Космический маразм - Бушов Сергей - Страница 97

Семён ощутил себя стоящим посреди широкого поля, заполненного колосящейся саранчой. А навстречу ему двигалось существо – огромное, серое, напоминающее ту самую тучу, которая схватила его некоторое время назад, если, конечно, всё это безумие можно считать временем.

Туча постепенно густела и превращалась в человека среднего роста, плотного, лысоватого, с усами и невыразительным лицом, которое всё расплывалось и расплывалось, не давая себя разглядеть. Лицо вроде бы было, и вполне определённое, но какое оно, сказать было достоверно никак нельзя.

- Гутен, - сказал человек низким, прокуренным голосом, похожим на скрежетание камней. – А также морген.

- Ну, здравствуйте, - неуверенно сказал Семён. – Вы кто такой? И трактор мой где?

- Где пожелаете, - ответил серый человек, вглядываясь в лицо Семёна пристально, и не глазами, а чем-то иным, спрятанным за клубами серого дыма, образующего лицо. – И не вздумайте отворачиваться, а то пущу пулю в лоб…

Семён ухмыльнулся и резко повернулся кругом, повинуясь мгновенному импульсу.

Навстречу ему шёл, слегка прихрамывая, ещё один человек. Или не человек: синий и с крыльями, высокий, красивый, статно сложенный и мускулистый. Из одежды на нём были только тугие чёрные плавки да перевязь с навешанным на неё оружием – меч, пара пистолетов, кинжал и ещё что-то, чего Дудиков не успел рассмотреть, поскольку синий внезапно заговорил с ним певучим тенором:

- Семён, вы выглядите так,

Как будто что-то здесь нечисто,

Хотя вы с виду не дурак,

А мы, увы, не террористы.

Не убивать мы вас пришли,

А предложить благое дело

На пользу нашу и Земли,

И даже вашу, если в целом.

- Где трактор мой? – спросил Семён, внутренне содрогнувшись от того, что своими словами попал в размер мерзкого корявого стишка, произносимого синим незнакомцем.

- Пустое, – продолжил тот. – Это лишь металл,

Он вам не нужен в жизни боле,

На вашем месте я бы стал

Лишь восхищаться вашей долей.

Ведь вы теперь и царь, и Бог,

И президент всего на свете,

А Морген, тот, что вам помог,

Вам станет кучером в карете.

- Где мой трактор?! – завопил Семён, выхватывая из травы огромную железную змею.

- Рубель, - послышался голос серого существа позади Дудикова, - прекрати свою поэзию. Он не оценит.

- Хорошо, - Рубель поднял руки, словно сдавался, и перешёл на прозу. При этом и голос его сделался более низким и не таким величественным, как прежде. – Суть дела в том, милостивый государь Дудиков, что мы хотим вам предложить стать самым великим и популярным человеком на этой ничтожной планете, а может, и во Вселенной.

- На хера? – спросил Семён.

- Ого, - восхитился Рубель. - Первый осмысленный вопрос. С другой стороны, не до конца понятен его смысл. На хера это вам или же нам? Попробую ответить на оба вопроса. Дело в том, что глубокоуважаемый Морген, находящийся за вашей спиной, хотел бы иметь полную власть над этим миром, и у него есть для этого все предпосылки, в частности, способность усиливать беспорядок и даже в некоторой степени управлять хаосом. Я согласился быть его партнёром, поскольку я, в свою очередь, умею действовать в любой обстановке и добиваться результатов. Но для окончательного успеха нам нужен кто-то, кто мог бы представлять наши интересы среди людей. В меру привлекательный, не слишком умный и не очень самостоятельный тип, который мог бы понравиться простому народу, возглавить его и повести туда, куда нам будет нужно. А вам это для того, чтобы наладить свою никчёмную жизнь. У вас будет практически всё, что вы пожелаете – ну, кроме реальной власти, разумеется.

- Отдайте трактор, – потребовал Семён, глядя на Рубеля исподлобья.

- Ну что вам этот трактор? – продолжал Рубель. – Мы вам предлагаем целый мир…

Семён поднял змею над головой и принялся её раскручивать. Она всё росла, железные зубы клацали, и Дудиков начал уверенно двигаться в сторону крылатого существа.

