Выбрать книгу по жанру
Фантастика и фэнтези
- Боевая фантастика
- Героическая фантастика
- Городское фэнтези
- Готический роман
- Детективная фантастика
- Ироническая фантастика
- Ироническое фэнтези
- Историческое фэнтези
- Киберпанк
- Космическая фантастика
- Космоопера
- ЛитРПГ
- Мистика
- Научная фантастика
- Ненаучная фантастика
- Попаданцы
- Постапокалипсис
- Сказочная фантастика
- Социально-философская фантастика
- Стимпанк
- Технофэнтези
- Ужасы и мистика
- Фантастика: прочее
- Фэнтези
- Эпическая фантастика
- Юмористическая фантастика
- Юмористическое фэнтези
- Альтернативная история
Детективы и триллеры
- Боевики
- Дамский детективный роман
- Иронические детективы
- Исторические детективы
- Классические детективы
- Криминальные детективы
- Крутой детектив
- Маньяки
- Медицинский триллер
- Политические детективы
- Полицейские детективы
- Прочие Детективы
- Триллеры
- Шпионские детективы
Проза
- Афоризмы
- Военная проза
- Историческая проза
- Классическая проза
- Контркультура
- Магический реализм
- Новелла
- Повесть
- Проза прочее
- Рассказ
- Роман
- Русская классическая проза
- Семейный роман/Семейная сага
- Сентиментальная проза
- Советская классическая проза
- Современная проза
- Эпистолярная проза
- Эссе, очерк, этюд, набросок
- Феерия
Любовные романы
- Исторические любовные романы
- Короткие любовные романы
- Любовно-фантастические романы
- Остросюжетные любовные романы
- Порно
- Прочие любовные романы
- Слеш
- Современные любовные романы
- Эротика
- Фемслеш
Приключения
- Вестерны
- Исторические приключения
- Морские приключения
- Приключения про индейцев
- Природа и животные
- Прочие приключения
- Путешествия и география
Детские
- Детская образовательная литература
- Детская проза
- Детская фантастика
- Детские остросюжетные
- Детские приключения
- Детские стихи
- Детский фольклор
- Книга-игра
- Прочая детская литература
- Сказки
Поэзия и драматургия
- Басни
- Верлибры
- Визуальная поэзия
- В стихах
- Драматургия
- Лирика
- Палиндромы
- Песенная поэзия
- Поэзия
- Экспериментальная поэзия
- Эпическая поэзия
Старинная литература
- Античная литература
- Древневосточная литература
- Древнерусская литература
- Европейская старинная литература
- Мифы. Легенды. Эпос
- Прочая старинная литература
Научно-образовательная
- Альтернативная медицина
- Астрономия и космос
- Биология
- Биофизика
- Биохимия
- Ботаника
- Ветеринария
- Военная история
- Геология и география
- Государство и право
- Детская психология
- Зоология
- Иностранные языки
- История
- Культурология
- Литературоведение
- Математика
- Медицина
- Обществознание
- Органическая химия
- Педагогика
- Политика
- Прочая научная литература
- Психология
- Психотерапия и консультирование
- Религиоведение
- Рефераты
- Секс и семейная психология
- Технические науки
- Учебники
- Физика
- Физическая химия
- Философия
- Химия
- Шпаргалки
- Экология
- Юриспруденция
- Языкознание
- Аналитическая химия
Компьютеры и интернет
- Базы данных
- Интернет
- Компьютерное «железо»
- ОС и сети
- Программирование
- Программное обеспечение
- Прочая компьютерная литература
Справочная литература
Документальная литература
- Биографии и мемуары
- Военная документалистика
- Искусство и Дизайн
- Критика
- Научпоп
- Прочая документальная литература
- Публицистика
Религия и духовность
- Астрология
- Индуизм
- Православие
- Протестантизм
- Прочая религиозная литература
- Религия
- Самосовершенствование
- Христианство
- Эзотерика
- Язычество
- Хиромантия
Юмор
Дом и семья
- Домашние животные
- Здоровье и красота
- Кулинария
- Прочее домоводство
- Развлечения
- Сад и огород
- Сделай сам
- Спорт
- Хобби и ремесла
- Эротика и секс
Деловая литература
- Банковское дело
- Внешнеэкономическая деятельность
- Деловая литература
- Делопроизводство
- Корпоративная культура
- Личные финансы
- Малый бизнес
- Маркетинг, PR, реклама
- О бизнесе популярно
- Поиск работы, карьера
- Торговля
- Управление, подбор персонала
- Ценные бумаги, инвестиции
- Экономика
Жанр не определен
Техника
Прочее
Драматургия
Фольклор
Военное дело
Счастливцы с острова отчаяния - Базен Эрве - Страница 40
— Ты, Уолтер, с гордостью можешь уходить на покой. Вот нас опять так же много, как и в 1960 году. Только средств у нас втрое больше. Правда, ты не стоял у руля ни в штиль, ни на прогулке. Но ты всех нас снова привел сюда, и — слава тебе! И если все, как и должно быть, с тех пор меняется, то лишь в манере использовать ветер. Потому что ветер дует тот же самый. Что может быть более тристанским, Уолтер, чем принцип «все — всем», чем забота о долге каждого? Что более соответствует нашему старому духу, нежели наша реформа, ставящая на первое место общину, дающая каждому право голоса в восемнадцать лет и право участия в управлении в двадцать один год, образующая уникальную, доступную мужчинам и женщинам коллегию. Мы становимся самой свободной в мире домократией…
Последняя фраза прозвучала совсем неожиданно.
