Дамский гамбит - Троицкая Ольга - Страница 23

— А вы еще не бросили свое расследование?

— С чего бы это? — ощетинилась женщина. — И не думала.

Она довольно подробно рассказала о своих последних успехах, догадках, старательно убеждая себя, что идет обмен информацией между партнерами — причем деловыми — а не сеанс психотерапии.

— Я бы настойчиво посоветовал вам оставить это дилетантство, — голос Рязанцева звучал равнодушно и сухо.

— Ну уж нет! Я прослежу, куда они подселяют стариков. Выясню, есть ли у облапошенных прописка и в каких условиях они живут. А может, еще что-то интересное узнаю.

— За себя не боитесь? — все так же безразлично поинтересовался доктор.

Немного поколебавшись, Полина излишне громко ответила: «Нет!» — словно стремилась силой голоса уничтожить секундную заминку.

— Ну, а вы посещаете сборище еретиков? — приступила женщина, так и не дождавшись от Рязанцева ответного отчета.

— Лекции откровения, — поправил ее доктор, и на мгновение его широкое здоровое лицо приняло постное выражение, отличающее ждущих.

«Хорошо вошел в свою роль», — с удовлетворением отметила Полина, но тут же нахмурила брови:

— Меня не эти тонкости волнуют, дорогой Валерий Иванович. Как там моя Света?

— Она довольно здравомыслящая девушка. Но сейчас в ней очень громко говорит обида.

Женщина скривила губы:

— Почему вы всегда говорите мне то, что я и сама хорошо знаю? Словно отделываетесь. Лучше расскажите, о чем вы беседовали вчера вечером со Светой.

— Вот как?! Вы, оказывается, и за мной следите?

— Что? — Полина растерянно хохотнула. — За вами? Да я приехала к племяннице по своим делам. Ее не было. Я осталась ждать. И тут появились вы. Я хотела сразу подойти…

Доктор даже слегка покраснел от возмущения:

— Если Светлана заподозрит, что мы знакомы, наш союз она воспримет как заговор. Девушка сразу потеряет ко мне доверие. Вы вообще, как я заметил, не любите долго размышлять над тем, что делаете.

Полина вспыхнула, и в ее сердце зашуршали осы гнева. Мужчина и женщина несколько секунд с неприязнью смотрели друг на друга, пытаясь удержать слова, после которых их сотрудничество станет невозможным. Полина резко встала.

— Чем вы намерены заняться? — торопливо спросил ее доктор, тоже поднимаясь.

— Спать, — ответила женщина.

Уже у двери она приостановилась. С мстительной радостью оттого, что может сказать завуалированную гадость Рязанцеву, с такой трогательной заботой относящемуся к своему рабочему месту, улыбнулась:

— Аквариум в коридоре выглядит просто кошмарно.

Валерий Иванович моргнул:

— Вы же Сами посоветовали вынести его в приемную!

— Да. Но это не значит, что предмет можно ткнуть куда попало. А прямоугольная форма аквариума! Все эти законченные, острые линии! На нервы давят, доктор, а не успокаивают.

Довольная, Полина вышла. Хорошо бы склонить лекаря психов к иной оплате его помощи. Дизайнер Венза просто преобразит ординарный кабинет чудо-доктора Рязанцева. Непроизвольно женщина начала размышлять о том, куда следует поставить кресла и какие обои лучше поклеить.

В обед с пакетом, в котором лежали сухой паек и брошюра «Религиозные иллюзии на пороге жизни», Полина вышла из подъезда. Прямо на ступеньках какой-то растяпа разбил банку с молоком. На асфальте серела небольшая лужица. В нее макала морду неизвестная тощая кошка. Минуту женщина наслаждалась свежестью апрельского дня. Потом покорно забралась в машину и поехала на пункт наблюдения. Пристроила «жигуленок» недалеко от девятиэтажки и приготовилась к томительному ожиданию.

Ровно в два, как по расписанию, брат и сестра юркнули в темный зев подъезда и пропали. Минуты невообразимо медленно суммировались в часы.

Подъезд поглощал и выпускал людей. А «секстанты» все не показывались. Что они делают там так долго? Уж, конечно, не убирают в квартире старика и не колдуют на кухне над вкусным обедом.

Может, читают деду «прелестные письма» нового Распутина, стремясь склонить к своей вере?