Рубель попятился, но при этом продолжил говорить, по-прежнему приветливо улыбаясь:

- Ну, чего вы размахались? Я тоже могу грозно выглядеть. Дело же не в тракторе…

Он снял с перевязи арбалет и направил на Дудикова, однако тот искусно взмахнул змеёй, и та в полёте вырвала оружие из рук Рубеля, перекусив его сразу в семнадцати местах.

- Трактор отдайте! – закричал Дудиков.

- О Боже, что за манеры… - пробормотал Рубель, отступив ещё на шаг. – Вот вам ваш трактор…

Справа от Дудикова, метрах в десяти, из-под земли поднялся его сверкающий синий любимец. Его колёса вращались, из сопел валил дым, а глаза горели красным огнём, выражая недовольство.

- Ах ты, бедненький! – завопил Дудиков, отбросив змею и кинувшись к трактору. – Обидели тебя?

Он запрыгнул в кабину и крикнул:

- Полетели отсюда!

Потом переключил передачу, газанул и выпустил пар из свистка. Пар вырвался из боковых бойниц мощной толстой струёй и отбросил Рубеля и Моргена прочь. А Семён на своём верном коне взвился в небо и направился в сторону дома. Выпить ему отчего-то расхотелось.

Сначала всё шло хорошо. Под панорамным днищем трактора проплывали речка, деревца и домики. Затем они вдруг потеряли резкость и превратились в сплошную белую мглу. Она быстро окружала Семёна, проникая внутрь кабины и застилая всё вокруг. Он уже и руки свои разглядеть не мог, не то, что лобовое стекло.

- Что же это творится-то, ёшкин кот?! – воскликнул он и вдруг понял, что лежит на больничной койке, притянутый к ней тугими ремнями. В тело впивались жгут проводов, несколько капельниц и шлангов, по которым текли разноцветные жидкости, а дышал Дудиков через прозрачную маску, которая прилепилась к его лицу, шевелясь и похрюкивая.

- А ну отпустите меня! – завопил Дудиков, но из маски ему в рот хлынула противная густая слизь, и он вынужден был умолкнуть.

Он задёргал руками, завращал головой, осматриваясь. Справа от койки возвышалась стойка с медицинскими приборами странного вида, на которых было написано «искусственная почка», «искусственные лёгкие» и «прочие искусственные органы». Слева на невысоком столике лежал поднос с инструментами.

Тем временем к Семёну, который энергично извивался на своём ложе, приближались три фигуры. Впереди шла незнакомая светловолосая девушка в белой шубке, которая держала в одной руке розовый зонтик-трость, а в другой – огромный шприц, заполненный чёрной жидкостью. Чуть позади и справа за ней следовал синий Рубель, направлявший в сторону Дудикова украшенный стразами автомат Калашникова, а ещё дальше и слева – полупрозрачный Морген, который выпустил из своего тела пару десятков дымчатых щупальцев и шевелил ими в воздухе, словно волосами.

Девушка поднесла шприц к пятке Семёна и произнесла высоким капризным голоском:

- А кто тут у нас пациент и не лечится?

- Что вы там делаете?! – выкрикнул Семён и, вложив все силы в правую руку, попытался вырваться из пут. Ремни растянулись, словно резиновый жгут, и отбросили руку обратно к койке.

Тогда Семён прибегнул к левой руке, резко рванувшись в сторону и ухватив за край поднос с инструментами. Поднос полетел вперёд, прямо к блондинке, перевернувшись в воздухе и осыпав её градом скальпелей, клещей и шприцов. Инструменты вонзились в её тело в самых причудливых местах, и она отлетела назад, рухнув на спину.

- К чему противиться напрасно? – пропел сладким голосом Рубель. – Мы вам желаем лишь добра. Быть нам соперником опасно – не доживёте до утра…

Однако в следующее мгновение в Рубеля полетел ящик с надписью «Прочие искусственные органы». Раскрывшись в полёте, он изверг из себя кучу пластиковых рук, ног, сердец и ещё чего-то, что Семён не успел рассмотреть, поскольку Рубель, сбитый с ног потоком человеческих запчастей, выпустил очередь прямо над головой Дудикова, отчего тому пришлось вжаться в койку на сорок три сантиметра.

Теперь к нему приблизился Морген, изо рта которого вылезало клубящееся облако дыма, постепенно формирующееся в огромный пистолет. Его дуло ткнулось в грудь Семёна, прямо в область сердца.