— Я немножко увлекся, — продолжал Джосс, заметив улыбки. — Извините меня. Но мы и самая маленькая демократия. Привычка бороться с волнами, как мы говорим о тех, кто преувеличивает, показывает вам, что я из здешних мест. Приспустим паруса. В больших странах парламенты постановляют, что такой-то гражданин заслужил признательность родины. Давайте скажем: «Спасибо, Уолтер!» Я предлагаю, чтобы эти слова были выжжены щипцами для клеймения скота на куске подобранного детьми на пляже плавуна, который будет прибит, Уолтер, к стене твоего дома.
— Голосуем? — предложил Симон. Поднялось десять рук.
— Единогласно! — резюмировал администратор.
Он сходит с эстрады и быстро пожимает Уолтеру руку. Лучше не затягивать рукопожатие. У этих людей, обладающих твердыми, как канаты, бицепсами, сохранивших в чистоте способность быть растроганными, даже если сценарий событий известен им заранее, могут угрожающе появиться слезы на глазах.
— Пошли к старику выпить по стаканчику! — кричит Уолтер, который все прекрасно понял, и, отказавшись от прощальной речи, подхватывает свою трость. — Я обмываю не свой уход, а возвращение Поля. Он завтра приезжает.
— Вместе с журналистом, который хочет посмотреть, кем мы стали, — добавляет Симон. — Вы перед ним не очень-то хвастайтесь. А то в Лондоне они будут чувствовать себя не в своей тарелке, если узнают о налоге…
— И вы еще плачетесь! — заметил Николл. — Если налог делает человека цивилизованным, то вы, платящие по тридцать шиллингов на брата, должны вызывать зависть.
Тем временем зал пустеет. Уолтер, который столько лет заседал под открытым небом на дамбе, выходит, даже не бросив последнего взгляда на эту комнату, — без сомнения, единственную, служившую сразу всем: и салоном, и классом, и гражданским судом, и палатой депутатов. Теперь они, эти по-воскресному одетые избранники, спорят, говоря на местном диалекте, на улице, направляясь к дому Беретти. Через пять минут они поднимут свои чашки над покрытым клеенкой столом в общем зале с потолком из выкрашенных в голубой цвет балок, с гладкими стенами, где над этажеркой с каминными часами можно видеть доску из наружной корабельной обшивки, на которой стоит надпись «Мэйбл Кларк», последнее напоминание — и здесь тоже! — о давнем кораблекрушении, что дало возможность возвести эту хижину, где последний лидер общины через несколько месяцев станет, сидя в глубоком кресле, чем-то вроде музейного экспоната.
С момента прибытия Хью, подобно Полю и другим репатриантам, хотя и знающим обо всем из писем родственников, не переставал удивляться. Забрать их с лайнера пришел не баркас, а отличный катер, управляемый человеком в униформе, которая при ближайшем рассмотрении оказалась мундиром констебля. На носу сидели Джосс и его шурин Нед в сдвинутой набок морской фуражке.
— У вас теперь есть полиция и быстроходный катер! — воскликнул Хью, едва спрыгнув в него.
