с этой крохотной нечистью в слоеных пирогах – ведь мелочь же, ни моя охранка, ни защитные заклинания в Академии Проклятий не отреагировали. Опять же – гениально и просто.

Я кивнула и напомнила:

– А вторжение с каррагами в контору? Не так уж и просто.

– Как не особо умно было нападать с проклятиями на адептку Академии Проклятий. – Юрао поднял указательный палец, ловя слетевшую с крыши снежинку. – Бывают гениальные идеи, а бывают действия на эмоциях. Знаешь, мне кажется, мы имеем дело с женщиной. Только вам свойственна такая двойственность. Но суть не в этом, Дэй, мы сейчас говорим об исполнителях.

Я задумчиво шла, держась за Юрао, потому что дорога была скользкая, и думала о том, как все это вообще началось…

– Мне вот интересно, – задумчиво произнес Юрао, – когда все это началось? История с артефактами.

И я остановилась. Посмотрела в вопросительно глядящие на меня золотые глаза и тихо сказала:

– Когда лорд Тьер надел мне на палец обручальное кольцо.

Юрао поднял голову, подставляя лицо солнечным лучам, и проговорил:

– Дэя, я тут кое-что поузнавал про это колечко, и вот будь добра, скажи мне – камень был черным сразу?

В воспоминаниях пронеслось, как бесконечно счастливый лорд Риан Тьер надевает на безымянный пальчик моей левой руки тонкое кольцо с редким черным бриллиантом.

– Да, – чуть нахмурившись, ответила я, – кольцо сразу было черным.

– До того, как ты его надела? – уточнил дроу.

– Да, – удивленно посмотрела на партнера.

– Уверена?

– Абсолютно, Юр. – Я не понимала, к чему он клонит.

Похлопав меня по плечу, Юрао загадочно протянул:

– Все началось раньше, Дэй. До того, как Тьер надел на твой палец кольцо с уже черным бриллиантом. Уже черным! Ты мой намек поняла?

Я не особо поняла и поэтому потребовала ответа:

– А на что ты мне сейчас пытаешься намекнуть?

Юрао поморщился, явно недовольный моей сообразительностью, и начал объяснять:

– Черный цвет, Дэй, черный – вы связаны до смерти. Уже связаны. И теперь вы будете вместе вне зависимости от твоего желания, вы уже связаны. И это, – он весело подмигнул, – только смерть разлучит вас.