Женщина потянулась. В город на мягких лапах прокрался вечер. К бетонной коробке заспешили ее обитатели, возвращающиеся с работы. Полина следила за ними с легким чувством зависти. Наконец появилась сестрица. Она прошла мимо машины, низко опустив голову. Тонкие губы девушки ломало некрасивое подобие улыбки. А где же братец? Неужели выскользнул незаметно? Женщина закурила. Хотелось домой, в постель. Но Полину не отпускал хрипловатый голос, бубнящий: «Завтра вечером…»

К многоэтажке подъехала «шестерка» с тонированными стеклами. Из нее выскочили двое крепких парней и скрылись в подъезде. Полина проводила их ленивым взглядом. Через десять минут дверь открылась, появились недавно вошедшие и тот, кого женщина так терпеливо ждала, — постноликий брат. Он, и его товарищ поддерживали тяжело идущего старика в надвинутой на глаза черной вязаной шапке.

Сыщица выпрямилась. — Вот это удача! Без сомнения, деда везут в специально оборудованную резервацию. Сейчас Полина с помощью негодяев рассекретит объект — «обитель избранных». Потом пригласит ментов, а уж те устроят «секстантам» веселую жизнь.

Водитель «шестерки» вел машину очень аккуратно. Видимо, боялся привлечь к себе внимание хищников из ДПС. Направляется в Северо-Западный район, поняла Полина. Женщина усмехнулась, испытывая некоторое чувство превосходства над ничего не подозревающими братками. Однако уже вскоре с холодком в сердце она поняла, что ошиблась. «Шестерка» стремилась за город. На последней заправочной станции ждущие пополнили запасы бензина. Полина последовала их" примеру.

В голове возникло новое предположение. Возможно, стариков селят где-нибудь в деревне. Жизнь там намного дешевле городской. А руководители секты, кажется, из тех, что за копейку удавятся.

«Шестерка» развила скорость и понеслась вперед, в густеющую тьму. По мере удаления от города беспокойство в сердце Полины росло. Минутное торжество скрылось без следа. Женщина чувствовала себя неуютно и одиноко, точно не она преследовала, а за ней гнались крепкие, на все готовые преступники.

Неожиданно жуткая мысль обожгла сыщицу.

Все-таки Володя оказался прав. Парни хотят убить несчастного старика. Вот почему сестрица покинула их компанию. Сейчас ждущие отъедут на приличное расстояние и неспешно, без эмоций разделаются с человеком, который искал у них теплоты и защиты от мерзостей жизни. Полина судорожно вздохнула и свободной рукой вытряхнула на соседнее сиденье из сумочки ее содержимое. На пол брякнулась синяя коробочка с компактной пудрой, туда же полетел тюбик помады. Полина порылась в побрякушках и извлекла мобильник. Поднесла его к уху и оцепенела. Трубка пропела женским механическим голосом «Ваш номер заблокирован» и скорбно молчала. Идиотка! Она забыла купить карточку оплаты. Вчера Полина лишь во время ужина вспомнила, что у нее закончилась соль. День назад пыталась поставить в холодильник только что помытую пустую кастрюльку. А сегодня утром сказала соседке: «Добрый вечер». Эта следственная работа сведет ее с ума… А возможно, и лишит жизни.

Надо бы остановиться и попытаться связаться с ментами. Но Полина боялась упустить несущуюся по пустынному шоссе, как ракета, «шестерку».

Да и где искать телефон? Общественные организации уже давно закрыты. А на ночь глядя только сумасшедший впустит к себе в дом встрепанную женщину, жаждущую позвонить.

Проще всего повернуть назад и постараться забыть. Полина ругала себя последними словами, пытаясь заглушить ледяной голос страха. Ведь разные люди неоднократно предупреждали сыщицу-самозванку, чтобы она держалась подальше от ждущих. Ох уж эта ее всегдашняя самоуверенность и нежелание слушать советы! Неумная, суетливая женщина, попавшая в смертельный капкан собственных амбиций.

Гонка продолжалась уже три часа. Полина бесконечно устала. Болели ноги, спина, глаза, следившие за огнями несущейся впереди машины. Женщина уже не строила предположений, не возмущалась, не винила себя. Просто с какой-то механической одержимостью преследовала ждущих.