— Да, есть один полисмен! — уточнил Нед. — Мы даже заставили его поучиться в Хэндон-колледже — этом питомнике всех шпиков. Правда, на берегу у него работы немного: здесь нет автомобилей, воров, тюрьмы. Но лангусты начинают вводить в соблазн французских или португальских грабителей, которые покинули бразильские воды, чтобы браконьерствовать здесь. Поэтому появились сержант и катер, который служит также для приема гостей. Добро пожаловать на Тристан, мистер Фокс.
Поль уже склонился над мотором, расспрашивая о его мощности и скорости. Сидя между двух малышей, Ти пыталась разгладить складки своей мини-юбки… Другая супружеская пара уселась подальше на носу, держа плачущего карапуза, который, словно змея, извивался в комбинезоне с застежками-«молниями». На легкой зыби моря, откуда поднимался конус вулкана, свободного от привычного кольца облаков, рулевой описал резкий полукруг, а затем, оставляя за собой треугольник пенистых волн, направил катер прямо к буям — красным по левому борту, черным — по правому, — с каждого из которых не спеша взлетели крачки.
Все было слишком легко, слишком не похоже на суровые легенды об острове Отчаяния, где жили явно сытые, ни в чем не нуждающиеся люди, которые говорили на почти чистом английском и без усилий перешли от господства тюленьего жира к продукции «Стандард ойл». Поверх приклеенной к его боку пустулы — незначительного свидетеля его последнего взрыва — сам вулкан, повсюду, кроме макушки, зазеленевший, был залит солнцем с северной стороны, где на склонах резвились бараны и коровы, издали выглядевшие совсем крошечными.
— Вы всему этому не доверяйте! — заметил Джосс. — Погоду мы еще не можем заказывать, и я вам гарантирую, что послезавтра будет шквал.
Хью едва слышал его. Потрясенный, почти позабыв о старом чудовище-вулкане, одинокой громадой высившемся посреди голубой пус1ыни моря и неба, он отмечал сотни подробностей. Пилоны. Мол. Сетчатые волноломы. Два подъемных крана, один из которых — движущийся. Ряды металлических бочек. Батареи ящиков. Цепочка лодок, опоясывающих какую-то пузатую шаланду.
— Это колесное грузовое судно, — пояснил Нед. — Иногда нам доставляли неприятность винты катера. А этой штуке на водоросли плевать. Она может подходить совсем близко к берегу и разгружаться в любых точках побережья.
При подходе к молу небольшие волны, взмыв кашу из тщательно вырубленных водорослей, все-таки подняли катер, который перерезал их форштевнем, прежде чем с выключенным мотором пошел своим ходом. На причале их ожидала группа людей, в том числе размахивающий тростью Уолтер. Чуть поодаль, у подножья поднимающейся на плато и выложенной щебенкой тропы, стоял «лендровер» администратора. Нед вместо кранцев выбрасывал вдоль корпуса катера старые автопокрышки, пока вращающийся в обратную сторону винт вспенивал водную гладь дока. Взглянув в последний раз на море, Хью заметил, что большинство стоящих вокруг баркасов были из синтетического волокна.
Техника повсюду. Хью, почувствовав себя одураченным, даже начинал сожалеть о первозданной дикости, неизменно с умыслом включаемой в стоимость билетов для господ-туристов и, по его мнению, испорченной избытком листового железа и бетона. Хотя эта жестокая первозданность, по-прежнему не позволяющая проникнуть в глубь острова, где не было проходимых троп и водилось множество одичавшей скотины, которая с удовольствием подденет вас на рога, находилась в двух милях от деревни, Хью мог не обращать на нее внимания. Играя на гордости островитян — показать все, на что наконец стал способен Тристан, — и явно довольный тем, что благодаря прессе в нужном месте будет известно и о его участии в этом деле, ординарец завладел Хью и, водя журналиста ради осведомленности от одного «начальника» к другому, с невозмутимой британской скромностью заставил осмотреть все.
Прием в доме общины, к которому пристроили несколько комнат. Как водится, Хью пришел сюда в окружении целого эскорта.
— Обратите внимание, мистер Фокс, на лампы дневного света, — говорит Роберт, рядом с которым стоит его ученик и внучатый племянник Аллен.
Все осматривают холл, залы для собраний, выкрашенные эмалевой краской коридоры, буфет.
- Предыдущая
- 40/45
- Следующая